Противостояние
Шрифт:
- Еще и магиков, гляди, своих напустят, – прошептал он.
Он в упор рассматривал покойного. Как жаль, что сейчас здесь нет всех тех, кто мог бы помочь и дать совет, ведь они – воры, наверняка, не раз сталкивались с чем-то подобным в своей жизни. И не с кем даже вынести из дома этого мертвяка… Обратись он к какому соседу, так на следующий день тот побежит за вознаграждением к страже или магикам, рассказать об увиденном ночью в таверне. Но что если Баля права, и все это подстроили враги, эти проклятые братья Бэг и Брон, что живут в соседнем селе и заправляют там трактиром «Полуночный гость»? Подстроили и теперь ждут, не дождутся, чтобы посмотреть, что он будет делать.
«Глупости, кто бы стал убивать живого человека,
Из уборочной, наконец, появилась Баля с виновато опущенной головой, видимо ожидая, что муж опустит на нее град ругательств за разбитую в уборной посуду. Но Аур даже не повернул к ней головы, а только мельком проводил взглядом. Куда там. Баля, воодушевлено проскочив мимо супруга, начала мести пол. Хозяин таверны, наконец, смачно сплюнул под ноги и, растерев плевок сапогом, взял лежавшую под одним из столов тряпку, которой он собрался вытереть перепачканные пол и стену. В голову лезла настойчивая мысль, убрать этого молодца долой из таверны и забыть, как страшный сон. Например, в погреб, а завтра, когда придут воры можно будет поговорить о том, как ему следует поступить предметно, со знающими людьми. И возможно даже заказать чью-то услугу… Аур хмыкнул. Пусть это обойдется ему не в один золотой, но поможет избежать ненужной встречи со стражей, ненужных проверок и,… чем черт не шутит – виселицы.
Растекшаяся по полу кровь, казалась Ауру какой-то невероятно ледяной и отвратительной, впитываясь в тряпку, которую он держал в руках и, просачиваясь между половых досок в погреб, на потеху, уже зажравшихся сыром и вяленым мясом, крысам. От трупа шел неприятный смрад, от которого у хозяина таверны рябило в глазах и першило в горле. Аур то и дело кашлял, но не обращал на это никакого внимания, продолжая оттирать кровь. Баля, успевшая вымести осколки разбитой кружки, помогала мужу оттирать кровь и грязь со стены.
- Три-три, тщательнее, что бы пятнышка не осталось, – забурчал Аур.
Женщина в ответ закивала, хотя стена уже давно блестела как новая, будто на нее был положен свежий слой краски. Что-то отвечать сейчас супругу не было смысла, если конечно, она не хотела нарваться под крепкое словечко или чего хуже под горячую руку, что Аур порой очень даже себе позволял. Наконец управившись, мужчина отбросил тряпку в сторону и с наслаждением потянулся, разминая затекшую спину.
- Давай-ка, убери тряпки, и сходи за чем-то полезным, в чем его можно вынести.
Баля, бросившаяся выполнять поручение мужа, застыла, держа в руках одну из пропитанных кровью тряпок. Глаза женщины округлились.
- Это как, ты чего, муженек, выносить его собрался? – спросила она. – А куды?
- Я тебе сейчас устрою куды, и поспрашиваешь еще, – огрызнулся Аур. – Живо выполняй, что велено!
Баля, не говоря ни слова в ответ, схватила вторую тряпку и бросилась к лестнице, уходящей в подвал, с грохотом захлопнув за собой дверь.
- Дура, – прошипел сквозь зубы Аур.
Несмотря на то, что он никогда особо не прислушивался к мнению жены, неприятный осадок от ее слов остался. Даже не столько от слов, сколько от самого возражения. Баля думала, что затея эта также плоха, как урожай после Черной смерти. От таких мыслей стало немного не по себе, и хозяин таверны попытался успокоиться. Видано ли, чтобы бывалый войн прислушивался к мнению бабы! Не будет такого никогда! Да если бы те, с кем он воевал бок о бок на Юге, узнали об этом, Аура засмеяли в тот же миг. Он покачал головой. Нет, если решение принято, то никогда нельзя отступать и его менять, тем более в последнюю секунду. А решение он принял для самого себя уже тогда, когда взял в руки тряпки, теперь от стражи уж точно не отвертеться.
Аур решительно двинулся к трупу у порога, чтобы приготовить его к поклаже в мешок, но на секунду замер. Ему
Аур чувствуя себя сейчас ничуть не лучше какого-нибудь орка, попавшего в эльфийский плен, смахнул жирную каплю пота, пополам разрезавшую лоб.
- Это… Кто там? – осторожно поинтересовался он.
- Открывай, кто надо! – послышался из-за двери голос. – Стража и капитан Ордон, бес тебя подери!
Липкий комок внутри Аура только увеличился, и теперь, казалось, заполнил весь низ его живота. Хозяин таверны осторожно приблизился к двери. Теперь ему не за что не избежать неприятностей, если только, если… Об этом совсем не хотелось думать. Нужно как можно скорее отпереть засов, который он успел задвинуть после того, как они с Балей начали протирать кровь и пустить стражников, которые все настойчивее повторяли свой приказ по ту сторону дверей.
- Открывай, болван, если не хочешь болтаться на виселице, да побыстрее, – заверил кто-то.
От этих слов даже у бывалого Аура помутнело в глазах. Тем людям, что стояли на ступеньках его таверны, ничего не стоило в раз исполнить все свои обещания. У них слова редко расходились с делом. Как же! Повиновение Империи, высочайший указ! Когда-то он и сам был таким, и знал, к чему может привести ослушание или какая подобная вольность. Поэтому Аур поспешно схватил за шиворот покойника и, протянув его к ближайшему столу, отодвинул засов. Перед ним, на пороге показался небольшого роста солдат в форме стражника. Аур разглядел капитанские регалии на его форме. Капитан неодобрительно окинул хозяина таверны взглядом, шевеля при этом своими пышными усами, заметно прореженными желтизной, видимо от пагубной привычки курить трубку, и оскалился полупустым ртом. Аур прекрасно знал, что это верный признак завсегдатая как раз таких заведений, хозяином одного из которых он был.
- Что, прелюбезный, может, пустишь нас на порог, али самим зайти? Негоже городской страже, да капитану пороги оббивать.
Аур встрепенулся и, кивая, при этом бормоча всякую чушь, отступил в сторону. Стражник, по всей видимости, прекрасно осведомленный о жизни села и славе «Пьяного кота», а именно так называлась таверна, поправил меч, свисающий в ножнах на бедре, и переступил через порог внутрь дома, одарив презрительной ухмылкой Аура. В ней с легкостью можно было прочитать: «и впредь знай, что я буду заходить сюда, когда пожелаю с той же легкостью, с которой сделал это сейчас. Один приказ, и я раздавлю твой клоповник». Следом за капитаном в дом ввалились и остальные бойцы, обычные рядовые солдаты, вооруженные пиками и короткими кинжалами, всего четыре человека. Все, что успел сделать побледневший до неузнаваемости Аур, это лишь выдавить из себя «Это не то, что вы подумали» прежде, чем капитан Ордон увидел лежавший на полу труп, чуть поодаль от входной двери.