Просто друг?..
Шрифт:
Остановившись напротив такой знакомой двери, он тяжело вздохнул, вынув руку из кармана и принявшись звонить в дверь. Два коротких звонка и один длинный — привычная комбинация для Саске, когда он приходил сюда. Голову снова посетили воспоминания того, как он прибегал к ней десять лет назад, как тащил её зимой на улицу, предварительно закутывая так, чтобы она не замёрзла, как начинал катать её в снегу и при этом заливаться громким хохотом… Мужских губ коснулась едва заметная усмешка, и Учиха опустил глаза — всё это было для него настолько тепло и ценно, что даже пахло по-особенному, и он с уверенностью мог сказать, что даже мысли, даже воспоминания
Он думал, как извиниться перед ней. Что следует сказать, как это преподнести, как лучше подарить ей цветы — неожиданно или, наоборот, так, словно она их ждала довольно давно. Слегка усмехнувшись, он всё-таки отверг вариант вставания перед ней на колени и пения серенады — это лучше оставить для особенно грубого случая вины перед ней, но никак не сейчас.
— Кто там? — взволнованно спросила Сакура, притаившись под дверью и наверняка уже зная ответ на свой вопрос.
Потому что звонить двумя короткими и одним длинным звонком мог только Учиха Саске — её лучший друг и просто отличный товарищ.
— Я, — слегка улыбнувшись, он опёрся рукой о косяк, ожидая, когда девушка откроет дверь.
Сакура же радостно вытаращила глаза по ту сторону двери. Она широко улыбнулась, удержавшись от того, чтобы не захлопать искренне в ладоши — иначе бы Саске это попросту услышал. Посмотрев в глазок, Харуно закусила нижнюю губу, привстав на носочки: кажется, Учиха пришёл не один, да ещё и с цветами. «Интересно, он просто подлизаться намерен или?..» — размышляла про себя Сакура, отстранившись от дверного глазка и закусив ноготь на мизинце.
Впрочем, Сакура действительно думала над тем, чтобы послать его куда подальше: заявился тут, понимаете ли, с цветочками и надеется, что она его примет с распростёртыми объятьями. Хотелось, с одной стороны, растоптать гордость Саске и возвысить над ним свою. «Вот из-за этого у нас и появилась проблема во взаимоотношениях», — оборвала нить своей мысли девушка, покачав головой.
— Секунду, — усмехнувшись, она осмотрелась по сторонам, заметив, что рубашка Учихи — с которой, кстати сказать, она спала целую ночь, положив рядом, будто влюблённая малолетка — лежит на диване.
Виновато закатив глаза, Сакура рванула в гостиную, аккуратно сложив его рубашку и положив на подушку. Кажется, ничего не изменилось, и кажется, что его рубашка ничуть не помялась. С гордостью усмехнувшись, Харуно прошествовала обратно к входной двери, наконец принявшись её открывать. Руки её тряслись то ли от желания поскорее обнять Саске при встрече, то ли ещё бог знает из-за чего. И сердце, казалось, вырвется из груди прямо ему в руки, едва он войдёт сюда. Улыбнувшись, Сакура еле заметно покраснела — дай бог, чтобы Саске этого не заметил. Отстранившись от двери, распахнув её, она смущённо заложила скрещённые пальцы за спину, тихонько произнеся, едва не запнувшись:
— Привет.
— Привет,— зайдя, он виновато улыбнулся, протянув нарциссы девушке и тут же закрыв за собой дверь, выпрямившись, чтобы не показаться трусливым или неуверенным. — Это тебе. Я виноват перед тобой, извини.
«Понятно, цветы «на отвали», — заметила про себя Сакура, немного прищурившись и дрожащими руками взяв из его рук цветы. Однако это действительно трогало её. Более того, нет ничего лучше, когда человек, которого ты любишь, больше и лучше всех знает, какие цветы тебе нравятся. По-прежнему улыбаясь, она опустила глаза, закусив нижнюю губу изнутри, — не
— Ты не виноват. Если и кто-то виноват, то я, — Харуно бросила на него короткий взгляд, еле заметно улыбнувшись, и вновь поднесла к носу цветы. Крепко прижав их к себе, она кивнула в сторону его обуви, направившись в кухню. — Проходи.
«Понятно, извинение «на отвали», — заключил про себя Учиха, посмотрев ей вслед, и принялся разуваться. Ничего больше не оставалось, хотя Саске рассчитывал… Впрочем, он ни на что не рассчитывал и знал только то, что ему нужно было поговорить с Сакурой о том, что происходит. Первый пункт своего плана — а именно извинения перед ней и дарение цветов — он выполнил. Значит, тут можно смело поставить резкую галочку. А вот второй… Поговорить с Сакурой было делом сложным хотя бы потому, что эти разговоры никогда не заканчиваются хорошо: то ли она будет кричать, то ли, наоборот, он, — но сейчас Саске был спокоен (хотя в дальнейшем за себя не ручался), а вот девушка отличалась какой-то нервозностью и волнением. Значило ли это то, что и она была не прочь поговорить? Несомненно.
Быстро скинув кеды и осторожно оставив их по другую сторону рядом с её сандалиями, он прошёл в сторону кухни по узкому, небольшому коридору. Солнце всё ещё светило ярко из-за горизонта, несмотря на то что было уже далеко за восемь вечера. Оно бросало рыжеватые лучи, больше похожие на расплавленное золото, на всю кухню, в которой находилась девушка, и казалось, что оно светит сюда только по причине присутствия Сакуры в этой комнате.
— Как дела? — тихо спросил Саске, остановившись в дверях и осмотревшись.
Всё такое знакомое и привычное — он чувствовал себя здесь как дома. Здесь витали какие-то знакомые ему запахи: сладкий девичий парфюм, нечто свежеприготовленное заботливыми и родными руками Сакуры, приторный запах только что поставленных в вазу нарциссов. Она трепетно посматривала в их сторону, стоя около кухонного стола, оперевшись на него руками, и еле заметно улыбалась. Было заметно, что Сакуре очень понравился подобный подарок, несмотря на то что они были виноваты друг перед другом.
Сейчас всё было так, как и должно быть. Но атмосфера была, с одной стороны, напряжённой: никто не знал, как начать разговор, в котором они оба так нуждались.
— Хорошо, — заметно улыбнулась девушка, кивнув и переведя взгляд в сторону Саске. — А как у тебя?
— Неплохо, — пожав плечами, он сел за стол, задумавшись.
— Неплохо? — она немного недоумённо посмотрела на него, подняв бровь, но тут же осеклась, отведя взгляд.
Она и сама не могла понять, обрадовало её это известие или нет. То, что у Саске всё, как он говорит, неплохо — возможно, и хорошо, а может, и нет. Ведь у человека, ясное дело, дела должны идти хорошо, а лучше всего — отлично. Стало быть, что-то не так. Сакура и сама понимала, что здесь что-то происходит, но заговорить первой не решалась. Тем более если учесть то, что он мужчина, а значит, он первым должен начинать серьёзные разговоры. Однако Сакура не была так уверена, что хотела разговаривать сейчас, ведь они только что помирились, и вот уже у них начинают налаживаться отношения друзей. А если они станут разговаривать об этих же взаимоотношениях, то непременно вспылят оба.