Просто Иван
Шрифт:
– Успокойся сестрёнка: всё уже позади всё прошло. Мы их всех покарали...
В следующую секунду сердце Ивана сжалось от испуга: девушка как-то резко обмякла, и он еле её удержал - не позволив упасть на землю. А его мозг пронзила страшная догадка:
– Неужели она ранена шальной пулей?! Как?! Куда?! И насколько серьёзна её рана?!
Непомнящий уже привык к тому, что рядом с ним погибают его боевые товарищи, видел множество незнакомых обезображенных трупов. Но хоронить только что спасённую девчонку было выше его сил. И первым неосознанным решением было разорвать гимнастёрку незнакомки и, найдя рану постараться оказать
– Стоп! Если она ранена, то на её одежде будет дырка от пули и большое кровавое пятно.
Быстро перевернув незнакомку на живот и перерезав связывающий её запястья брючный ремень: Иван спешно осмотрел девушку. Но не свежих следов крови, ни характерных дырок в одежде он не обнаружил.
– Ты что там друзяк ищешь, а?
– Раздался ехидный голос подходящего к Ивану Дзюбы.
– Ты так её рассматриваешь, кубыть^1^2 ты раньше вблизи живой бабы не видел?
– Да ну тебя старшина!
– Огрызнулся Иван.
– Она упала без сознания, поэтому я и смотрю, нет ли у неё какой либо раны.
– Ванюш, да любая девка, она как баба - ей что плакать, что без чувств упасть: легче лёгкого. Это у них так бабья порода устроена.
С этими словами, Дзюба присел рядышком с военфельдшером и аккуратно похлопал её по щекам. И это дало свой результат: ресницы девушки задрожали, она открыла глаза. А в руке Григория Ивановича как это ни странно, оказалась его знаменитая фляга, и он протягивал её лежащей перед ним Насте.
– Возьми девка, да выпей побольше - это для тебя сейчас наилучшее из лекарств.
– Убедившись, что его указание выполнено безоговорочно, старшина улыбнулся.
– Вот и добре. А вы Иван Иванович, коли занялись дивчиной, то будьте так добры не перепоручайте заботу о ней никому - отнесите её к ближайшей телеге. Ей зараз поспать надобно - иначе сляжет в горячке бедолага.
– А ты Григорий Иванович, проконтролируй сбор оружия и боеприпасов. Сам понимаешь, нам здесь долго задерживаться не резон.
Дзюба шутливо вытянулся по стойке смирно и как не странно, без лишних пререканий, приступил к исполнению полученного им приказания. Так что, благодаря тому что педантичные немцы успели рассортировать все трофеи, не прошло и часу как все телеги недавно принадлежавшие санитарному обозу и те три на которых прибыли местные жители, стояли загруженными под завязку. На передней где лежали винтовки и пистолеты пулемёты, поверх которых были постелены две шинели и несколько трофейных палаток: спала Настя. Впрочем, беспокойный сон девушки даже с большой натяжкой нельзя было назвать безмятежным, она всхлипывала, металась как в горячке и частенько ругала немцев самыми последними словами. Но Непомнящий этого не видел: он стоял недалеко от подбитой техники и обсуждал с одним из местных жителей, где лучше сделать схороны, да и как дальше им меж собой взаимодействовать.
– Товарищ командир, - отрапортовал Ивану только что подбежавший к нему сапёр, - как было приказано: все оставшиеся снаряды от наших сорокапяток и не поместившиеся в обоз мины уложены в немецкой технике!
Иван видел, как сапёр первым делом подбежал с докладом к старшине: однако тот прервал его, устроив короткую отповедь. Непомнящий даже не удивился, когда Дзюба указал красноармейцу на него - итогом стало то, что он выслушивал рапорт бойца, на правах командира.
– Молодец,
Даже не смотря на разбитую губу - последствия избиения старшиной, солдат как мог улыбался и из-за этого рана снова начала кровоточить. И всё равно, было видно, что он, как и его товарищи по несчастью, с радостью выполняли доведённый до них приказ. Впрочем. Другого Иван и не ожидал.
Не успел Семён Пасечник - сапёр подбежавший к Непомнящему с рапортом, отойти и на десяток шагов, как Протас Гончаров: один из бойцов охранявших небольшую просёлочную дорогу по которой собирался уходить в лес, выскочил из-за деревьев; замахал руками - стараясь привлечь к себе внимание и крича что было мочи позвал Ивана. Как оказалось, на выставленный пулемётный блок пост, вышел отряд окруженцев. Пришлось прерывать переговоры и идти туда - разбираться.
– Кто такие? Куда направляемся?
Стоявшие возле пулемётной точки чужаки, треть которых не имели оружия, а двое были одеты только в нательные рубахи и галифе. Все они находились в подавленном состоянии и были сильно вымотаны скитанием по болотам и лесам, так что на появление перед ними неизвестного для них красноармейца, и от задаваемых им вопросов, ещё сильнее насторожились. А один, с виду большой любитель помахать кулаками: презрительно посмотрел на солдата разговаривавшего с ними претензиями стать их командиром. И, сплюнув сквозь зубы на землю, с нескрываемой издёвкой в голосе поинтересовался:
– Ух ты, это что за хряк с бугра здесь нарисовался?
Непомнящий прекрасно понимал что это вызов брошенный лично ему - этакая 'проверка на вшивость" и от того как он разрешит эту ситуацию, зависит слишком многое. Дело осложняло то, что боевые товарищи Ивана, тоже слышали этот оскорбительно-провокационный вопрос и поглядывали с нескрываемым интересом, явно ожидая развязку. Во взглядах у некоторых даже промелькнуло уважение к смельчаку, так смело ведущему себя под дулом пулемёта.
Так что, долго не мудрствуя, Ваня решил не вступать в словесную перепалку и не затягивать с ответными действиями, а пошёл на сближение со смутьяном. Однако и неизвестный солдат был не промах - постарался первым достать своего оппонента ударом в лицо. И в этот раз выручили навыки полученные в результате многолетнего увлечения Саньда. Да, в реальной боевой обстановке они были бессмысленны - по крайней мере этот вид единоборства не сильно то помогал: что когда он впервые сражался в окопах, что после этого. В этом виде единоборства не было способов противостояния вооружённому противнику и этим было всё сказано. Молодой человек прекрасно понимал, что как в прошлый раз - с немецким диверсантом, что сейчас: его удача была счастливым стечением обстоятельств и не более того.
Ещё не осознав, что чужак атакует его, Непомнящий с одновременным приседом отвёл в сторону устремлённый в его лицо полёт кулака и, согнув в локте левую - блокирующую руку нанёс сокрушительный удар в открывшийся бок своего оппонента. Противник хыкнул, оторопело выпучил глаза и стал ловить ртом воздух: разевая его как рыба вытащенная из воды.
– Ещё есть желающие узнать кто я, и с какого бугра к вам спустился?
– Поинтересовался Иван, обводя пришлых красноармейцев строгим взглядом, одновременно готовясь отразить возможную контратаку своего оппонента.