Провал аналитика
Шрифт:
Поцокал языком и полетел на левый фланг атакующих. Тут на помощь изрядно прореженному стаду мамонтов спешил гигантский земляной элементаль. Отпустил паузу и просмотрел ожидаемую сцену проламывания стены. Запомнившийся мне тщательно прорисованный темный рыцарь использовал двуручный меч не только в ближнем бою, а еще и пуская им смертоносные черные молнии. На подходах к крепости от этого странного оружия полегло несколько паладинов, почему-то затесавшихся среди бестолково носящихся мамонтов. Мамонтам от черных молний прилетело тоже изрядно, их туши обильно усеивали подступы к стене. Приближающегося гигантского голема рыцарь встретил своевременным прыжком. Стихийный монстр чуть возвышался над стенами. Я бы так не смог, а вот защитник крепости, несмотря на латы, преодолел одним затяжным прыжком несколько метров и оказался на покатой голове голема. Тот участок стены, где еще секунду назад находился рыцарь, взорвался фонтаном камня. Голем даже
Темный действовал изящнее, в несколько росчерков огромного меча каменная голова конструкта превратилась в рыхлое крошево. Легко рассекающие камень быстрые движения лезвия оказались не фатальными, но очень болезненными. Каменная тварь утробно взвыла, огромные ручищи голема ринулись к собственной голове. Рыцарь слишком поздно понял, что прыгать с сыпучей гранитной крошки не то же самое, что с гладкой ровной стены, его движение запоздало. Огромные каменные ручищи выбили из собственного тела, погрузившись практически по грудь, неожиданно хлесткий фонтан каменного крошева, перемешанного с обломками темных лат и кровавого месива. Нелепо обезглавивший себя монстр постоял, качаясь, несколько секунд. И молча рухнул, погребая часть стены и нескольких зазевавшихся мамонтов.
— Красиво ушел.
— Да, — Ушх поняла, о ком я говорил, — Рея до сих пор в бешенстве, ее полный стихийный аватар до этого считался практически неуязвимым.
Пролом в стене получился широким, но неудобным. Хаотичное нагромождение камней позволяло мамонтам пробираться в крепость, но не плотным клином, а редким ручейком. То и дело звонко трубящим, когда очередное животное неосторожно ломало себе ноги. Заглянул в разлом, проникающих в крепость мамонтов начали встречать оттягиваемые к месту прорыва жидкие ряды легкобронированных копейщиков, Ушх бросила сюда что-то из своих резервов. Сначала питомцы Кома уверенно теснили защитников, но несколько магов со стен переключили огонь мертвенно зеленых шаров на прорывающихся животных. Копейщики при огневой поддержке смогли уплотнить строй, проникающие в крепость мамонты образовали толкучку возле прохода. Оставшиеся снаружи потеряли возможность проникать в крепость, но не стали бестолково топтаться, деловито занялись расчисткой пролома. Гибкие хоботы обхватывали тяжелые камни, и пятящиеся животные оттаскивали их подальше от стен. Ситуация здесь стабилизировалась, но время играло против темных. Скорее рано, чем поздно мамонты расчистят пролом, а разогнавшееся стадо хлипкому строю ополчения не удержать.
Полетел со своим чудо-пультом к главным воротам, посмотреть, как продвигаются дела у бога войны. Ворота еще держались. Ставка Ярра все так же гарцевала вне досягаемости выстрелов защитников привратных башен, ожидая, когда же многочисленные штурмовые группы вскроют главный вход. Толпа клериков в тылу штурмовиков непрерывно кастовала что-то полезное и лечащее на монотонно лезущие по лестницам войска.
Еще несколько бронированных легионов Ярра замерли в готовности недалеко от участка стены, к которому пристрелялись требушеты. Осадные орудия Краста синхронно и с завидной регулярностью отправляли тяжеленные камни в непродолжительный полет. Обстреливаемый участок стены покрылся трещинами, вопрос прорыва на этом участке был делом времени.
Хреново обстоят дела у обороняющихся, по всем фронтам их давят. И это при том, что Элент очень осторожно своих юнитов расходует. Хитрит чего-то.
Монотонный ход разворачивающегося штурма нарушила непонятная активность в районе главных ворот. Переместился туда и увидел самоубийственный прорыв небольшой группы темных рыцарей. Опустившаяся за их спиной решетка отрезала отряд от крепости, возвращаться они не собирались.
