Просто Иван
Шрифт:
Пулемёт вскоре смолк, с дороги послышалась лающая немецкая речь, а Иван, следовавший сразу за Сергеем, увидел, что тот до сих пор жив. Он лежал на земле, и, стараясь остановить кровотечение, зажимал рану обеими руками. При этом, Серёга истошно кричал на весь лес:
– ... Немцы! Здесь немцы! ...
Больше ни секунды не раздумывая, Иван вскочил и кинулся к раненному бойцу. Ещё не подбежав к нему, Ваня заметил, что на обочине небольшой грунтовой дороги стояло два мотоцикла. За коляской первого прятался пресловутый пулемётчик и в данный момент, суетливо перезаряжал свой закреплённый на кронштейне пулемёт. Рядом с ним, присев на одно колено готовился к стрельбе из карабина второй фриц. Вытянув в его направлении
Когда скрывшись в зарослях, Ваня упал рядом с раненым Семченко, он запоздало вспомнил о небольшой несуразности, которая была в увиденной им 'картинке".
– Стоп. Мотоцикла два, а возле них находится всего лишь один экипаж. Да и на второй машине, пулемёт кажется отсутствует.
Ещё не успев всего до конца додумать, Иван крикнул своим бойцам:
– Что лежите ...?! Отстреливайтесь! Нельзя давать врагу возможность подойти к нам!
– И обращаясь к Семченко.
– Серый, вот тебе бинт, накладывай повязку сам! У меня нет на это времени ....
Уже отползя немного в тыл и вправо, выбрав удобную позицию: Непомнящий засомневался, вдруг фрицы заходящие в тыл, пойдут немного стороной. Но что-либо менять было поздно. Да и пойди, угадай, где именно они появятся, поэтому Иван, дослав патрон в патронник, притаился там, где уже залёг.
Со стороны, где остались товарищи, продолжалась вялая перестрелка: точнее немец стрелял активно, а красноармейцы вяло отстреливались. И по округе, кроме этих звуков больше нечего не было слышно. Как в таких случаях пишут многие писатели: - время до жути замедлило своё движение, а человек, лежавший в засаде, всё больше напрягал слух - стараясь услышать приближение опасного противника. Сомнений что враг послал бойцов в обход, не было: нервировало то, что точно знать, где враг решит заходить в тыл было нереально. Поэтому оставалось только одно - ждать.
Поначалу, Непомнящий решил, что ему это движение померещилось, однако поросль подлеска снова зашевелилась, но уже сильнее: кто-то аккуратно по ней крался. Медленно, осторожно, чтобы резким движением или ненужным звуком не выдать своё присутствие, Иван взял этот сектор на прицел своей мосинки. И к счастью, это у него получилось. Вскоре, из зарослей показался солдат вермахта с карабином наизготовку, и замер прислушиваясь: молодой красноармеец не спешил, он ждал, когда и пулемётчик 'засветит" своё присутствие - в том что он где-то рядом, боец больше не сомневался. И только тогда, когда за спиной у немецкого стрелка замаячил его напарник, Иван прицелился в шею впередиидущего врага и плавно нажал на спусковой крючок. Видимо проведению было так угодно, что противники так удачно подставились.
Грянул выстрел, первый немец рухнул как подкошенный, второй замер. Так простоял он не более пары секунд, Ваня уже спешно перезаряжал свою винтовку, когда тот, покачнувшись, упал как спиленное дерево. Всё ещё не веря в такую невероятную удачу, парень пролежал ещё несколько секунд - прислушиваясь не трещит ли под чьим-то телом сухой валежник: однако вокруг всё было относительно тихо.
Стрельба у дороги продолжалась: так что разлёживаться было некогда. Поднявшись, сделав короткую перебежку к поверженному противнику, Непомнящий увидел, что всё было именно так, как он и думал: оба немца лежали мёртвыми, один с пробитой шеей, у второго, чуть выше левой брови виделось небольшое отверстие, из которого текла тонкая струйка крови.
Не тратя лишнего времени на рассматривание убитых: Ваня поднял лежащий возле второго трупа пулемёт и уже
– Прекратить стрельбу!
Эта команда была подана Непомнящим так громко, что не услышать её было невозможно. Поэтому в лесу пусть не сразу, но наступила тишина. Которую почти сразу нарушил Подопригора, задав наиглупейший вопрос:
– Иван Иванович, это вы?
– Прозвучал его высокий голос.
– А я думал, что вы наш тыл прикрываете.
– Так уж получилось Игорь Степанович.
– Немного ёрничая ответил Непомнящий.
– Иногда неплохо не только думать, но и действовать. Тогда уходя в свои тылы, можно и их обезопасить, и весьма удачно прогуляться по вражеским. А сейчас. Взяли трупы, трофейную технику и утащили всё это в лес. Это не авангард - иначе бы нас, уже добивало подошедшее подкрепление. Но всё равно, осмотр трофеев будем производить в лесу.
Все, кроме раненного Семченко, кинулись исполнять приказ. А Иван окрикнул устремившегося к мотоциклу сапёра:
– Игорь, ты идёшь со мной, мы осмотрим тех, кто заходил к нам в тыл, заодно снимем с них сапоги - у нас в отряде некоторые бойцы ходят в лаптях, или в пришедшей в негодность обувке, а это не порядок. ...
Глава 13
В новой землянке было сыро, пахло недавно перекопанной землёй и свежеструганным деревом. В углу сиротливо стояла ещё ни разу не разожжённая буржуйка, весьма мастерски переделанная из пустой бочки. А за столом, доски которого ещё не утратили первозданную белизну - именно так это выглядело при тусклом свете самодельного масляного светильника, сидели два человека и о чём-то тихо беседовали. Они специально уединились в этой сырой постройке, потому что разговор у них не был предназначен для посторонних ушей.
– Пойми ты меня правильно Ваня, - седовласый мужчина, судя по петлицам - старшина, рассматривал карту, лежащую перед ним на столе, - задумка у тебя великолепная. И люди за тобой пойдут. Не об этом речь: ведёшь ты себя неправильно, не так как нужно.
– Гриша, ты опять за свои нравоучения принялся.
– Я и не прекращал.
– Огрызнулся седовласый.
– Я конечно понимаю, как говорил Чапаев - из известного фильма: - ' Где должен быть командир? Впереди на лихом коне "!
– Но это в кино. А здесь, мы с тобой должны о людях думать, а не лихо шашкой махать. Поэтому наше с тобой место здесь: за этим столом. Мы должны постоянно держать руку на пульсе событий. А если ты будешь продолжать прыгать по лесу как молодой козлик - каюк нашему лесному подразделению! Полнейший каюк.
– Да пойми же меня Гриша, не могу я людей на смерть посылать, а сам этим временем в тылу отсиживаться, прячась за их спинами своих товарищей.
– Вот в этом тебя никто упрекнуть не может. Однако людям нужна твоя постоянная забота. А не её имитация в перерывах между твоих частых отлучек.
– А что я не забочусь? Вот на случай сильных дождей, мы землянки построили. По требованию Настасьи Яковлевны немного в стороне отхожие места оборудовали. ...
– Знаю, знаю. Ты ещё скажи, что все помнят, как ты под пулями раненого бойца спасал. И то, чтобы наладить более или менее нормальное питание людей собираешься налаживать контакты с местным населением. Однако не в этом дело. Ты вот что скажи мне друг мой ситцевый, почему не наказал Егора Понедько. Кто ему разрешал так зверски полицаев умерщвлять?