Противостояние 2

Афанасьев Александр

Суть игры южноафриканцев Ахтар просек сходу - получалось красиво и жутко. Они, по поддельным документам просят перечислить какую то сумму за закупленное оружие, скорее всего на счет какого-нибудь оффшора. Марайс, торговец оружием с большим стажем все это организует враз - и деньги примет, и оружие за них выдаст. Вся суть в том, что потом, после этого перечисления вся цепочка - в руках южноафриканцев. Сколько бы там не было промежуточных звеньев - они будут знать их все. И при необходимости - они неопровержимо докажут, что деньги ЦРУ США ушли на покупку ядерного оружия у Южно-африканской республики.

Что будет, если это все всплывет - даже воображения не хватит представить. Согласившись

на это, с точки зрения их кураторов из ЦРУ они совершат самое страшное, что только можно было бы совершить. Это даже не предательство. Они посягнут на ЦРУ в целом. Сейчас Управление и так под огнем критики - а стоит только конгрессменам, вцепившимся им в ляжки узнать, что деньгами ЦРУ профинансирована ядерная сделка с ЮАР - они просто потребуют закрыть ЦРУ и президент не сможет им возразить. Это - край, это конец всему.

И поэтому, если в ЦРУ узнают - они их просто бросят на съедение русским и индийцам. Хотя нет, вряд ли, все-таки тут геополитика. Но его они убьют. И Диктатора - тоже убьют. И всех кто к этому причастен - убьют всех до единого. Профинансируют государственный переворот и под шумок убьют. Чтобы другим неповадно было играть в такие игры.

Для чего это нужно ЮАР? Ответ на поверхности. Если эта сделка состоится так как запланировано - у них в руках появится оружие, которым они смогут шантажировать Белый Дом. Любую администрацию - хоть республиканскую, хоть демократическую. В США слишком много было вложено в раскрутку ЮАР как врага - и теперь если страна после сделки с Ираном узнает еще и про ядерную сделку с ЮАР - она просто взорвется. А ЮАР, обладая документами, сможет шантажом потребовать постепенно свернуть кампанию против ЮАР в прессе и начать процесс отмены санкций. Не сразу, постепенно, не вызывая подозрений, с мелкими косметическими уступками. Но постепенно отношения США и ЮАР в этом случае должны будут стать такими же, как и отношения США и Израилем. Сколько Израиль в геноциде палестинского народа обвиняют? Постоянно! А случись беда - и США технику с Германии перебрасывает, оголяя фронт перед советской танковой армадой.

– Господа, вы понимаете риск предложенного вами?

В ответ Марайс только усмехнулся

– И, тем не менее, настаиваете на этом условии.

– Вы знаете латынь, господин Ахтар? Нет? А я знаю немного. Есть хорошее выражение cine qua non, без чего нет. Это и есть тот самый случай. Без него мы не готовы обсуждать какое бы то ни было сотрудничество в сфере ядерных технологий и материалов, господин Ахтар.

– Вы понимаете, что я не могу принять такое решение один?

– И это мы понимаем. Мы ждем ответа в течение месяца. Если мы его не получим - мы будем считать, что наше предложение отвергнуто, а этого разговора - не было.

– Хорошо. В таком случае - месяц. Как вы предпочитаете получить ответ?

Командант Марайс достал ручку с золотым пером, написал на обороте своей визитной карточки несколько слов и цифр.

– Условия нами изложены, господин Ахтар, обсуждению они не подлежат. Уточненный список нужных нам стратегических материалов и оборудования мы передадим вам после одобрения сделки в целом. Вам нужно оружие? Пусть ваши люди выйдут на эту фирму. Контакт - готовность к сделке.

– Мы не можем купить южноафриканское оружие.

Марайс снова улыбнулся - недобро, одними губами, узкими и тонкими

– Это советское оружие. Советские поставляют местным каффирам оружие, потом оно скапливается у нас, и мы не знаем, что с ним делать. Такого оружия у нас - целые склады, и мы с удовольствием продадим его вам. Оплату примем в долларах США или ЭКЮ. Поставка - морем, зафрахтованным транспортом третьей страны. Примерно так.

– Если кто-то узнает?

– Никто не

узнает. Если не разболтаете вы. Не смеем вас больше задерживать, генерал. От двери - налево там вас проводят.

Оставшись вдвоем, южноафриканцы переглянулись. Долгие годы необъявленной гражданской войны сплотили южноафриканскую элиту, ее члены понимали друг друга с полуслова, а иногда и вовсе без слов.

– Он понял?
– спросил де Вилье

– Понял. Он не дурак.

– Откажется?

– Нет. У них нет выхода. Они заигрались в игры - и если в их картах не окажется джокера - они проиграют.

– А мы?

– Хуже уже не будет.

Де Вилье немного подумал, потом согласно кивнул. Блокада вредила стране, они знали, что в Вашингтоне обсуждается вопрос о передаче власти черному большинству тем или иным путем.

Но пока они в силе - этому не бывать. Все будет так, как и задумано Богом.

– Ты прав. Хуже уже не будет. У нас тоже нет выхода. Я доложу.

– Кому?

– Пока младшему***. Он решит.

– Хорошо. Тогда я начну готовиться. И ты готовься тоже.

* Имена подлинные

** Ныне Бангладеш. Получила независимость в 1971 году в ходе второй пакистано-индийской войны

*** В описываемый период премьер-министром ЮАР был Пик Бота, а министром иностранных дел - его брат Питер Бота

СССР, Нижний Тагил

Учреждение ИК-13

Начало лета 1987 года

В те благословенные времена, о которых пойдет речь, милицейская зона на весь необъятный Советский Союз была одна. Это сейчас - пальцев на руке не хватит чтобы подсчитать: трешка - в поселке Скопино Рязанской области, одиннадцатая - в поселке Бор области Нижегородской, в Мордовии еще есть. А тогда - только одна.

Называлась она "Учреждение N 13 ГУИТУ МВД СССР" или просто - тринадцатая. Располагалась она в Нижнем Тагиле, на улице Фестивальной дом 1. Сейчас там понастроено разных торговых центров и автосалонов, тогда же - глушь глушью, промзона уральского промышленного городка. Спокойное, милое местечко - недаром определенный контингент называл Тагил Нежным.

Попасть в эту зону было непросто. Для того, чтобы сидеть "со своими" надо было либо работать в милиции, либо служить во внутренних войсках. Ежу понятно, что с такими пассажирами сделают в обычной хате обычной зоны - опетушат всей камерой и утопят в сортире, или сунут в бок заточенную ложку. Поскольку милиционеры в те времена преступной деятельностью занимались редко - в зоне всегда было свободное место. Да, забыл сказать - партийных деятелей, которые попадались - тоже туда этапировали, хотя партийные то на это не имели никакого права. Но партийные сливаться с народом никак не хотели, они его боялись и небезосновательно. Знаете что полагалось партийцу, зарулившему на обычную зону ну скажем... за взятку. Ему в камере присваивали титул - генеральный секретарь параши. Идет кто по малому или по большому - должен сказать: товарищ генеральный секретарь параши, разрешите посетить вашу парашу. Генеральный секретарь отвечает (не ответишь - головой в ту же парашу окунут) - пожалуйста, посетите мою парашу. Сделал зэк свои дела, оправился, спрашивает: товарищ генеральный секретарь параши, разрешите покинуть вашу парашу? Генсек опять отвечает: спасибо, пожалуйста, покиньте мою парашу. А в хате сидят по пятьдесят, а то и больше человек и сколько раз за день каждый из них на парашу ходит? Вот так вот. Не любили партейных в народе.