Провокация
Шрифт:
Выронив оружие, он поднес обе руки к горлу, из которого вытекала струя крови.
Кристиан быстро поднял пистолет и удостоверился в том, что тот заряжен. Мало беспокоясь о том, что ему могут зайти в тыл, он ударил пистолетом по черепу второго сторожа, чтобы обеспечить ему долгий отдых. Все было спокойно, все означало, что или в доме больше никого не было, или что они ничего не слышали. На всякий случай Кристиан взял автомат и убедился, что тот в полном порядке. Потом он подошел к рубильнику и выключил свет.
Если кто-нибудь вздумает появиться, то все окажутся в одинаковых
Сунув пистолет за пояс, Кристиан привел автомат в боевое положение и решил обойти помещение. По всей вероятности, этот дом был старинной постройки в викторианском колониальном стиле, построенный или британским плантатором, или богатым негоциантом в конце прошлого века. Он казался давно заброшенным.
Во всяком случае, кроме двух сторожей, никого больше не было.
Решив снова спуститься в подвал, Кристиан подумал, что было бы ошибкой оставлять позади себя две жертвы. Первый, безусловно, не был в состоянии навредить ему, а второй будет не скоро в состоянии полностью владеть своими движениями. Но, если Филини или ее сообщники появятся, когда он будет находиться внизу, вид обоих тел быстро введет их в курс дела.
Если, наоборот, они никого не встретят, то их первым побуждением будет позвать их и таким образом они обнаружат свое присутствие.
Кристиан потащил одного за другим обоих тайландцев и спустил их с лестницы.
Потом ударом автомата он разбил лампочку, чтобы здесь не могли зажечь свет и обнаружить на полу кровь.
Уже прошло не менее четверти часа после того, как он вышел из своей тюрьмы, и время не ждало.
Подвалы не имели больше никакого выхода, кроме лестницы, и у него не было ни малейшего желания оказаться, как крыса в ловушке, если он будет медлить. Он стремительно сбежал по лестнице.
Кристиан включил на нижнем этаже лампочку и повернул ключ в двери замка, за которой он слышал стоны.
Сперва ему показалось, что он ошибся, но потом он понял, что то, что он принял за кучку старого тряпья, было на самом деле мужчина маленького роста и невероятной худобы, заткнутый в угол и старательно связанный. Чтобы лучше видеть, Кристиан включил свет внутри помещения.
То, что он увидел, вызвало на его лице гримасу гнева. Пленник был морщинистым стариком, живот и торс которого были сплошными отвратительными ранами. Те, которые его мучили, не отличались сентиментальностью!
Кристиан подошел к старому тайландцу.
У него были закрыты глаза и казалось, что он не дышит. Зубы его были оскалены в застывшей гримасе.
Между тем, он был еще жив. Кристиан убедился в этом, слегка нажав на его шею.
Артерия слегка пульсировала. Он немедленно разрезал веревки, но тот не выказал ни малейшей реакции.
Кристиан поднял его, чтобы вынести из подвала. Старик практически состоял из кожи и костей и весил не больше, чем ребенок.
Поднимаясь с ним по лестнице, Кристиан подумал, что старику срочно необходимо оказать врачебную помощь, пока он не погас, как свеча. Он должен был умереть после тех мучений, которые он вынес. Это могло быть вопросом часов, а может быть, и минут.
Помимо чисто человеческого побуждения,
Когда Кристиан обследовал окрестности дома, он заметил маленький «Моррис», стоявший на площадке перед главным входом.
Неся по-прежнему бесчувственного старика, Кристиан вышел из двери и направился к машине.
Дверцы не были заперты на ключ, и ключи от зажигания тоже находились на своем месте. Без сомнения, эта предосторожность была принята сторожами на случай необходимости срочного бегства.
Опрокинув переднее сиденье, Кристиан устроил старика на заднем сидении. Собираясь уже сесть за руль, он подумал о том стороже, которого он только оглушил.
Он решил, что будет действительно глупо оставлять его позади себя. Очень возможно, что он тоже может быть в курсе многих вещей, особенно после того, как пытали старого тайландца. Если тот умрет раньше, чем его сумеют допросить, то останется хоть этот.
Оставив старика в машине, Кристиан вернулся в дом, чтобы снова спуститься в подвал. Будет чертовски неприятно, если ему по дороге не удастся дозвониться до Максвелла или до Хардинга, подумал он.
Они смогли бы быстро найти ему скромного врача, а также спокойное место, куда можно было бы отвезти пленника.
Последний не двинулся с места. Прежде, чем забрать его, Кристиан удостоверился, что падение с каменной лестницы не имело для него тяжелых последствий. Из предосторожности он связал ему руки и ноги веревками, которые он подобрал в погребе.
Потом Кристиан взвалил его себе на плечо. Этот сторож был намного тяжелее, чем старик.
Кристиан подошел к входной двери и собрался уже было спуститься по ступенькам, как его неожиданно осветили фары машины.
Не раздумывая, он сбросил свою ношу и быстро отскочил назад. Раздался выстрел, и мимо его ушей просвистела пуля и ударилась об стенку.
Кристиан схватил автомат, который он носил на перевязи, нажал на спуск и выпустил очередь в сторону машины.
Фары немедленно погасли, и ему ответили шквальным огнем из автомата, заставляя его спрятаться. Вокруг него так и свистели пули.
Глухо ругаясь, Кристиан решил, что остальные явились в то время, как он ходил за сторожем в подвал. Это объясняло ему то обстоятельство, что он не услышал их приезда. Тот факт, что в комнате, в которой должны были находиться их сообщники, не было света показался им подозрительным, а может быть даже существовал специальный условный сигнал.
Но проблема заключалась не в этом. В результате всего, Кристиан оказался в ловушке.
Безусловно, существовала возможность убежать через черный ход, тем более, что его враги будут действовать очень осторожно, так как они знают, что он теперь вооружен, но тогда он будет вынужден бросить старика и сторожа.
Заметив силуэт человека, который пробирался стороной, Кристиан несколько раз выстрелил в его направлении. Человек упал на землю, но со стороны машины последовал шквальный огонь.