Прощеные

Романчик Анастасия Владимировна

— И кто он?

Молча, они привели своих старших детей в детскую и показали мальчика. Зеленные глаза ребенка осматривали незнакомцев подозрительно.

— Термитотел! — воскликнул Каларин, раскрыв рот.

— Круто, — взял мальчика на руки Бериан, двумя пальчиками дразня малыша, хихикая каждый раз, когда выдвигалась вторая челюсть. — А откуда он взялся? Это же чистокровный.

— Его принесла девушка. Мы не знаем ее имени. Она попала в плен и выкрала детей у Шруускунера, попросила помощи у Аркалии. Супруг охотницы связался с нами, сказал,

что мы можем забрать мальчика себе, и мы не стали медлить.

— Шруускунер наверное в ярости, — хмыкнул Каларин подняв брови, — и как она до такого додумалась, поразительно! Хватит агукать, дай его сюда.

— Отвали!

— Опять начинается, — вздохнул отец, — вы можете хоть раз не ругаться?

— Ему понравиться быть нашим братом! — воскликнул снизу младшенький.

— Еще как понравиться! — согласился с ним Каларин, погладив младенца по черноволосой головке с белыми прядями.

Глава 20

Холод, страшный холод. Лима вскочила и завизжала, открыв широко глаза. Рядом на тумбочке сидела Сирена, ехидно ухмыляясь. Желтоглазик и дракон обнявшись, хохотали в голос.

— За что? — захныкала Олимпиада.

— Повтори весь мой инструктаж.

Девушка не могла поверить, что ей не сниться страшный сон.

— Ну же, я жду, — нетерпеливо прошипела. — Ты думаешь, что все это была шутка? И я с тобой играю в игры?

— Но я ничего не помню! — воскликнула Лима возмущено. — Ты столько много говорила, это невозможно запомнить с первого раза!

— Пока не сможешь повторить, до тех пор, я буду будить тебя, и ты будешь бегать кросс часа два без передышки. Ну, повтори мой инструктаж, иначе пробежишь ровно два часа в диком темпе. Привыкнешь бегать я тебе чего-нибудь другое придумаю.

— Я-я не помню, — жалобно промямлила Олимпиада.

Ее взяли за шкирку как котенка и выбросили в окно. Не ожидая такой жестокой подлости со стороны любимого преподавателя, Лима громко закричала. Успела распахнуть крылья возле самой земли, что почти не смягчило болезненного падения с огромной высоты. Сирена любила селиться на самых высоких этажах и у амазонок не изменила своим привычкам.

Воительница, приземлившись рядом, подняла ее и как грушу обтряхнула.

— Ужасно, ты монстр, — пролепетала Лима.

— Ща будешь бегать, — извлекла из кармана два янтарных шарика, — они весят как два грузовика, по меркам человека — пятьдесят дополнительных килограмм нагрузки. Для тебя достаточно.

— Я не пробегу и метра с таким огромным весом!

— Не пробежишь, они тебя заставят, — улыбнулась Сирена садистки. — К сожалению, здесь совершенно некому тебя гонять ленивую, поэтому я придумала иной способ. Как только остановишься или будешь передвигать булками недостаточно резво, тебя будут больно бить электрическим током.

Воительница подбросила шарики. Они непосильным грузом повисли на плечах девушки. С непривычки Лима прогнулась назад.

— Кого ждем? Беги, рыбынька, тренируй память.

Кряхтя

и стеная столетней старушкой, Олимпиада побежала вокруг замка. Амазонки-часовые изумленно провожали ее взглядами. Они еще долго слышали повизгивания девушки. На последнем круге Лиму сбило нечто тяжелое, разбившись об голову. Она с грохотом врезалась в ворота сарая, свалилась в корыто и встретилась лицо к лицу с пяточком перепуганной хрюшки. А тут еще электричество давай бить на всю мощь.

— Ну, как самочувствие? — донеся веселый голос Сирены.

— П-п-плохо, т-т-ты с-с-сволочь, — заикаясь, выползла из корыта Лима с железной миской на голове. — Ч-ч-что э-э-это б-б-было?

— Кирпич. Я же предупреждала. Мне все равно, чем ты занимаешь, я просто буду бросать, не увернулась — твои проблемы.

Ноги и руки у девушки расползлись в разные стороны. Она не сумела больше встать. Желтоглазик занес ее в комнату и плюхнул безвольное тело на кровать, сам же потирая ручки, удалился в неизвестном направлении.

На следующий день, после того как ее погоняли на тренировке и ударили кирпичом, злая Лима пришла в оружейную комнату. Посмотрела на Сирену далеким от симпатии взглядом и села за стул перед оружием.

— Я повторю старый инструктаж, дабы освежить твою память и проведу новый. Слушай внимательно и запоминай.

Олимпиада прорычала нечто нечленораздельное в ответ и слушала, пытаясь запомнить инструктаж.

Вечером с ней занималась Луна, показывая как контролировать дар. Получалось не сразу, но жена дракона терпеливый преподаватель в отличие от той же Сирены. Она могла объяснять одно и тоже по нескольку раз, пока Олимпиада не усвоит материал.

Ночью снова разбудил жуткий холод.

— Повтори инструктаж.

Девушка быстро повторила все что помнила, своими словами, как попало, как понимала. Надеялась, что прокатит, но с Сиреной такой номер не проходил.

— В окошко сама прыгнешь или тебе помочь? — спросила ласково.

— Сама, — захныкала Лима, — но почему?! Я же все ответила!

— Ты многое перепутала и вспомнила половину, а нужно все.

— Невозможно!

— Окошко открыть?

— Ы-ы-ы.

И снова бешеная гонка, в придачу два раза кирпичом в голову попали, попадание третьего Лима совершенно случайно избежала и то потому, что поскользнулась. Да и бросал Желтоглазик, а он не такой меткий как воительница. Амазонки сочувственно смотрят, им точно не хочется попасть на ее место.

На третий день Олимпиада совершенно разбита и не может встать с кровати, но Сирене все равно и она рывком поднимает ее на ноги.

— Скоро сражение, а ты похожа на кусок коровьего дерьма! — рявкнула воительница ей на ухо. — Хочешь, чтобы тебя разорвали в первый же день?! Рогатым бабам похрен что у тебя болит! Кстати, я видела их войско и их контуженную рогатую командориху! Баба хоть куда, не то, что ты, размазня!

— Я не размазня, я не привыкла к таким издевательствам над собственным телом!