Проверка
Шрифт:
– Держите и ни во что не вмешивайтесь!
– приказала жрица, отдавая им сумки с золотом.
Избавившись от груза, вздернула подбородок и пошла сквозь расступившуюся толпу.
– Что здесь происходит?
– властно спросила она, обращаясь к удивленно уставившемуся на нее толстяку.
– А ты кто такая?
– в свою очередь спросил он.
– И по какому праву задаешь вопросы? Я уже не спрашиваю, почему ходишь голой, шлюхи и те одеваются скромней!
– Убить тебя прямо сейчас за оскорбление?
– задумчиво сказала девочка.
– Я задала вопрос и не услышала ответа. Учти,
С последними словами она сунула ему под нос ладонь, продемонстрировав глаз.
– Жрица!
– пораженно сказал толстяк.
– Но почему в таком виде?
– Я несла слово богини оркам, - объяснила девочка.
– Пришлось долго жить среди людоедов, и одежда пришла в негодность. Орки были готовы отдать мне последнее, но у них не было ничего, кроме вонючих шкур. Итак, ты мне не ответил.
– Я управляющий барона Рожера, - поклонился он.
– Выселяем семью за долги.
– Велик ли долг?
– спросила девочка.
– Всего пятнадцать золотых? Возьми, этого хватит.
Она положила ему в руку два имперских золотых и крикнула солдатам, чтобы оставили женщину и убирались.
– Долг уплачен, - поспешно сказал управляющий.
– Я не могу вам чем-то помочь? Может, воспользуетесь гостеприимством господина барона? Жаль, тогда позвольте откланяться!
Управляющему привели коня, на которого он с трудом забрался, после чего в окружении баронских дружинников ускакал по дороге.
– Что уставились?
– обратилась девочка к жителям деревни.
– Я в это одета не потому, что нравится так ходить, просто не было ничего другого. Может кто-нибудь из вас продать мне одежду на мальчишку моего роста? Я думаю продолжить путь верхом, а слуги пока нет, поэтому с платьями придется повременить.
– Я вам помогу, госпожа, - протиснулся вперед пожилой, но крепкий мужчина.
– Пойдемте со мной, я живу рядом.
Жрица жестом приказала Наю с Гертом следовать за ней и сама пошла рядом с пожилым.
– Ты не похож на других, - сказала она ему.
– Представься.
– Не похож, потому что уже двадцать лет не крестьянствовал, - ответил он.
– Поступил в дружину к графу Фельмору и состарился вместе с ним. Когда старый граф умер и пришлось служить его наследнику, я решил, что с меня хватит казармы. Сынок у графа и сам не мог жить спокойно, и нам не давал. Вернулся домой только для того, чтобы похоронить жену и понять, что дети прекрасно обойдутся без меня. Я дома всего полгода, а уже невтерпеж. Вы говорили о слуге... Я не подойду? Я, конечно, не благородный шевалье, но знаком с обхождением и многому научился на службе у графа. Не мастер меча, но неплохо им владею. Вы едете в столицу? Я ее очень хорошо изучил, да и общество знаю. Нас везде таскали и не скрывали секретов. Я не собираюсь их выбалтывать, просто чувствуется, что вы нездешняя, поэтому человек...
– Достаточно, - прервала его жрица.
– Ты мне подходишь. Здесь можно купить для нас коней? Только не таких, которые тянут телегу, а что-нибудь побыстрей.
– У меня есть свой конь и оружие, - сказал он, - а коня для вас можно купить у старосты. У его старшего сына есть неплохой жеребец. Если не поскупитесь,
– Он умер?
– печально спросила девочка.
– Он слишком быстро из нее вырос, - рассмеялся Верн.
– Подождите, я привяжу собаку.
Он открыл калитку своего дома, поймал за ошейник бросившегося к нему ластиться кобеля и привязал его к вмурованному в стену дома кольцу.
– Это ваши слуги?
– спросил он жрицу, показав рукой на мужиков.
– Пусть тоже проходят. Покончим с делами, тогда пообедаем.
Верн завел всех в горницу и ушел за одеждой. Вернувшись, принес целую охапку рубах и штанов.
– Здесь не только одежда младшего, но и других, - сказал он, положив все на лавку.
– Заношенного не брал, только то, что получше. Одежа немного помята, но вся стиранная. Мы выйдем, а вы скажете, когда можно будет вернуться.
Они вышли в другую комнату и недолго общались. Верн спросил Ная, кто они и откуда, и услышал короткий рассказ об их неудавшемся походе в Проклятый город. Едва Най кончил рассказывать, как из горницы крикнула жрица. В первый миг ее никто не узнал. Волосы у хозяйки не доставали даже до плеч, поэтому со спины она ничем не отличалась от мальчишек. Вот только лицо...
– Как я смотрюсь?
– спросила она.
– Выбирала то, что поменьше, но все равно все слишком свободное. Но уже хоть не будут пялиться на мои ноги. Ну что, идем договариваться насчет лошади?
– Всем идти не стоит, - сказал Верн.
– Посидите здесь с сумками, а мы быстро обернемся. Староста живет близко.
Они ушли, а Най, довольный тем, что не нужно ходить за хозяйкой с тяжелой сумкой, прилег на одну из лавок.
– Заканчивается наша служба, - сказал ему Герт.
– Нам с тобой коней покупать не будут, а конный пешему не товарищ. Видел, как хозяйка торопилась в столицу? Сейчас купит коня и ускачет с новым слугой, а нам с тобой топать домой до вечера. Как думаешь, заплатит она, как обещала? Работа-то не сделана до конца.
– Заплатит, - без тени сомнения ответил Най.
– Она не скупая, а нами довольна. Да и работу не доделали не по своей вине, а по ее воле.
– Хорошо, если так, - сказал сосед, ложась на другую лавку.
– Отдохнем, пока они ходят, а потом хозяин обещал накормить.
Жрица с новым слугой вернулась через час. Было видно, что она довольна покупкой. Вместе с ними пришла молодая женщина, оказавшаяся женой одного из сыновей Верна. Она быстро приготовила обед на четверых, поклонилась и ушла, пообещав свекру позже все убрать. После еды девочка выдала им обещанные десять золотых.
– Счастливо вам добраться до дома, - пожелала она на дорогу.
– Можете идти, я здесь немного задержусь.
Они поклонились и в сопровождении хозяина вышли во двор. Верн открыл калитку, тоже пожелал счастливого пути и вернулся в дом. Никого не встретив, мужики вышли за околицу и быстрым шагом направились к мощенной камнем дороге. Когда уже к ней подходили, из небольшой рощи вышли четверо вооруженных людей. Двое походили на виденных недавно баронских дружинников, двое других своим видом напоминали татей.