Противостояние
Шрифт:
- Так-с, а это мы сами разберемся, кто да что подумал, – усмехнулся он.
- Кажись, нашли, кого искали, капитан? – спросил один из стражников. Молодой парень не больше двадцати лет с белыми, чуть отдававшими соломой волосами, закрутившимися в кудри до самых плеч из-под служебного шлема и яркими голубыми глазами.
- Кажись, нашли. Неплохо ты его подбил, – присвистнул капитан Ордон. – Окочурился.
- Мертвяк, как есть, – кивнул другой стражник, по всей видимости, ветеран с заметной сединой в висках.
Капитан Ордон покачал головой. Аур, наблюдавший за коротким разговором, завязавшимся между стражниками,
- Ну-с, что тут стряслось, может, расскажешь, любезнейший?
Аур сглотнул. Настал и его черед, но за то время, что он стоял, будто голем, в стороне, он так и не придумал, каким образом будет разговаривать с капитаном стражи.
- Я… Я ни в чем не виновен, – как можно более уверенно выдавил он. Но из-за застрявшего внутри кома, слова получились немного сдавленными и прозвучали не так уверенно как хотелось.
Капитан Ордон наигранно изобразил на лице удивление.
- Сколько живу, дуралей, а никак не могу привыкнуть к одной простой ис-тине: если человек не виновен, если ему себя не в чем укорить, так он и оправдываться не будет, – сказал он.
Аур почувствовал, как попался в первую же ловушку, которую поставил этот хитрый капитан. Он мог биться об заклад и поставить на кон все свои деньги до последнего золотого, что у этого Ордона за плечами был опыт работы дознавателем. Иначе, откуда он понабрался таких вопросов и суждений? Хозяин таверны решил, что лучшим в таком случае будет просто напросто пропустить колкий выпад капитана мимо ушей. Он, наконец, стряхнул с себя оцепенение, для чего Ауру понадобилась вся его выучка прошлых лет, и сосредоточился.
- Вы же знаете, любезный капитан Ордон, что наша таверна работает до поздней ночи, а в выходные дни порой и до утра, – начал он, подбирая каждое слово, косясь на солдат, все еще обыскивающих труп. – Вот и сегодня мы работали в обычном режиме. Закрылись, моя жена Баля начала убирать со столов, я подбивал выручку. Все происходило как обычно, и как обычно мы не закрыли входную дверь, – Аур развел руками. – Черная ли смерть, еще какая гадость, я сам бывалый вояка, пехотинец и служил во благо нашего Императора, поэтому как никто другой знаю, что могу положиться на стражу! – выпалил он.
Капитан Ордон, прищурив глаза, внимательно изучал хозяина. Задуманное Ауром напоминание о своем служилом прошлом и похвала городской стражи, безусловно, сыграла свою роль. Но не так то прост был этот капитан. Тем не менее, Ордон ничего не ответил на слова Аура и дал знак продолжать. Хозяин таверны, собравшись духом, продолжил.
- И когда мы
Ордон, несмотря на то, что официальной религией Империи было объявлена вера в Спасителя, пропустил упоминание Богов мимо ушей, так как сам не верил в эти сказки, распространяемые святыми отцами в серых рясах и с деревянными крестами на груди. В это могли верить повернутые на спасение своей души и прощение греха рыцари-фанатики, но не бывалые войны, закаленные войной. Однако все остальное Ордон слушал очень даже внимательно. Чтобы упрочить свое положение Аур продолжил натиск.
- Говорю вам, хотел прогнать наглеца, думал даже до поста стражеского погнать. А он взял, да помер, – Аур развел руками. – Как есть, помер.
- Как есть, – согласился капитан. – Говоришь, даже до поста, что же, по-хвально.
Капитан закивал и почесал трехдневную щетину на щеках. Аур замер в ожидании. Кажется, Ордон начинал ему верить? Чепуха, и как такое только могло придти в голову. Ведь преступник, столь манящий и столь далекий еще полчаса назад, оказался пуст, у него не было ни денег (которые Аур благополучно загреб себе), ни сколько-нибудь достойного оружия.
Ордон ласково потрепал Аура по плечу. Старый пехотинец в ответ выдавил из себя улыбку. Он знал, что просто так этот лис не отдаст свое. Капитан просто не мог уйти отсюда с пустыми руками, для такого матерого пса, как он, такая роскошь была бы непозволительной хотя бы в лице собственных солдат. Стражники уже давно закончившие обыск мертвеца стояли, лениво бросая взгляды из стороны в сторону, явно не зная чем себя занять. Похоже, главная цель патруля была выполнена. Человек, за которыми они гнались, был мертв, а жалованье или еще что-то за это не полагалось. Ведь как-никак, такова была работа стражи – ловить и обезвреживать преступников. Поэтому солдаты явно заскучали.
- Скажи-ка, любезный, а что это за дубина у тебя на столе? Я вот смотрю, смотрю на нее, и никак понять не могу, – протянул капитан.
В следующий миг, наверное, все, кто стоял сейчас в таверне услышали, как у Аура скрипнули зубы. Еще бы, он забыл спрятать оружие под стойку! Глупец! К лицу Аура подкатила кровь, и щеки залил румянец. Капитан даже не пытался скрыть, что прекрасно видит, какое впечатление произвел его вопрос на собеседника, поэтому улыбнулся и тут же повернулся к одному из своих бойцов, тому самому белокурому юноше.
- Тебе не кажется, Рукцан, что вовсе не твоя рана свалила на повал беднягу?
- Вполне возможно, капитан, – кивнул белокурый в ответ.
- Да и не помню я такого приказа, чтобы мы должны были убивать этого малого, – протянул он. Теперь в его голосе не было и нотки былого спокойствия, в нем звучал металл. Холодные и безразличные глаза посмотрели на Аура. Хозяин таверны опустил взгляд.
- Но…
- Знаешь, хоть я и подписывал Кодекс веры, я не рыцарь и не хочу им быть, поэтому не жди моралей об искушении и молитве. Но я солдат и капитан стражи, который четко следует предписаниям буквы закона. А за убийство наше законодательство предусматривает виселицу, – уже более мягко сказал он.