Прощенные
Шрифт:
– Здравствуйте, - глухо поздоровалась Марина. А сама с беспокойством думала, как давно Аркалия наблюдает за ней.
– Я здравствую давно, - отозвалась звонко и вышла из тени, присела на краешек стола.
– Это у нас приветствие такое.
– Я знаю, - хмыкнула охотница, - и то откуда ты тоже знаю.
Марину данное обстоятельство не сильно удивило. Многое в ее жизни казалось странным, особенно последнее время.
– Вы пришли что-то сказать мне?
Аркалия прошлась красивым пальчиком
– За последние... эм... годы люди, превращаясь в темных вампиров, не становились прощенными. Вы с подругой первые за тысячелетний перерыв, - начала издалека.
– Неужели люди не хотели стать другими?
– спросила Марина, чувствуя себя неловко находясь рядом с такой могучей личностью, как эта женщина. От нее так и дышало силой и мощью, величием и красотой.
– Может, и хотели, - скривилась охотница.
– Но не достаточно сильно. Зачастую они смирялись и искали собственную выгоду в новом обличии. В итоге опускались еще ниже, - закрыла глаза и хрустнула пальцами.
– Вампир не бывает хорошим, это доказывает, к сожалению, история. Испробовав человеческой крови, он подпитывает свое ужасное "я".
– А вы?
– Мы давно не вампиры и не пьем кровь, - улыбнулась.
– Название осталось. Ты не заметила?
– внезапно поинтересовалась она.
– Что со времени превращения ты ни разу не солгала?
Марина смутилась. Она не задумывалась и не заостряла внимание на то, что говорит и как делает.
– Мы не можем лгать, - продолжила женщина, не услышав ответа.
– А во спасение?
Наивный вопрос насмешил охотницу. Аркалия весело взглянула на оторопевшую Марину.
– Ложь во спасение?
Девушка кивнула, покраснев, не совсем понимая, что за глупость спорола.
– Лжи во спасение не существует. Ложь одна. Она может принимать разные обличия, но все равно останется искажением истины. Мы можешь в чем-то промолчать, но истина - самое главное в нашей жизни. Поэтому лгать нам не положено. Мы всегда говорим правду и лучше промолчим, чем солжем. Такова наша суть, никто не сможет совратить нас, заставить свернуть с истинного пути. Но если что, даже пытка не заставит нас говорить.
Она подошла и присела на корточки рядом с девушкой.
– Самое худшее для вас - вернуться в прежнее состояние. Белые вампиры очень давно прошли все то, что предстоит пройти вам. Вам дали шанс исправиться, изгнать из своего тела яд. Вы должны забыть о людской жизни.
– И что?
– протянула Марина.
– А то, что вам нельзя теперь вести себя как люди и должны чем-то доказать, что достойны шанса, дарованного вам. Вы не можете себе позволить просто сидеть дома и ничего не делать, смотреть
– Стать героями?
– не поняла Комета.
Аркалия задумалась.
– Не знаю, все зависит от вас. Чем больше вы будете доказывать, тем светлее будут становиться ваши крылья.
– И что мне делать? Я не знаю, как быть?
– Тебе нужно отправиться с вашим боссом. К нам тебе пока нельзя, немногие любят темных вампиров. И ни каждый из нас распознает в тебе истинную сущность, как сделала я. Для них ты будешь мерзким врагом. Волком скрытым в шкуре овечки. В общем, к тебе будут относиться с опаской, ведь ты в любой момент можешь стать прежней и кого-нибудь убить. Постарайся прислушиваться к своему сердцу, может оно что-нибудь тебе подскажет. А теперь иди. Я не могу сказать тебе больше...
– Потому что я чужая, пока еще не ваша?
– закончила за нее Марина.
Вампирша остро посмотрела на нее.
– И это тоже.
Сжав зубы от досады, не оборачиваясь на охотницу, девушка открыла дверь, собираясь выйти.
– Комета, не суди нас строго, - остановила ее Аркалия.
– Если тебе понадобится помощь, обращайся. Я не откажу и помогу чем смогу.
– Учту, - сухо бросила.
Марина вышла из комнаты, хлопнув дверью.
– Она бывший человек?
Скрипнула дверца открытого шкафа, скромно стоящего в уголку. Прислонившись к стене, все это время к разговору женщин прислушивался мужчина в черном костюме. Судя по клыкам и белой коже, белый вампир.
– Да, дорогой.
– Тогда неудивительно, почему в ней кипят такие сильные страсти. Не понимаю одного. Аркалия, ты же хотела забрать ее. У тебя имелась прекрасная возможность уговорить девчонку отправиться в наш мир. Почему ты передумала?
– Я не передумала, - подошла к нему охотница и положила на плечи руки.
– Я все еще хочу забрать ее. Но понимаешь в чем дело. Наше молодое поколение вспыльчиво. Посмотри на Бериана и Каларина. Они молоды, агрессивны. Стоит прощеной появиться в нашем мире, - тяжко вздохнула, - ее порвут.
– Я могу предупредить наших вампиров, ее никто не тронет.
– Конечно, предупреди. Но мы должны подождать.
– Чего?
– Не знаю, у меня странное предчувствие. Я знаю, кто обратился к услугам Вулкана.
– Темный? Орис был прав! Мы должны вмешаться!
– Нет, рано. Вулкан не знает, для чего заказчику нужна змея. Но я знаю. Война идет и среди темных, в основном за власть. Улей Зруукана пал.
– Ты шутишь!
– изумленно застыл мужчина.
– Почему я всегда узнаю важные новости самым последним!
– Мне только вчера доложили.
Вампир нахмурился.
– Опять твои штучки с охотницами! Кому на этот раз ты подложила свою сотрудницу?