Провал
Шрифт:
Флориан остался один. Он очень хотел сейчас, чтобы Бартек побыстрее возвратился, потому что понимал: в случае облавы гитлеровцев придётся передислоцировать отряд.
«Уже половина десятого, — подумал Флориан. — Что же это за человек?.. Он назвал себя Янеком… Когда-то к нам приходила от Филиппа агентурная информация с такой подписью. Но это, возможно, совпадение. Имя Янек очень распространено в Польше. Необходимо, чтобы Анка сожгла все ненужные бумаги, в полночь наш отряд снимется с этого места».
В
— Что нужно? — спросил Флориан.
— Пан командир, позвольте мне отлучиться из отряда. Необходимо пополнить запасы продовольствия.
Перед отъездом Бартек запретил кому бы то ни было отлучаться из отряда, и потому Флориан возразил:
— Куда идти на ночь глядя? Разве комендантский час вас не касается? Пойдёте утром, если Бартек разрешит.
Говоря это, Флориан пытался вспомнить фамилию тщедушного снабженца.
— Я патриот, пан командир, каждый это подтвердит. Лесничий Рудзиньскии наговорил что-то на меня, поэтому и не отпускаете? Он мой тесть, зол на меня и всегда пытается подложить мне свинью. А с комендантским часом я как-нибудь справлюсь. Не могу больше ждать, мой товар, который я закупил в городе, испортится.
— Хватит, пан Заенц, — наконец вспомнил его фамилию Флориан. — Командир приказал никого из отряда не отпускать до его возвращения, и я обязан выполнить этот приказ.
Заенц вышел. Флориан решил немного вздремнуть, но тут вошли Анка и белобрысый мальчишка.
— Что случилось? — спросил сонным голосом Флориан. — Бартек возвратился?
— Этот парнишка хочет сообщить тебе что-то важное, — сказала Анка Флориану. — Поговори с ним.
— Ей богу, я не ошибаюсь! — с волнением воскликнул парнишка. — Поверьте мне, командир, вы же знаете, я никогда не обманывал.
— Никто и не думает, что ты обманываешь, — сказала Анка. — Но ты мог ошибиться.
— Ну перестаньте же! — с раздражением сказал Флориан. — О чём, собственно говоря, идёт речь? Выкладывай всё по порядку.
Паренёк, волнуясь, начал рассказывать о том, как два дня назад, на улице Глувной, полицейский преследовал торговку булками, на полном ходу грубо расталкивая прохожих. Он пнул даже хромого солдата, а потом в азарте преследования чуть не сбил с ног немецкого офицера, который остановил полицейского и строго его отчитал. Пригрозил даже пожаловаться на него начальнику полиции.
— Ну и что из этого? — не понял Флориан.
— Он утверждает, — сказала Анка, — что тот немецкий офицер и наш гость Янек, которого я только что уложила наверху спать, — один и тот же человек.
— Я присмотрелся к нему, когда он уже уснул, — добавил паренёк. — Тогда на улице, когда он отчитывал полицая, я стоял от него в пяти шагах.
«Этого ещё не хватало! — подумал Флориан. — И почему
— Что случилось? — спросил Клос, мгновенно проснувшись, когда девушка дотронулась до его плеча. — Вернулся Бартек? — И тут он заметил что-то тревожное в её взгляде и увидел партизан, которые держали оружие наготове.
— Нет, Бартек ещё не вернулся, — ответил Флориан. — Но мы хотели бы с вами поговорить.
— Это он, тот самый немец, я узнал его! — порывисто проговорил паренёк, стоявший рядом.
— Документы! — строго потребовал Флориан.
— Я жду Бартека, назвал пароль. Разве этого вам недостаточно?
— Возьмём сами, — сказал партизан с рябинками на лице.
Его рука молниеносно оказалась в кармане Клоса и наткнулась на пистолет. Партизан вынул его, бросил на стол. Паренёк подбежал к столу:
— Это для меня!
— Оставь, — сказал Флориан. — Предъявите ли вы документы добровольно?
— Я уже сказал, что ожидаю Бартека, — повторил Клос. — И вам также рекомендую подождать.
Клос оказался в довольно сложной ситуации. Он не мог сказать им всего, но и не должен был допустить, чтобы документ, который он взял с собой на всякий случай, если повстречаются немцы, попал в руки партизан.
Однако неожиданно его схватили стоявшие около него партизаны, а паренёк быстро ощупал карманы его куртки и вытащил офицерское удостоверение, блокнот и пропуск.
Флориан, приблизившись к карбидной лампе, прочитал:
— «Все немецкие гражданские, полицейские и военные власти обязаны оказывать обер-лейтенанту Гансу Клосу всяческую помощь, какую он потребует при выполнении специального задания. Полковник Роде». Ну и что ты теперь скажешь? — Флориан помимо воли перешёл на «ты».
— То, что уже сказал: я должен увидеться с Бартеком. Дело срочное.
— Что за специальное задание поручил тебе полковник Роде?
Клос молчал. Не скажешь, ведь, что он Янек, тот самый «J-23», который доставляет для их радиостанции наиболее ценную разведывательную информацию! Этот небольшой партизанский отряд имел задание осуществлять его радиосвязь с Центром.
Об этом Клос не мог сказать им даже в обычной обстановке, а тем более сейчас, когда ему известно, что в отряде находится предатель, агент гестапо.
«Раз агент существуют, — подумал Клос, — то он будет стараться помочь мне. Вряд ли он допустит, чтобы партизаны расстреляли немецкого офицера на его глазах. Он знает, что Гейбель не простит ему этого».