Против правил
Шрифт:
Кэтрин завела двигатель и в бешенстве выжала педаль сцепления до отказа, уже много лет не испытывая такого раскаленного гнева. В последний раз это было в тот день у реки, но на сей раз все закончится не так плачевно. Она не наивная девочка, неспособная держать мужчину или собственные желания в узде. Она женщина, а Рул вторгся на ее территорию. Ранчо Рула Джексона! Значит, вот как люди думают об «Угодьях Донахью»? Он что, считает ранчо своим? Может, даже думает, что крепко держит бразды правления и ей никоим образом его не сместить? Если так, он скоро узнает, что
К моменту возвращения домой первая волна гнева прошла, но решимость не ослабла. Первым делом Кэтрин отнесла покупки Лорне, прекрасно понимая – та заметит подъехавшую машину из окна на кухне. Она не ошиблась: первое, что увидела Кэтрин, войдя в дом, это стоящую у раковины Лорну, которая чистила картошку, не спуская глаз с окна, чтобы, не дай бог, не пропустить что-то из происходящего во дворе. Кэтрин поставила бумажный пакет на стол:
– Вот, все по списку. Рула не видела?
– Он приходил обедать, – безмятежно ответила Лорна. – Но теперь может быть где угодно. Попробуй узнать на конюшнях, может, там в курсе.
– Спасибо, – поблагодарила Кэтрин и, развернувшись, решительно зашагала по двору, оставляя за собой клубы пыли.
Войдя, она окунулась в прохладный полумрак – настоящее облегчение после палящего солнца, – хорошо знакомые запахи лошадей и навоза. Кэтрин прищурилась, пытаясь приспособиться к потемкам, и на некотором расстоянии заметила два силуэта. Через пару секунд она узнала Рула, второй мужчина был ей неизвестен.
Прежде чем Кэт успела произнести хоть слово, Рул протянул к ней руку.
– Вот и леди-босс, – произнес он.
Его слова настолько удивили Кэтрин, что она невольно подошла ближе, и Рул тут же обхватил ее за талию, прижав к теплому и сильному телу.
– Кэт, знакомься, это Льюис Стовалл, он старший над всеми работниками. По-моему, ты не появлялась здесь после того, как его наняли. Льюис, это Кэтрин Донахью.
Льюис Стовалл просто кивнул, слегка коснувшись шляпы, однако его сдержанность объяснялась вовсе не застенчивостью. В его взгляде читались те же жесткость и осторожность, что и у Рула. Прищурив глаза, он словно бы чего-то ждал. Кэтрин с тревогой осознала, что за плечами Льюиса Стовалла нелегкая, полная опасностей жизнь, оставившая глубокие шрамы. У этого мужчины явно немало тайн. Но… он старший? Тогда, кто Рул? Царь горы?
Настроение Кэтрин не способствовало светской беседе, поэтому в ответ она тоже только коротко кивнула. Достаточно. Стовалл не обращал на нее никакого внимания, слушая инструкции Рула, слегка склонив голову и впитывая каждое слово. Рул был краток на грани грубости – типичная для него манера общения. «Со всеми, кроме меня», – внезапно поняла Кэтрин. Никто бы не назвал Рула болтуном, однако он действительно разговаривал с ней больше, чем со всеми остальными. С того дня, как принес ей весть о смерти Уорда, он постоянно беседовал с Кэт. Сначала, казалось, Рул делал это через силу, но вскоре его поддразнивания, произнесенные хриплым, рокочущим голосом, все
Снова кивнув, Льюис ушел, двигаясь, несмотря на высокий рост, с завидным изяществом. Рул развернул Кэт к выходу, его рука все еще лежала на ее талии.
– Я заходил на обед, хотел взять тебя с собой и провести остаток дня вместе, но ты уже уехала. Где была?
Как это для него типично – ничего не спросить у Лорны.
– В магазине Уоллеса, – автоматически ответила Кэтрин. Ощущение его теплой ладони быстро истощало решимость, заставляя забыть о причине гнева. Глубоко вздохнув, она отступила и повернулась к нему лицом.
– Так, говоришь, Льюис здесь старший? – спросила она.
– Верно, – подтвердил Рул, слегка сдвинув шляпу и наблюдая за ней темными глазами, по которым невозможно было ничего прочитать. Правда Кэт почувствовала, как от него волнами расходится напряженное ожидание.
– Ну, раз он старший, тогда ты мне больше не нужен, да? Ты сам передал ему свою работу, – сладким голоском пропела Кэтрин.
Мгновение – и Рул притянул Кэтрин обратно, окутав присущими только ему ароматом и жаром тела. Мрачно сжав губы, он слегка встряхнул девушку.
– Мне был нужен помощник, и Льюис отлично подошел. Если тебя так заботят дела ранчо, может, останешься и тоже поработаешь? Уорд всегда нанимал старшего бригадира, хотя у него и не было дополнительных забот с лошадьми. Прекрати психовать. Пока ты нежилась в постельке, я встал в два часа ночи, чтобы помочь кобыле ожеребиться, так что у меня нет настроения выносить твои истерики. Ясно?
– Ладно, тебе требовалась помощь, – неохотно согласилась Кэтрин.
Ей страшно не хотелось признавать разумность его доводов, но Рул прав. Тем не менее, это не имеет отношения к тому, что она слышала в городе.
– Допускаю. Но, может, объяснишь мне, почему земли «Угодьев Донахью» считаются пастбищами Рула Джексона?
На последних словах голос Кэтрин сорвался на крик, от гнева на щеках выступил яркий румянец.
На скулах Рула заиграли желваки.
– Возможно, потому что ты не захотела остаться? Находись ты здесь, и людям не надо было бы постоянно напоминать, что это – земля Донахью, – рявкнул он. – Я никогда не забывал, кому принадлежит ранчо, но иногда мне кажется, что я такой один. Мне прекрасно известно – все это твое, маленькая леди-босс. Ты это хотела услышать? Черт побери, у меня полно работы, некогда мне с тобой выяснять отношения!
– А я тебя и не держу!
Джексон приглушенно выругался и ушел, судя по напряженной осанке, в ярости. Кэтрин стояла, сжимая кулаки и борясь с желанием наброситься на него, как когда-то в прошлом.
Наконец она вернулась в дом и уже направлялась в свою комнату, когда встретила Рики.
– Почему не сказала, что поедешь в город? – раздраженно спросила та.
– Во-первых, тебя здесь не было, а во-вторых, ты никогда не любила магазин Уоллеса, – насмешливо пояснила Кэтрин.
Разглядывая сводную сестру, она заметила нервную дрожь ее рук. У Кэт импульсивно вырвалось: