Противостояние
Шрифт:
– Нам надо этих парней припрятать, – примирительно сказал я. – Если не страшно, оставайтесь.
– Подумаешь, очень испугалась! Я просто смотреть не буду, но без вас никуда не пойду.
На том и порешили.
Глава 8
– Вы шашлык есть собираетесь? – спросила, без стука вплывая в комнату, где мы сидели в полном молчании, администратор Лена.
– Какой еще шашлык? – вытаращил на нее глаза Андрей.
– Обыкновенный, я его разогрела.
Про
– Ты что, взяла его с собой? – удивился я.
– Ну, прикол. Ты же сам велел ничего не оставлять. Стала бы я бросать столько мяса. Так будете есть?
– Будем, – дружно ответили мы,
– Тогда пошли ко мне.
Мы тут же отправились вслед за хозяйственной женщиной. Ее комната находилась в первом домике у ворот. Мы расселись за покрытым старенькой скатертью столом. Лена расставила разнокалиберные тарелки, разложила алюминиевые вилки. После чего она села на стул и вперила взгляд в пространство. Возникла длинная, непонятная пауза. Мы с Ольгой недоуменно переглянулись.
– Выпивать будем? – не дождавшись нашей реакции, поставила вопрос ребром вдова.
– Можно, – без долгих раздумий, согласился я. После сегодняшних приключений водка должна быть в самый раз.
– Тогда давай деньги, а то у меня остались последние два рубля.
– Сколько нужно? – поинтересовался я.
– Ну, рублей шестьдесят. На две бутылки хватит.
– Это что же у вас за водка такая, по тридцать рублей? – подозрительно поинтересовался Андрей.
– Водка, как водка. Все пьют, и пока никто не умер.
– Это супер! А не фальшивой ты можешь достать? – спросил участковый, к моему удивлению, добровольно засовывая руку в карман.
– Могу, только она очень дорогая.
– Купи две, нет, лучше три бутылки самой лучшей, – небрежно сказал милиционер, протягивая Лене пятисотку.
– Самой лучшей на эти деньги не купить, – вмешался я. – Купи четыре бутылки приличной, чтобы потом опять не бежать.
…О том, чтобы нам сегодня ночью вновь идти в лесной коттедж, не могло быть и речи. Я на такой подвиг просто не был способен.
Несмотря на то, что дневные приключения кончились для нас благополучно, впечатлений на сегодня мне хватило с избытком.
Слава богу, что после встречи с бандитами больше ничего не случилось. Просидев в «засаде» около получаса и не дождавшись «карательной экспедиции», мы занялись трупами. Общими усилиями удалось отыскать подходящую яму метрах в двухстах от места происшествия, и мы с Андреем отнесли туда тела. После чего, обнажив головы, постояли над импровизированной могилой и завалили убитых опавшей листвой. Потом елико возможно уничтожили следы преступления, а перед уходом набрались наглости подойти к воротам резиденции. Они оказались запертыми. Видимо, это и объяснило отсутствие реакции обитателей дома на стрельбу. Охранники оказались единственными обитателями кирпичного монстра.
– А где ключи? Ты проверил у них карманы? – набросился на меня Андрей с истерическими нотками в голосе.
Я отрицательно
– Ну, ты и чайник! Это же тупо! – возмутился милиционер. – Разве так делают!
– Мне и в голову не пришло, – начал оправдываться я, тем самым как бы принимая вину на себя, – да и противно шарить по чужим карманам…
– Вот всегда так, ничего без меня не можете сделать. Почему обо всем должен думать я один!
Участковый начал входить в штопор и наливаться ненавистью, типичная реакция после перенесенного стресса. Я попытался примирительным тоном разрядить обстановку:
– Если хочешь сейчас попасть в дом, давай полезем через забор или через подземный ход.
– Зачем куда-то лезть, когда можно было спокойно войти в ворота. Никуда я лезть не собираюсь! – начал срываться на крик «подельник». – Я вам жизни спас, а ты даже карманы не смог проверить!
У парня начиналась истерика. Чтобы не доводить дело до конфликта и не завести его окончательно, мне осталось молча слушать упреки. Выплеснув эмоции, Андрей немного успокоился.
– Может быть, на сегодня хватит искать приключений, – миролюбиво сказал я. – Давай немного оставим на завтра.
Ни лезть через забор, ни через подземный ход мне очень не хотелось, хотя это было бы самым разумным и безопасным, учитывая то, что в доме, скорее всего, сейчас не было обитателей. Похоже, что убраться отсюда поскорее хотел не я один. Постояв около ворот ещё несколько минут, мы все, не сговариваясь, пошли к машине…
…С этого момента прошло всего два часа, и вот мы, как ни в чем ни бывало, сидим за почти праздничным столом и собираемся пить водку и есть шашлыки.
Увидев деньги, администратор встрепенулась и заспешила, теряя обычную сонливость.
– Я мигом! – заверила она. – Магазин здесь рядышком!
Не знаю, где в пансионате находился магазин, но, судя по тому, что вдова вернулась ровно через три минуты с бутылками «Флагмана», он был не иначе, как в соседней комнате. Сдачу Андрею она не вернула. Он, к его чести, мелочиться не стал, хотя, было заметно, этот факт про себя отметил.
Водка оказалась из холодильника, так что можно было не тянуть с началом потребления. Лена торопливо разлила напиток, и мы дружно сдвинули стенки граненых стаканов и молча, без тоста, выпили. То ли за упокой душ недавно преставившихся бандитов, то ли торопясь залить зельем тягостные воспоминания.
Почему-то близкая смерть у многих людей вызывает взрыв жизнелюбия.
Скорее всего, в основе этого лежит напоминание живым о бренности всего сущего, заставляя сильнее ощутить собственную недолговечность, и намекает, что нужно торопиться жить.
Второй стакан сопровождался тостом: «За нас», после чего Андрей начал «тревожить», как поется в популярной песне, благосклонные Олины коленки. Я и сам занялся теми же манипуляциями с коленями безутешной вдовы, хотя до этого никаких чувств она у меня не вызывала. Однако, дойти до чего-нибудь существенного нам не удалось. Неожиданно заявился Ленин «братан» Жека с двумя приятелями.