Прощай, конферансье!

Горин Григорий Израилевич

Слышна скрипка.

А услышав скрипку, я объявляю следующий номер: «Венгерский танец» в исполнении Ивана Лещинского… И когда он затанцует, наступит полная гармония… В нашем концерте. Прошу, Ваня!

Свет на эстраде гаснет. Конферансье опускается в левую часть сцены.

Здесь комната для артистов. К своему выступлению готовятся Певица, Аккомпаниатор, Лютиков, Фокусник.

Конферансье. Что там за грохот?

Певица.

Кошмар! Я всю ночь глаз не сомкнула…

Аккомпаниатор. Говорят, учения какие-то…

Конферансье. Чего ж они учатся по воскресеньям? Да еще так громко?

Аккомпаниатор. Ну, это не нам с вами решать…

Конферансье. Логично. (Певице.) Оля, следующий номер ваш. (Лютикову.) Володя, потом наш скетч.

Лютиков. Давай текст пробежим.

Конферансье. Давай. (Грохот.) От черт! Отличник какой-то учится. Ну, давай… (Отводит Лютикова в сторону.) Значит, так: выхожу, говорю… Товарищи! Я вас хочу познакомить с моим другом. Он очень застенчивый человек… (Имитируя жест за кулисы.) Ну, Владимир Борисович! Ну! (В зал.) Он стесняется! (Партнеру.) Ну, чего вы боитесь-то?! Здесь все свои… Входите…

Лютиков заклеивает пластырем голову: стесняясь имитирует выход.

О господи, что с вами?

Лютиков. Упал в поезде.

Конферансье. Откуда?

Лютиков. С третьей полки.

Конферансье. Зачем вы туда полезли-то?

Лютиков. Мне билет туда взяли…

Конферансье. Ну как же так?.. Такой болезненный человек и залезаете на третью полку?.. Поменялись бы с кем-нибудь местами.

Лютиков. С кем? Я ж один в купе ехал…

Хлопнула дверь. В актерской комнате появляется Вера.

Вера. Здравствуйте!

Конферансье. Это еще что за явление? Ты откуда здесь?

Вера. На концерт пришла.

Конферансье. Пешком из Москвы?

Вера. Ну, вы скажете… Я с вами в одном поезде ехала. Только вы в купейном, а я… в мягком. В тамбуре. (Лютикову.) Здравствуйте, Владимир Борисович.

Лютиков (несколько растерянно). Здравствуй, Верочка.

Вера. Вы что, правда с полки упали или это так… для смеха?

Лютиков. Конечно, для смеха.

Вера. Я поняла. (Мрачно.) Я теперь учусь понимать шутки. Все – как вы велели, Николай Сергеевич. Я теперь знаете

кто? «Буркинистка»… Сама придумала.

Лютиков (с иронией). Поздравляю, Коля! От всей души поздравляю. (Вере.) А как же Лемешев? Не обидится?

Вера. Не должен. У него вона сколько поклонниц, а у Николая Сергеевича никого. (Конферансье.) Вы мое письмо ему еще не передали?

Конферансье. Слава богу, нет… (Достает письмо.) Забери.

Вера. А вы можете прочесть.

Конферансье. Я чужих писем не читаю, девочка…

Вера (взяла письмо, перечеркнула адрес карандашом, написала новый). Теперь оно вам.

Конферансье (взял письмо, читает). «Народному артисту Буркини…» М-да. Высоко забрала…

Лютиков. С присвоением звания, Коля! Поздравляю! С тебя, как говорится, причитается…

Конферансье (незаметно показав ему кулак). Причитается – получишь! Не сомневайся! (Вере.) Ну, спасибо, девочка, обязательно прочту и отвечу. А теперь иди в зал. После концерта поговорим.

Вера. Вы не думайте. Я вам – не обуза. Я в любой момент могу исчезнуть…

Конферансье. Хочется в это верить. Иди!

Вера. Вы про поезд скетч исполнять будете или нечто другое?

Конферансье. Увидишь! Ступай, тебе говорят! Нам репетировать надо.

Вера. Ну, ну… Посмеемся. Я не прощаюсь! (Уходит.)

Пауза.

Лютиков. Вот, Коля, – лишнее доказательство, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

Конферансье (мрачно). Иди ты к черту! Лучше подскажи, что мне теперь делать с этой дурочкой?

Лютиков. Во избежание кривотолков, думаю, лучше всего ее официально «увнучерить»…

Конферансье. И совсем не смешно!.. Куплю ей обратный билет и отправлю домой с милицией! Сегодня же…

Лютиков (улыбаясь). Обидно, Коля… В кои-то веки обзавелся персональной поклонницей…

Конферансье (строго). Помолчи! (Вскрывает конверт.) Интересно, что нам, народным, люди пишут? (Читает вслух.) «Здравствуйте, дорогой товарищ артист! С приветом к вам Вера Захарова из города Горького. Мне исполнилось 16 лет, и теперь я получу паспорт. Поэтому пишу вам как гражданин гражданину. Вы – мой идеал!..»