Проводник
Шрифт:
Больше ничего полезного монстры подсказать не могли. Ловушку они не заметили, но легко разрушили. Поэтому в дальнейшем им лучше не попадаться на глаза.
Однако твари улетать не собирались. Так и кружились над лугом, не приближаясь к сфере.
«Пора вас научить уму-разуму», — решил Алекс и начал убивать монстров Лезвиями, выцеливая торпед.
Одного заряда хватало на уничтожение отдельных особей. Семь ударов — семь трупов. Противник понял, что тут ему не рады и ретироваться подальше — к тварям-локаторам.
Как Алекс и ожидал, враги не покинули поле боя. Продолжили наблюдение, окружив луг
«Хм. Ну, ждите дальше. А я пошел» — разведчик пожал плечами, развернулся и двинулся вдоль мари, пока не вышел наружу в паре километров и тихонько побрел через пустое пространство, избегая зарослей кустарника и рощ.
Если видел ос, то прятался в карман, уверенный, что его не обнаружат, разве что случайно. Достаточно не провоцировать тварей и все будет в порядке, говорил он себе. Шел медленно, но не так, как с беглецами, когда они перебегали от одного укрытия к другому и потом часами ждали свободного окна в маршруте патрулей.
Спящие «бомбы» встречались на всем пути через свободную от мари зону. Хотя экспансия Улья остановилась, он накопил огромные силы и сейчас представлял не меньшую, а то и большую угрозу, чем Муравейник.
К концу дня появилась первая трясина. Алекс отнесся к ней как к старинному другу. Настроение тут же повысилось. Все это время он двигался в постоянном напряжении, стараясь не наткнуться на патрули. К счастью, осы не догадались, что для отслеживания невидимок, лучше не кучковаться, а рассесться по всей территории. Тогда бы они легко заметили шевеление кустарника или примятую траву. Маскировка разведчика была несовершенной, а карман, увы, не двигался.
«Выбрался, — с облегчением подумал он, дотронувшись до мари. — Дальше будет проще».
Рауль выдал координаты одиннадцати убежищ. В одиночку Алекс двигался гораздо быстрее, чем с беглецами и жалел только о том, что Восприятие имеет такой маленький радиус действия. Почему-то Интуиция пространства не помогла нарастить дистанцию сканирования и действия всех способностей заканчивались в двухстах метрах от хозяина.
Убежища располагались вдоль трех условных линий. Первая — самая близкая к лагерю — состояла из двух сооружений. Вторая — подальше и включала четырех убежища. А последняя и самая дальняя проходила вдоль горной гряды, откуда когда-то вышла команда Торвальда.
— Сначала разберусь с ближайшими, — вслух решил разведчик и прибавил ходу.
Расположение первого убежища он знал. Именно там беглецы выбрались наружу после долгого путешествия из центральных областей. Быстрое мышление услужливо подсказало точный маршрут от лагеря до нужного места. Алекс помнил все: каждый холм, озеро… Мог перечислить все встреченные рощи и открытые участки. Навык позволял вытащить эту информацию из глубоких слоев памяти и помог нарисовать в уме точную дорогу.
В прошлый раз беглецы шли долгих восемь дней, следуя указаниям пифии. Но сейчас Алекса не сдерживали ни груз ответственности за людей, ни необходимость маскировать пятнадцать человек, а представители улья патрулировали территорию спустя рукава. Видимо, убедились, что это практически бесполезно и другие твари долины могут сунуться к ним разве что случайно.
Все
Убежище встретило тишиной. Здесь было пусто и тоскливо. Наполовину обвалившиеся земляные стены и мягкий пол выглядели точно так же как и три недели назад. Новые люди сюда не добрались, а, значит, нужда в укрытие отпала.
Алекс молча осмотрел пещеру и вышку и с грустью начала ломать труд команды Рауля. Первым делом забрал инструкцию. Вряд ли хранцы умеют читать, но зачем им давать такую возможностью? Дальше разрушил основание стелы, сам флаг и крупные камни перетащил в пещеру. Загнал туда несколько сфер и подорвал стены и свод. Вход осыпался. Скоро на обнаженной земле вырастит трава, а ближайший дождь окончательно скроет все следы.
Напоследок Алекс придирчиво осмотрел местность. Большего он сделать не мог. Если хранцы догадаются, что здесь произошло, значит, их способности куда сильнее его дилетантских попыток скрыть следы. Он развернулся и побежал дальше к следующему убежищу.
К концу дня добрался до нужного места. Рядом было озеро нужной формы. Олимпия плохо помнила место, но водоем описала достаточно точно:
— Он похож на восьмерку — два круга и небольшая перемычка посередине. Не ошибешься. Как доберешься, просто оглядись и увидишь стелу.
Однако разведчик до утра искал чертов флаг. Забирался на холмы, осматривал местность, но убежища не нашел. Рассвело, но результата не было.
«Ну и где эта стела. Так я здесь неделю провожусь. Может озеро не то?» — с сомнением подумал он.
Через час, Алекс сдался — понял, что так он убежище не найдет. Холмы казались одинаковыми. Можно было бы плюнуть, но чувство долга требовало разобраться с проблемой.
— Нужна новая способность. В принципе я могу это потянуть, — прикинул он, вспоминая, как ловко ребята в лагере засекали далекие цели. — Решено, улучшу зрение!
Он уселся на верхушке холма и сосредоточился на дальней сопке в двух километрах от озера, пытаясь разглядеть листья кустарника на склоне. На выбор было два варианта: получить новую матрицу, либо изменить старую.
Еще в лагере Ронг рассказал, что можно переделать ночное зрение на универсальное. В результате в полной темноте он станет видеть чуть хуже, а новый навык станет немного слабее, чем специализированный, но лучше так, чем проращивать еще одну матрицу, без гарантии, что выйдет что-то дельное.
Время Ночного фильтра прошло. Когда-то он был хорош и необходим, но сейчас Алексу чаще требуется замена бинокля. К тому же на близких дистанциях, особенно в полной темноте Восприятие работает неизмеримо лучше зрения, главное, чтобы резерва хватало на постоянный мониторинг.
Поток энергии направился на матрицу Ночного фильтра. Только огромным избытком можно было изменить полностью сформированный навык. Если энергии будет достаточно, то есть шанс, что матрица выйдет из состояния равновесия и начнет эволюционировать. Со сложными умениями такой фокус сложно осуществить. Со слов Мараха в этом случае проще заплатить энергетическому хирургу. Тот просто обрежет связи, и матрица рассосется. Но поблизости подобных специалистов не было, а даже если бы и были Алекс никого не собрался допускать в свой внутренний мир.