Просто трюк
Шрифт:
— Ни один сукин сын не смеет бить мою лошадь.
Он взял у меня поводья и повел за собой Сноукинга. И мне почему-то показалось, что он помолодел.
Последующие два дня прошли как нельзя лучше. Крейг Гейтс не показывался из своего трейлера. Его агент попытался было развопиться, но Бак все еще оставался такой звездой, тягаться с которой ему было не по силам. Бак молча выслушал его, а потом послал Бохэна куда подальше.
СЪЕМКИ ПОДХОДИЛИ К КОНЦУ, единственной приметой конфликта было явное стремление Гейтса превзойти стареющего
В одну из жарких ночей я внезапно очнулся от крепкого сна, сам толком не понимая, что меня обеспокоило. Полежав так несколько секунд, я встал и, в чем был, вышел из трейлера. Легкий ветерок обдал меня прохладой. Со стороны конюшен донесся чей-то стон. Я кинулся туда.
В середине загона лежало на боку большое белое тело Сноукинга. Голова его была откинута, и широко раздутые ноздри мучительно подрагивали в агонии. Схватив в трейлере штаны и на ходу натягивая их, я помчался звонить ветеринару…
— Я сделал все что мог, — покачал головой доктор Гонзалес. — Примите мои соболезнования.
Сдавленные рыдания Бака Бейкера прорезали тишину, я сам чуть не заплакал. Я-то знал, как сильно человек может привязаться к коню, а для Бака смерть Сноукинга прервала последнюю ниточку, связывавшую его с годами славы.
Вик обнял Бака за плечи:
— Мне искренне жаль, Бак. Но ведь он уже был в годах — рано или поздно это должно было случиться.
Бак кивнул.
— Я понимаю. Просто я сентиментальный старый дурак…
И тут доктор Гонзалес, складывая свои инструменты, сказал:
— Эта лошадь погибла от ламинита. Я предполагаю, кто-то постарался обкормить ее до смерти.
Лицо Бака стало жестким. Мы уставились на конюха Текса Дженкинса. Парнишка потрясенно обвел всех взглядом и вскинул руки.
— Подождите! — закричал он. — Я тут ни при чем! Я всем лошадям задал обычную порцию корма, а остатки отнес на склад.
— Ты уверен? — спросил Вик.
— Да, сэр!
Не проронив ни слова, Бак направился в сторону хранилища, мы в молчании последовали за ним. Он открыл дверь, вошел и тут же вышел с пустым мешком.
— Сто фунтов зерна, — мертвым голосом сказал он. — Подонок мог с тем же успехом скормить ему мышьяка.
Все поняли, кого он имел в виду. Тесной группой мы проследовали за ним к трейлеру Гейтса. Мы догадывались, что сейчас должно последовать, но никто из нас и пальцем не шевельнул, чтобы помешать. Бак колотил в дверь трейлера, пока она не открылась.
Промаргиваясь, Гейтс уставился на мрачные лица окруживших его.
— Зачем? — спросил Бак.
— Что?
— Почему ты просто не пристрелил его?
— Бейкер, ты что, с ума сошел? Черт побери, что ты несешь?
Побагровев, Бак вцепился Гейтсу в горло и с силой затряс его.
— Моего коня, сукин ты сын!
Высвободившись из его хватки, Гейтс отпрянул назад, с трудом переводя дыхание.
— О чем ты говоришь? Я просто дал ему как следует наесться! — С трудом перебарывая панику, он обвел нас взглядом. — Я был не прав, когда в тот день пнул его. И просто хотел с ним помириться.
— Ты, грязный… — рванулся к нему Бак. Он сбил Гейтса с ног, но тут же сам захрипел, схватился за грудь и тяжело опустился на землю.
«Инсульт», — объяснили Вику медики, вдвигая в машину «скорой помощи» каталку с Баком. Красные отсветы мигалки бликами падали на лица тех, кто стоял у машины. Дверцы захлопнулись, и мы расступились — «скорая» резко взяла с места. Скорее всего, Бак Бейкер выживет, но пока еще врачи не знают, в какой мере скажется инсульт.
Крейг Гейтс стоял у своего трейлера, привалившись к стенке, и его лицо заливала мертвенная бледность.
— Ради всех святых, ребята, — пролепетал он. — Клянусь, я и в мыслях ничего такого не держал, я и представить себе не мог…
Подойдя к нему, Вик Гордон щелкнул короткими толстыми пальцами.
— Гейтс, ты представляешь собой самую примитивную форму жизни, которую я когда-либо видел! На своей карьере в кино можешь поставить крест! Это я тебе обещаю! — Он развернулся на пятках, и один за другим разошлись все остальные, оставив меня наедине с удрученным Гейтсом.
— Стив! — настороженно и испуганно уставился он на меня. — Ты должен мне поверить! Я не имел в виду… я просто хотел…
— Можешь не утруждаться, Гейтс. Я не хочу слышать, как ты пытался подружиться со Сноукингом.
— Ну и хорошо! — вдруг заорал он. — Да, не пытался! Признаю — я хотел, чтобы этого проклятого жеребца вытошнило. Я хотел обкормить его до рвоты. Но это был бы всего лишь розыгрыш — как он мне, так и я ему. Просто трюк!
В ГОЛЛИВУДЕ ПРАВИТ ВСЕМОГУЩИЙ ДОЛЛАР — что бы ни произошло, дело остается делом. Сегодня утром Вик на производственном совещании сообщил нам, что поскольку до завершения фильма осталось отснять только две сцены, в них буду занят я, дублируя вышедшую из строя звезду. Ни диалогов, ни крупномасштабных съемок не предполагалось, сцены были построены только на стремительном действии, так что никаких проблем.
Я переоделся в костюм Бака и занял место на балконе салуна. Через несколько минут появился бледный Гейтс. Поднявшись по лестнице, он остановился рядом. Я равнодушно посмотрел на него и не проронил ни слова.
Когда были установлены камеры и подобран световой режим, Эйкер махнул нам — начинайте. Я спокойным голосом осведомился у Гейтса, ознакомился ли он с порядком проведения трюка. Мы должны были сцепиться в схватке у перил, обменяться парой ударов, после чего, выломав ограждения, рухнуть вниз. Он кивнул, и я дал понять Эйкеру, что мы готовы.