Появление темных смертников оказалось для светлых неожиданным. Ни охраны ворот, ни достаточного тылового прикрытия они не поставили, и теперь темный вихрь несся через ряды, падающих как колосья пшеницы под лезвием секатора, ряды клериков. Темный бронированный кулак прорезал себе путь через практически беззащитную толпу, почти не снижая скорости. И сделав широкий разворот прямо через рассыпающееся войско противника, нацелился на свиту Ярра. Ставка светлого бога в несколько раз превышала своей численностью прорывающихся темных. Но бестолково гибнущие и в панике разбегающиеся клерики заставили светлых занервничать. Часть светлой гвардии спешилась и выстроилась тройной стеной упертых в землю длинных копий. А находившиеся при полководце жрецы торопливо образовали живое кольцо и начали какой-то ритуал. Поредевший, но предельно целеустремленный отряд черных рыцарей вырвался, наконец, на оперативный простор. Поле боя за их спиной было усеяно телами не успевших уйти из-под удара клериков. На перепаханной копытами земле попадались и туши темных как ночь коней, и редкие изломанные фигуры в черной броне. Но эти пятна терялись на фоне многих сотен затоптанных и порубленных фигур в белом. Вся
Прорыв уже явно пошел в актив обороняющимся. Но, глядя на темных рыцарей, закрадывалась мысль, что они решили выжать из этой операции еще что-нибудь. Оставшаяся дюжина темных мчалась на спешенные передние ряды ставки светлых. Не понятно, решили они просто разменять свои жизни подороже или и правда рассчитывали добраться до генералитета, но выглядело это впечатляюще. В ставке Ярра тоже прониклись. Круг жрецов спешно закончил обряд, вертикально вверх взмыл слепящий двухметровый шар. Переливаясь энергией, это миниатюрное солнце спикировало навстречу несущимся темным. Причем, медленно набирающий скорость шар летел прямо через ряды светлых рыцарей, им он вреда абсолютно не причинял.
Участь группы прорыва была предрешена, но они умудрились еще раз удивить. И так вроде бы летящие кони вдруг получили двойное ускорение, и, не дожидаясь, пока полыхающий белым шар выберется из рядов светлых, влетели в свой последний бой. Интересную магию использовали черные рыцари для своего последнего рывка, скорость получилась как у разогнавшегося грузовика. И эффект вышел похожий. Выставленные с обеих сторон копья в таких условиях особого значения не имели. Бронированная темная конница погибла при первом же касании, но пролетела сквозь ряды светлых как через молодой подлесок. То есть остановиться-то остановилась, но не сразу. Несколько рядов элитного светлого рыцарства превратились в кашу. Местами в прямом смысле.
Теперь уже бесполезный шар слепящей магии пролетел, продолжая набирать скорость, над этим побоищем. Проследил его траекторию. Ага, последний из черных рыцарей под прикрытием своих героически павших товарищей свернул под резким углом и двигался по направлению к инженерному полку осаждающих. Гоблины возле катапульт построились плотным строем. Судя по вкопанным в землю рогатинам, отразить внезапный наскок конницы они подготовились гораздо лучше, чем протупившие воины Ярра. Но последний черный рыцарь и не собирался вступать в честный бой. Уходя от набирающего скорость слепящего шара, он проделал половину пути до воинства Краста. А затем, прямо на ходу, не снижая бешеного темпа скачки, вдруг развоплотился.
Я, хоть и давно уже понял, что вижу адаптированную визуализацию истории о низвержении Краста, крякнул от неожиданности. Рыцарь именно что развоплотился, не стал невидимым или ушел в стэлс, а растаял как кусок сахара в кипятке. Белый шар пролетел над местом самоуничтожения последнего из темных, не снижая скорости. И уже через пару секунд самонаводящееся оружие жрецов Ярра добралось до выстроенных шеренг гоблинов инженерного полка, направляясь к высокой палатке. В отличие от паладинов, гоблины, через которых пролетел шар, не имели неуязвимости к магии света. Даже чуть задетые коротышки становились черными как уголь, а потом разлетались трухой, как прогоревшая газета под порывом ветра. Гоблины не успели еще вдариться в панику, как шар, заложив напоследок плавный вираж, врезался в ставку Краста. Ожидал яркой вспышки и поднимающегося гриба. Но нет, шар вспыхнул беззвучно и не очень ярко. Гоблинам хватило. Теперь уже все: и выстроенные рядами воины, и суетившаяся возле требушетов обслуга, замерли черными молчаливыми фигурами. На миг картина замерла, но уже через секунду послышался жутковатый шелест сотен рассыпающихся тел. Платка исчезла вместе с пылающим шаром, от лагеря Краста остались только почерневшие остовы осадной техники.
Я поставил паузу-рыцаря и облетел крепость. На потерю инженерного полка остальные обращали не слишком много внимания. Ярр уже перегруппировал свое воинство. Сброшенные со стен штурмовые группы паладинов выстраивались перед стенами с новыми лестницами. Позади клерики готовились поддерживать их магией. Перед закрытой решеткой главных ворот крепости несколько квадратов бронированной пехоты караулили возможный повторный прорыв, повторять ошибки светлые не собирались. Чуть поодаль, на треснувшей, но так и не разваленной требушетами стене появились маги темных. После ликвидации осадной техники они явно почувствовали себя гораздо свободнее, и теперь светлые несли приличные потери еще на подступах к стенам. На одном фланге продолжалась вялая дуэль огненного элементаля с ледяными магами. Время от времени кто-то подворачивался под это противостояние, но в целом, здесь ситуация была стабильной. На другом фланге мамонты практически разобрали пролом и теперь выстраивались плотными шеренгами, готовясь к массированному прорыву. За рядами темных копейщиков появились странные конструкции, похожие на деревянные рычажные качели. Только вместо детей там качались горшки с раскаленными до красна углями, приготовила Ушх какие-то сюрпризы для шерстяных хоботастых питомцев Кома.