Протер
Шрифт:
– Я беру вас на работу в свою фирму… Протер задумался на секунду. – … В качестве эксперта в боевых искусствах. – Он сделал легкий поклон в сторону Ола. – И в качестве инспектора по паранормальным явлениям. – Протер многозначительно посмотрел на Джимми.
– А где вы сами работаете? – поинтересовался Ол, который соображал значительно быстрее своего тормозного друга.
– А Протер – агент КГБ, который занимается здесь у нас, в Америке, черной магией и очень хочет завербовать вас в качестве своих агентов, для того чтобы в России узнать все американские секреты!
– Так как нас не хочет завербовать
Я думаю, по три тысячи долларов в месяц, – предположил Ол, – нас бы устроило. – Хорошо, на первых порах я буду платить вам по пять, а после испытательного срока набавлю вам за вредность еще по две.
– Да за такие деньги я готов освоить наитруднейший русский язык! – воскликнул Ол.
– Господа, все проще, чем вы думаете. Завтра утром вы встанете и будете с легкостью говорить на русском и немного, на первых порах с трудностями, по-английски.
– Видал чудеса иллюзии, но вот такого нет! – проговорил удивленный Джимми.
– А! – махнула рукой Кетти и опять покрутила пальцем у виска. Утром Кэтти проснулась первая и отчаянно выругалась: – Мать вашу туда и сюда! И дальше все в том же роде. Потом удивилась, что несет какую-то белиберду, еще больше удивилась, что сама прекрасно поняла все, что сказала. На это ей ответил в том же духе Джимми, что, мол, сушняк совсем заканал, и попросил кого-нибудь сбегать за водкой и прихвать пару соленых огурцов.
На что Ол сказал, что он сгоняет в шесть секунд и у него все в округе схвачено, и что эта блядская жизнь так достала, и что его голова гудит, как пустой чердак, и что за глоток самогона он готов хоть на Крайний Север трахать антарктических медведиц!
– Ну, во-первых, надо различать Арктику с Антарктикой, а во-вторых, от русских медведиц скоро уважаемого Ола будет не так-то просто оттащить, потому что они чертовски или божественно хороши. Можете выбрать сравнение сами, какое вам больше нравится!.. Ну что ж, – констатировал маг в довершение, – все прошло как нельзя лучше. Вы все хорошо перенесли кодировку иностранным языком, а головная боль – это всего лишь традиционное русское похмелье, которое связано с языком, как нитка с иголкой, и само собой передается при кодировке. Правда, я все же советую новоиспеченным полиглотам выйти хотя бы на средний уровень языка для того, чтобы вас тотчас по прибытии в Россию не арестовали за нецензурную речь.
– Как мы туда доберемся?! – поинтересовалась Кэтти.
– Для тебя, дорогая, я приготовил воздушный шар, зная твою романтическую душу. Кэтти снова покрутила пальцем у виска: чего еще ждать от сумашедшего миллионера!
– Если бы я имела яйца, то у меня была бы реальная возможность их отморозить! Правда, такая возможнось светит вам, мои дорогие мужчины, если мой романтический возлюбленный не откажется от своей бредовой идеи. Это была шутка Кэтти.
– Ну, тогда самолет! – предположил Ол.
– Это все безнадежно устарело, – пояснил Протер. – Мы пройдем в Россию по пятому измерению. То есть я переброшу туда ваши основные формы, там вас материализую, и все.
– И все! – Кетти опять покрутила пальцем у виска…
– Да, видел чудеса иллюзии, но такого еще нет! – произнес Джимми, стоя посередине Невского проспекта в городе
Пешеходы оглядывались и улыбались. Кэтти отчаянно материлась. Ол настороженно поглядывал по сторонам. Он как бы естественным образом взял функции защиты на себя.
– И что мы сейчас будем делать? – спросила Кэтти после очередной матерной тирады.
– Мы отправимся на квартиру Гоголя, – ответил Протер, прищуриваясь на весеннее петербургское солнце.
– По-моему, это замечательная идея! – произнес Ол. На улицах этого странного города, где все люди куда-то торопились, он чувствовал себя как-то неуютно. – Поговорим с ним лично, – добавил он.
– Вот этого не хотелось бы. – Кэтти поежилась.
– Ты считаешь это неудобным, потому что мы заранее не предупредили Гоголя о нашем визите?
– Да! – сказала Кэтти. – Это в высшей степени неудобно, и я не хотела бы встретить Гоголя.
– Но почему? – удивился Ол.
– Да потому, что он умер больше ста лет назад, – пояснил ситуацию Протер. – А я бы и в самом деле поговорил с ним. Это в любом случае лучше, чем доискиваться истины в мертвой книге. Они направились в сторону музея-квартиры Гоголя, но по дороге Джимми и Ол выразили общее желание посетить туалет, благо сие заведение оказалось рядом за углом. Вернулись они ошарашенные, и не только сервис в туалете был для этого причиной. Они поведали следующее. При выходе из туалета их окружила странная толпа женщин с детьми, причем все они были одеты наподобие женщин из индийских фильмов с Раджем Капуром. И старшая из них, с глазами прозорливой орлицы, предложила им за приемлемую сумму предсказать будущее, на что они тут же согласились. По всему получалось, что Джимми в скором времени станет владельцем цирка, а Ол получит очень крупный выигрыш.
– И в результате вы остались без копейки денег, – предположил ясновидящий Протер.
– Ну да! – согласился Ол. – Ведь они нам предсказали столько хорошего!
– Пойдем! – сказала Кэтти решительно. – И заберем деньги. Не в деньгах дело, но я не люблю мошенников! Толпу цыганок (а это были именно они), наши друзья нашли на том же месте. Видя к себе такой повышенный интерес, цыганки, шумно галдя, окружили четверых искателей приключений. – Молодая, дай погадаю, всю правду расскажу! – обратилась одна из них к Кэтти.
И той захотелось ее послушать.
– Дальняя дорога выпадает тебе, да еще с крестовым королем. Если его не убьют, то быть тебе за ним замужем. Ой! Славу, богатство, удачу вижу! Но и тьму сил черных, тебя окружающих. Но все кончится у тебя хорошо! Кэтти протянула цыганке сто долларов. А в это время цыганка с орлиным взором шептала на ухо Протеру: – Дорогу вижу, пещеру вижу, глаза вижу. Смерть-погибель ждет тебя там! Но если выкарабкаешься, то славу обретешь, да такую, которой любой смертный позавидовать может! Жену молодую вижу. И недалеко она, и тебя любить так будет, так будет!! И дело свое поставишь, и придет к тебе народ. А что дальше – не вижу, поэтому и не скажу. Протер так же, как и Кэтти, дал цыганке сто долларов. В музей-квартиру Гоголя они попали быстро, то есть без их обычных приключений. И там Протер увидел заветную книгу.