Противоборство

Ибрагимов Даниял Сабирович

«В тех случаях, когда главный конструктор – сам лучший конструктор этого коллектива, тогда в нем идет все гладко. Такой главный конструктор заинтересован в росте и популяризации роста своих конструкторов и конструкторов других заводов, поскольку его приоритет и авторитет базируется на его личных качествах, он не боится конкуренции, а ищет ее...»

Весьма немаловажно для главного конструктора (как и для людей, которыми он руководит), чтобы он время от времени приходил в бригады, смотрел, вникал в дела подчиненных. Любой член коллектива должен видеть в руководителе «своего брата конструктора». Умение «ходить по доскам», как

называется в КБ просмотр того, что создается на листах ватмана, чрезвычайно важно. И обязательно главный должен обладать чувством нового. Но когда ему предлагают что-то новое, он не должен забывать, что за все эти «прелести» надо платить и, как правило, недешево, а поэтому должен, как бухгалтер, спросить: «А во что это обойдется?»

С приходом в СКБ-2 Котин выступил с предложением еще более конкретизировать специализацию групп (бригад): корпуса, вооружения, установки двигателя, ходовой части, трансмиссии, электрорадиооборудования, общих, видов, прочности и т. д., то есть поставить организацию конструкторского труда на тот путь, который сегодня кажется извечно существовавшим. Это была большая заслуга Жозефа Яковлевича.

В одном из писем старейшему конструктору Кировского завода Леониду Ефимовичу Сычеву я задал несколько вопросов, в том числе такой: не преувеличивают ли в некоторых литературных трудах роль Котина и Духова в создании тех или иных образцов тяжелых танков?

Хочу привести письмо Л. Е. Сычева почти полностью, так как оно дает ответ и на другие вопросы, которые могут возникнуть у читателя:

«Действительно, во многих публикациях представляются непосредственными конструкторами-творцами по тяжелым машинам Ж. Я. Котин и Н. Л. Духов, по средним – М. И. Кошкин и А. А. Морозов.

Я хорошо знаком с Котиным и Духовым по совместной работе на ЛКЗ и ЧКЗ, с Кошкиным по совместной учебе на 2 – 5 курсах ЛПИ, с Морозовым – в качестве его ведомого по объекту Т-34. Считаю, что в создании соответствующих машин их роль безусловно значительна.

Что же касается «возвеличения» их непосредственных конструкторских функций, то это (в меньшей степени затрагивая А. А. Морозова, единственного из них работавшего «за доской») объясняется распространением методов руководства периода культа личности на сферу конструирования. Характерным для тех времен было зачисление в творческие личности также руководящих работников заводов, министерств и др., а иногда подхалимов и приспособленцев. Зачастую оттеснялись от признания и соответствующих поощрений подлинные участники работ. Да и некоторые работы предпринимались ради необоснованного нового. Все эти негативные явления в конструкторской деятельности в какой-то мере сохранились до настоящего времени и отрицательно влияют на отображение истории развития техники, оценку роли отдельных лиц, технический прогресс.

Отмечу, кстати, что для главного конструктора и ряда других руководящих работников конструкторских подразделений первостепенным является не личное участие в непосредственных конструкторских разработках, а организация коллектива на обеспечение технических характеристик объекта, его технологичности и экономичности, широкое использование достижений науки и техники, определение перспектив».

9 октября 1941 года за выдающиеся заслуги в организации серийного производства танков КВ на Кировском заводе Ж. Я. Котину вместе с И. М. Зальцманом М. И. Калинин вручил орден Ленина и Золотую медаль «Серп и Молот».

С

началом войны и образованием наркомата танковой промышленности Котин был назначен заместителем наркома, а после эвакуации Кировского завода в Челябинск он возглавил еще и коллектив конструкторов ЧТЗ. Заместителем Котина и начальником СКБ-2 Уральского комбината тяжелых танков, как стали называть танковый гигант в Челябинске, был Николай Леонидович Духов.

Котин решал организационные вопросы, держал связь с армией, заводами, институтами, осуществлял работы по усовершенствованию танка КВ и созданию новых машин, которых требовала война. В обязанность же Духова входила связь СКБ-2 с производством

Николай Духов

Появление Николая Духова на свет зарегистрировано в 1904 году в метрической книге Успенской церкви большого украинского села Веприк, что на Полтавщине. Родился он в семье ротного фельдшера.

Николаю исполнилось 13 лет, когда грянула революция. Бурные события той поры не помешали юному Духову твердо усвоить основы наук. Сначала он учился в сельской школе, затем в уездном городе Гадяче, в классической гимназии. Особенно хорошо там было поставлено преподавание иностранных языков, что сыграло немаловажную роль в жизни будущего конструктора. Впоследствии он владел немецким, английским и французским языками, мог читать техническую литературу на любом из них.

В селе Николай Леонидович работал на разных должностях: секретарем в сельском Совете, заведовал избой-читальней. Одно время дежурил на электростанции, делал проводку в домах, подключал свет, ремонтировал линию. В 1923 году, когда в селе возникла комсомольская ячейка, он вступил в Коммунистический Союз Молодежи.

После окончания рабфака Духова без испытаний зачислили на механический факультет Ленинградского политехнического института. В 1932 году молодой инженер автотракторной специальности получил назначение на «Красный путиловец», где приступил к практической конструкторской деятельности. Сначала проектировал приспособления для пропашного трактора «Универсал», затем копировал 75-тонный подъемный кран.

Набирался опыта конструктор. Расширялась производственная деятельность предприятия. В 1936 году Духова перевели в СКБ-2 танкостроения. Со всей серьезностью начал он изучать новое для него дело. Его интересовали все детали производства танков, технологический процесс их создания. КБ сразу увидело в нем энергичного инженера, человека смелой фантазии. Уже вcкоре он под руководством Л. Е. Сычева приступил созданию единой методики тягового и прочностного ра счета танков, которой он и его коллеги впоследствии пользовались не один год.

Афанасий Ермолаев

В 1934 году, по окончании Военной академии механизации и моторизации РККА, в СКБ-2 пришел тридцатилетний Афанасий Семенович Ермолаев. В СКБ-2 он быстро выдвинулся в ряды ведущих специалистов Кировского завода. Сначала участвовал в производстве танка Т-28, а когда кировцы приступили к созданию тяжелого танка, получившего наименование СМК (С. М. Киров), Ермолаев разрабатывал для него КПП, которую впоследствии доработал Маришкин.

На этапах эскизного, технического проектирования и изготовления макетных образцов танка рассмотрения их соответствующими комиссиями техническое руководство осуществлял Н. В. Цейц. Позднее, когда Н. В. Цейц был уволен, дальнейшие работы по изготовлению опытного образца СМК были поручены Ермолаеву.