Провал
Шрифт:
«Взаимодействуя с людьми, помни три правила: не ты их создал такими, не тебе их судить, не тебе их переделывать».
«Да кто ты такой?» – возмутился Ян.
«Корир», – тут же последовал ответ.
«Я свихнулся?»
«Наоборот. Мой совет: веди себя так, будто ты уже счастлив, и ты действительно станешь счастливее».
«Отстань! Отстань!» – закричал Ян и, расталкивая пассажиров, пошел к выходу.
Корир увидел, с кем разговаривал, мужчина вышел на остановку и, тряся головой, пытался избавиться от мыслей, что преследовали его
Ян повертел головой, прислушался к себе. «Я схожу с ума или это временно, как похмелье после запоя? И все же она меня предала, а ведь могла бы быть честной». Вот только что такое честность, никто ему так и не сказал. Говорить правду? Но ее можно по-разному преподнести, в одном случае убить человека словом, а в другом – обрадовать. Однажды ему отец рассказал притчу. Одному шейху приснился сон: летит кровавая комета. Он вызвал звездочета, чтобы растолковал сновидения. И звездочет закачал головой: «Ой-ой, как все плохо, все ваши родственники умрут». Шейх разозлился и приказал казнить, вызвал другого звездочета, тот внимательно выслушал и радостно заявил: «Как вам повезло, вы переживете всех своих родственников». Выходит, одно и то же можно преподнести разными словами.
Ян возвращался домой не спеша, на душе было горько, обидно, больно. «Она выбрала свой путь, просто не нашла в себе смелость об этом сказать. Наверное это и к лучшему, она слаба, да, красивая, да, умная, добрая и веселая, но слаба и поэтому обманула. И все же обидно, очень».
Ровно через неделю Ян пришел к доктору, она его внимательно выслушала, сделала пару пометок в компьютере. Вроде время прошло, но Ян так и не успокоился, его лицо посерело, взгляд стал пустым, а на рисунках, что он рисовал для детской книги, появился оттенок злости.
– Попробуем? – док понимала как никто другой, что Ян погружается в свои проблемы все глубже и глубже.
– Я не готов, – опять ответил Ян.
– И как долго? Рубец так и не затянется, вы будете к нему возвращаться. И самое печальное то, что вы теперь на всех женщин будете смотреть через призму предательства. В чем они виноваты?
Ян слушал дока и молча соглашался с ней, в какой-то момент ему захотелось быть как и прежде счастливым, просыпаться с улыбкой, тянуться к карандашу и даже не умывшись начинать рисовать. А что Анна, да, она была, но этот листок надо вычеркнуть, док права, он будет вечно к ней возвращаться, так же, как помнит Вику и Марину из своего детства.
– А это не опасно?
– Не больно уж точно, удаление идет точечно, но перед этим вам придется вспомнить все, что было с ней. Так надо, чтобы найти нейронные цепи. Это займет пару часов, а после вы выйдете из центра уже другим человеком. Ну что, попробуем?
Ян еще вчера думал о
– Хорошо, я согласен, – сказал Ян и, взяв документ, стал внимательно читать контракт.
Уже на следующий день он пришел в центр, это мало чем напоминало поликлинику, где пахло лекарствами. Его усадили в кресло, обычно такие используются для релаксации. Он откинул голову, ему надели шлем, а потом стали задавать сотни вопросов. Ян не боялся на них отвечать, лишь только когда они коснулись интимных моментов, задумался, а надо ли говорить. Но если стирать, то все, и Ян продолжил отвечать.
Как показалось Яну, он уснул, но снов не было, просто на минуту провалился и вот уже открыл глаза.
– Ну вот и все, – сказал мужчина, снимая с головы Яна огромный шлем.
– Я, кажется, отвлекся.
– Это хорошо, а теперь прошу к столу, надо немного поговорить.
Ян задумался. О чем еще говорить, может его ответы не удовлетворили дока, может он что-то скрыл от него?
– Назовите людей, которых вы знаете, – док разложил перед Яном несколько снимков.
– Я их не знаю.
– Хорошо, а вот эти? – он убрал одни и достал другие. Ян увидел актера, но как его звали, даже примерно не помнил.
– В каких он фильмах снимался?
Ян рассказал, после док показал еще пару снимков, кого-то он вспоминал, даже знал как зовут. Так они просидели почти час, даже выпили чаю. Ян знал, где он находится, знал, что пришел сделать чистку, но не мог вспомнить от чего.
– Что вы удалили? – поинтересовался Ян у дока.
– Я не могу разглашать секреты, вы сами подписали документы. А теперь подумайте. Ответьте, что первое приходит в голову: что вас беспокоит?
– Контракт.
– Контракт?
– Да, я обещал закончить иллюстрации, и вот уже на три недели задерживаю.
– Это так важно? Может есть еще что-то?
– Да, я не звонил матери, обычно заезжаю к ней по субботам, а в этот раз не приехал.
– А выставка? – сделал тонкий намек док.
– Это ерунда, потом с ней разберусь, да и как понимаю, ее перенесли на осень, еще подберу работы.
– Хорошо.
– Хорошо? Значит вы стерли, и я теперь это не вспомню?
– Может вспомните, мозг постоянно перестраивается, это не кирпичики, соединенные раствором. Думаю, на сегодня все, мы встретимся с вами через месяц. Если будут побочные эффекты…
– Побочные? – удивился Ян, стараясь вспомнить длинный список в контракте.
– Тошнота, бессонница, да мало ли что, звоните.
– Спасибо вам.
Ян с благодарностью пожал руку доку, вышел из кабинета, его проводила взглядом молодая девушка, что сидела за столиком и, как показалось, даже улыбнулась. Ян был счастлив, даже не знал почему, хотелось быстрей прийти домой, полить цветы, но перед этим зайти в магазин и купить что-то вкусное для своего кота Баси.