Против Империи
Шрифт:
— Принято.
Зан Арбор вздрогнула от удивления, затем её глаза алчно загорелись. Вейдер знал, что её удивляет, как легко он соглашается на все её требования, и что она пытается придумать, чего ещё попросить.
— Значит, по рукам, — прогудел Вейдер, давая женщине понять, что продолжать ей не следует.
— По рукам.
Ситх невольно расслабился. Если эксперимент удастся, если методы окажутся надежными, то он навсегда избавится от своих ночных кошмаров.
Падме исчезнет.
Энакин Скайуокер исчезнет.
Это будут лишь имена, знакомые Вейдеру понаслышке. Они не будут иметь для него
Падме, ты будешь для меня лишь именем. Ничем больше. И за своё предательство ты не заслуживаешь иной участи!
Внимание ситха снова переключилось на Зан Арбор.
— У вас будет ассистент, Линна Налтри. Она обучалась в лучших научных институтах и имеет огромный опыт в изучении нервной деятельности. Вы обе сможете работать в имперских лабораториях на Корусканте.
— А подопытные люди?
— Я вышлю их очень скоро.
Глава 7
Добровольцы из Одиннадцати посменно работали в туннеле две ночи подряд. Работа была опасной. Имперские патрули обходили озеро Мунстоун в самые неожиданные моменты. Добровольцам приходилось долго находиться в холодной озёрной воде, требовались специальные костюмы. Наконец, хоть за водонепроницаемость туннеля и нельзя было поручиться, удалось пробиться практически к самому ангару.
Солис, Рай-Гаул и Клайв нашли хорошо замаскированный вход в скалах, за голографическим порталом. Они залезли в маленькое отверстие и поползли в туннель.
— Это весело, — заметил Клайв, увязая руками в грязи по самые запястья. — Напомните, чтобы я сказал Ферусу за это "спасибо".
Рай-Гаул, как обычно, промолчал. Несмотря на его большой рост казалось, что он двигается с огромной лёгкостью даже на четвереньках. Солис опережала их с Клайвом уже метров на двадцать.
Клайв вздохнул. И что он здесь делает, зачем ползёт в грязи под полуобледеневшим озером? Он не был джедаем. У него не хватало силы воли, чтобы притворяться, будто ему не больно. Ледяная вода просачивалась через потолок туннеля и капала на голову, стекала на шею. До этого Клайв был уверен, что хуже имперской тюрьмы нет ничего.
"Ладно, это и правда хуже," — сказал он себе. И почему с ним вечно что-то подобное происходит? Он решил оставаться в Войнах Клонов нейтралом — а пришлось стать двойным агентом. Ну, по крайней мере, Клайв делал это за деньги. За хорошие деньги. А сейчас он входил в сопротивление планеты, которая даже не была ему родной, и работал с двумя едва знакомыми джедаями, пока его дружок Ферус якшался с императорскими фаворитами!
Сперва Клайв думал, что помогать Ферусу — это так, забава. В конце концов, лучшего занятия у него не было. Он собирался спрятаться в каком-нибудь уютном местечке и переждать. Рано или поздно Империя падёт. Почему Клайв должен был оказаться среди тех, кто подтолкнёт её к этому падению? А ведь он добровольно вызвался на это…
Клайв расплачивался за свою преданность. Не иначе. Ферус помогал ему, а он поддерживал друзей
По мере продвижения уровень воды повышался. Вскоре Клайв, Рай-Гаул и Солис уже на полметра погрузились в холодное озеро… и вода не прекращала подниматься. Пластоид над головой начал трескаться.
Озеро было таким большим, что имело свои приливы и отливы. Учитывал ли это кто-нибудь? Что, если начнётся прилив?
Погружённый в свои мысли, Клайв удивился, когда Солис замерла и подняла руку, призывая остальных тоже остановиться. Плоский потолок туннеля теперь был всего в нескольких сантиметрах над головой Клайва. Если бы он решил прилечь, то оказался бы под водой.
Солис подала знак, что они добрались до конца туннеля. Это означало, что они уже на имперской территории.
Точно по графику. По собственному опыту Клайв знал, что имперцы отличаются необыкновенной точностью. Он дотронулся до пояса, проверяя, на месте ли бластер — нервная привычка. Стрелять он не любил, предпочитал более необычное оружие. Рай-Гаул и Солис сказали, что если всё пойдёт по плану — стрелять вообще не придётся.
Но на опыте Клайва ничто и никогда не шло по плану.
От холода и нервного напряжения зубы начали стучать. Клайв стиснул челюсти. Иногда быть храбрым значит держать своё слово и делать то, что пообещал.
Солис подняла руку и растопырила пальцы. Обратный отсчёт. Это означало, что штурмовики вышли вместе с Эми и вели её к транспорту. Ничего не было видно, кроме пальцев Солис и черноты за ними.
Пять…
Четыре…
Три…
Два…
Один…
Вперёд!
Оказалось, Клайв в случае необходимости может двигаться быстро — но не так быстро, как Рай-Гаул и Солис. Он рванулся вперёд, отталкиваясь локтями. Солис уже исчезла в черноте где-то впереди. Затем из отверстия выбрался Рай-Гаул. Клайв протолкнул собственное тело наружу.
Он оказался на каменистом пляже, усыпанном чёрным песком. Должно быть, глаза джедаев приспособились мгновенно, но Клайву потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к тусклой рассветной мгле и завесе ледяного дождя. Впереди блестела посадочная площадка. Огни на ней не горели, и Клайв с трудом разглядел там нескольких деактивированных грузовых дроидов. Сморгнув несколько раз, он увидел несколько силуэтов, быстро направлявшихся к чёрному кораблю. Штурмовики окружали худощавую фигуру, подталкивая под локти. Иногда её ноги подкашивались, и тогда солдаты вздёргивали её обратно, заставляя идти дальше.
Штурмовики всё ещё не видели Солис и Рай-Гаула. Джедаи двигались так тихо и быстро, что Клайв сам едва мог их разглядеть. Его заданием было держаться подальше от сражения и в нужный момент схватить Эми.
Сквозь моросящий дождь прорвались вспышки вращающихся световых мечей. Рай-Гаул поднял руку, и целый ряд штурмовиков отбросило, словно турбодозером. Клайв не видел Солис — только луч света, мелькавший в воздухе, пока тела штурмовиков разлетались по площадке. Бластерные выстрелы разрывали темноту, как трещины — стекло. И всё это время Клайв бежал, бежал на пределе своих сил, задыхаясь и борясь с болью в лёгких.