Проводница
Шрифт:
— Ой, да ты у нас, оказывается, за крепкую семью! — обиженно фыркнула Ольга. — Им от твоей заботы уже не жарко и не холодно! О живых надо думать, мать! О живых!
Глава 8
Семейные тайны и возникновение из небытия неведомых бабки и деда Першиных Ольгу совершенно не трогали. Что было до нее, что будет после — без разницы. Волновало только
А уж когда Никита обнимал ее на узенькой покачивающейся полке, то она забывала даже, кто она сама…
— До встречи, сладкая, — поцеловал он ее на прощание, когда доехали до Минеральных Вод. — Скучать будешь?
— Очень, — серьезно ответила Ольга.
Длинноносый Георгий придирчиво пересчитал в Москве привезенную Ольгой икру и вручил ей деньги — все сплошь новенькие хрустящие пятисотки. Никита оказался прав: раз на раз не приходится, и за этот рейс Ольга сумела продать только одну банку.
— В расчете, — сказал Георгий. — В следующий раз вместо меня к вам другой человек придет. Рыжий такой, вы его сразу узнаете. Теперь он будет икрой заниматься.
— Да нам как-то все равно, — сказала Лидка. — Хоть черт с рогами пусть приходит, лишь бы платил.
…Чтоб не портить форму, Ольга надела старенький халатик и пылесосила дорожку в коридоре. Хотя бригадир и ругался, запрещал в фирменном поезде носить домашние халаты, но все проводницы потихоньку игнорировали его указания.
— Оль, картошки горячей купить? — спросила Лидка.
— И огурчиков малосольных, — попросила Ольга.
— На солененькое тянет? — подколола ее подруга.
— Типун тебе на язык!
Поезд остановился на станции. Ольга собрала пылесос, отнесла в служебку и вышла на платформу прямо в халате.
Теперь почему-то волей-неволей она обращала внимание на влюбленные или семейные пары. В третьем купе в этот раз ехали парень с девушкой, и парень чем-то неуловимо напоминал Никиту. Ольге доставляло удовольствие смотреть на него, а он не замечал ее взглядов. Для него проводница была чем-то вроде мебели.
Ольга закурила и глянула по сторонам. Парень с девчонкой тоже вышли из вагона. Он отвернулся от ветра, прикуривая от зажигалки, а она выбирала у торговок кулек с ягодами. Ольга мельком отметила, что разбирается в них девчонка, как свинья в апельсинах. Она взяла красный, незрелый кизил, заплатила и сунула ягодку в рот. Тут же скривилась и выплюнула.
— Боже! Ну и гадость!
Вдоль вагона по перрону ходили тетки с огромными коробками расписных сервизов, которые они таскали на оттопыренных руках. Неподалеку от станции был комбинат, на котором зарплату работникам вместо денег выдавали местной продукцией.
Но в поезде, шедшем из Москвы, покупателей обычно не находилось. Люди ехали отдыхать, им не с руки было таскаться весь отпуск с сервизом, да и деньги экономили. А вот в том, что с юга, местный товар уходил влет. Ольга тоже
— Ой! Посмотри, какая прелесть! — взвизгнула девчонка.
Она указывала своему парню на перламутровый сервиз в мелких розочках, как раз такой, как приглядела для себя Ольга. Парень мельком глянул на него и фыркнул пренебрежительно:
— Фу! Безвкусица! Это же просто кич, дорогая. Ты бы еще ковер с лебедями купила.
Девчонка надула губы и обиженно захлопала глазами. И Ольга вдруг почувствовала и себя задетой, словно это ее только что грубо оборвали. Она щелчком отбросила сигарету и поднялась в вагон.
Дверь служебного купе рывком отъехала в сторону, и на пороге возник похожий на Никиту парень. Ольга подняла голову от кроссворда.
— Нам нужен нож и две тарелки, — сказал он. Ольга молча склонилась над кроссвордом. Смена была Лидкина, и напарница несла свою вахту в проводницкой.
— Вы слышали меня? — с напором поинтересовался парень.
— Не глухая.
Ольга почувствовала, как нарастает внутри глухое раздражение. Ишь ты, какая фря! Смотрит поверх людей, словно принц крови! А она должна обслуживать его высочество?
— Может, мне обратиться сразу к бригадиру? — со скрытой угрозой спросил он.
— Ваше дело, — пожала плечами Ольга. — Закройте дверь с другой стороны. И впредь запомните, что надо стучаться.
Парень смерил ее взглядом и с треском захлопнул дверь.
Через несколько минут в купе заглянула Лидка.
— Ты чем этого чудака разозлила? Влетел весь красный, нож требует… Я думала, сейчас всех вокруг резать начнет…
— Да ну его, — поморщилась Ольга. — Много о себе воображает.
— Они там дыню едят, — сообщила Лидка. — Может, и нам взять на следующей станции? Или лучше арбузика, а?
— Только убирать ты будешь, — решила Ольга.
Она терпеть не могла сезон арбузов, когда на полустанках тетки тащили их прямо к поезду, пассажиры соблазнялись и устраивали в вагоне пиршество После этого полотенца, стены, ковровые дорожки были залиты липким арбузным соком, на простынях расплывались бледно-розовые пятна, а в туалеты выстраивались очереди.
Все проводники обычно держали закрытым ближний туалет, чтоб самим сходить без очереди и в чистое, а в таком случае пассажиры начинали скандалить, и его тоже приходилось открывать. А уж выгребать из мусорных бачков скользкие корки и прилипшие семечки — и врагу не пожелаешь.
Лидка выскочила на стоянке и вернулась с огромным полосатым арбузом. Баба Таня из соседнего вагона углядела Лидкино приобретение и тоже явилась «помочь». Вслед за ней подтянулась Лиза из плацкартного и приковыляла пожилая проводница Вера Васильевна, которой уже давно пора было сидеть на пенсии.