Провидец
Шрифт:
— Очевидно, — согласился Брик, запрокидывая голову и обсасывая водку с кубиков льда.
Ник проверил время в гарнитуре.
Прошло сорок шесть минут с тех пор, как он говорил с Уинтер.
— Они это заполучили? — прямо спросил Ник. — Русские. Те, что угрожают Стрейвену. Они уже получили доступ к технологии?
Брик уже цокнул языком, качая головой.
Это был не совсем тот звук, который издавали видящие; это был скорее звук «ц-ц-ц», который ассоциировался у Ника с людьми.
Но это всё равно заставило Ника
Это также породило прилив паранойи, когда он задался вопросом, вдруг Брику уже известно об Уинтер больше, чем он хотел ожидать.
— Ах, Наоко, — сказал Брик, вздыхая. — Думай. Думай, маленький брат.
Ник невольно поднял на него взгляд.
В этот раз Брик лишь улыбнулся.
— Нет, — сказал его прародитель, продолжая улыбаться. — Конечно, у них нет доступа. С чего бы им взрывать красивенькие здания, пытаясь заполучить эту штуку, если они уже обладают всей желанной информацией и материалами?
Помедлив, темноволосый вампир ещё сильнее расслабился на кресле.
— Тебе бы лучше держаться от этого подальше, Наоко, пока они ещё не получили этот доступ, — поигрывая остатками водки в бокале, Брик снова вздохнул, и в его голосе зазвучало притворное сожаление. — Мне было бы очень печально видеть, как ты погибнешь под перекрёстным огнём, сын мой, просто потому, что ты не можешь оставить людишек разбираться со своими человеческими делами.
Хмыкнув, он добавил:
— У меня также нет времени и терпения постоянно вытаскивать твою задницу из проблем, Наоко, раз ты регулярно ввязываешься в человеческие глупости.
Ник не ответил.
— Что-нибудь ещё, брат? — вежливо поинтересовался Брик. — Я исчерпал свою полезность для тебя? Или ты хотел бы спросить что-то ещё?
Нику пришлось подавить вопросы, которые у него имелись.
Насколько пристально его прародитель наблюдал за ним?
Что ещё Брику известно о предположительном предназначении этой так называемой «технологии» Стрейвена?
Кто изначально разработал технологию, и имелась ли она теперь у кого-то другого?
— Сильвертон её уже продал? — спросил Ник наконец. — Этому «заинтересованному лицу» в пределах Российской Охраняемой Зоны?
Когда Брик не ответил сразу же, Ник поднял взгляд.
Его прародитель хмуро смотрел на него, поигрывая последними кусочками льда на дне стакана.
— Эта ситуация тебе не по зубам, маленький брат, — произнёс вампир неожиданно серьёзным тоном. Он говорил так тихо, что эти слова явно предназначались только для одного Ника. — Возвращайся к нам. Возвращайся к нам, пока не стало слишком поздно, любовь моя… пока люди не начали вновь давать свободу своим разрушительным импульсам. Ты должен понимать, что грядёт. Ты должен видеть хоть некоторые признаки, даже находясь в окружении ничего не ведающих людей.
Ник нахмурился, выдерживая его взгляд.
И
Он казался почти…
Обеспокоенным.
— Приводи с собой своего партнёра, — сказал Брик, подмигивая, затем поднял стакан и выпил остатки алкоголя. — Ему или ей определённо будут здесь рады.
Ник почувствовал, как его грудь сдавило.
Посмотрев в глаза своего прародителя, он осознал, какую ошибку он совершил, упомянув Уинтер.
Конечно, Брик уже мог знать о ней.
Если его люди следили за Ником, он бы всё равно узнал, даже если пока что был не в курсе.
И всё же Ник видел там искру интереса, любопытства.
Хуже того… он также видел там ревность.
— Мне пора, — выпалил Ник.
Последовала пауза.
Затем Брик отвёл взгляд.
Повернувшись, темноволосый вампир выразительно поставил бокал с большей силой, чем требовалось, опустив его на медный столик справа от кресла.
— Ну конечно, тебе пора, — пробормотал вампир.
— Приношу свои извинения… — добавил Ник. — Но я ведь ясно дал понять, что моё время ограничено…
— Дал, — признал Брик с кивком. Используя пальцы, он отмахнулся от Ника, всё ещё слегка хмуро поджимая губы. — Улетай, маленький Наоко… улетай. Увидимся, когда я вновь тебе понадоблюсь, полагаю. Или когда я решу призвать тебя.
Ник поколебался.
Он услышал угрозу; он явственно её услышал.
Он подумывал сказать, что вернётся.
Он подумывал сказать, что нанесёт светский визит, по-настоящему выкажет дань уважения; что угодно, лишь бы не дать вампиру реализовать свою угрозу навестить Ника, как-то вклиниться в его жизнь или его мир за пределами этих стен.
Затем где-то в смятенном мозгу Ника проснулся рассудок.
Он вспомнил, насколько это ужасная идея.
Он вспомнил, что от этого станет только хуже.
— Благодарю тебя, — сказал он вместо этого.
Он плавно поднялся на ноги, скрывая шок от боли, которая пронеслась по его телу, когда он перенёс вес на раненую ногу.
Попятившись от своего прародителя, Ник не поворачивался спиной к вампиру, пока не покинул устеленную коврами зону вокруг кресла Брика, определённо похожего на трон.
Однако как только он повернулся спиной, раздался голос Брика, эхом прокатившийся по помещению с высокими потолками.
— Ты вернёшься, Наоко, — протянул вампир. — Я настаиваю.
Ник застыл.
Повернувшись, он уставился на старшего вампира, который по-прежнему развалился на бархатном кресле и лениво покачивал ногой над полом.
— …Ты приведёшь своего партнёра, и мы поужинаем вместе. Я не приму отказа, сын мой.
Ник уставился на него.
И вновь его разум перебирал различные смыслы, которые Брик мог вложить в эти слова.