Пройдоха
Шрифт:
– Макс! – без особого энтузиазма воскликнул я.
Стэнтон был не один: с обеих сторон к нему прижимались две пышногрудые девицы. На их лицах сияли такие широкие улыбки, что можно было пересчитать все зубы, вплоть до коренных. Да и сам Макс, успевший уже где-то изрядно поднабраться, ухмылялся во весь рот. И как это у них до сих пор скулы судорогой не свело?
– Ну, как поживаешь, Пройдоха? – ухмыльнулся Макс еще шире. – Впрочем, я и так вижу… А ты даром времени не терял!
Он плотоядно воззрился на Алану. Ох уж этот Стэнтон! От него ведь так просто не отвяжешься. Сейчас начнет расспрашивать о моих делах, а уж о чем мне меньше всего хотелось бы вспоминать, так это о своих
– Ну, ты же меня знаешь…
– Еще бы! Ну что, может, зайдем куда-нибудь, опрокинем по стаканчику в честь встречи? Сколько же лет мы не виделись, а?
– И сколько еще не увидимся…
– Вот именно! А значит, это дело непременно надо отметить!
– М-м… Пожалуй, это не самая лучшая идея, Макс. Я жутко занят.
– Да уж, я и сам вижу! Отхватил себе в компанию самую красивую девушку в радиусе двухсот световых лет и теперь будешь занят до конца жизни, не так ли? Может, вспомнишь, наконец, о приличиях и познакомишь меня со своей спутницей?
Я хотел было намекнуть, что сам-то он и не думает знакомить меня со своими подружками, так что мы квиты. Но, зная Макса, не стал связываться. Соперничать с ним в словесной эквилибристике – занятие бесперспективное и неблагодарное.
– Знакомься, это – Алана. Алана, это – Максим-ус Стэнтон. Мой давний приятель. Первоклассный пилот, между прочим.
– Уже капитан собственного звездолета, между прочим, – поправил Макс, галантно склоняясь в полупоклоне и целуя ручку Алане. Где он набрался этих средневековых манер – ума не приложу. Когда я с ним познакомился, он работал на звездолете, перевозившем контрабанду из района Гончих Псов дальше по всей Периферии. И вся команда корабля, за исключением капитана (весьма незаурядной личности, надо сказать, – но это тема для отдельного рассказа), изъяснялась преимущественно на пиратском жаргоне, основу которого составляла ненормативная лексика, позаимствованная из доброй полусотни языков и наречий. – Смею сказать, фриледи Алана, вы просто очаровательны, – заворковал Макс и, смешно оттопырив зад, наклонился к девушке, шепча ей что-то на ушко. Алана зарделась, как заря, и кокетливо стрельнула глазками в мою сторону. Макс же продолжал заливаться соловьем, нимало не заботясь о том, что девицы, с которыми он пришел, сгорают от ревности. И не они одни, кстати. Я, конечно, не предъявлял особых прав на Алану, но когда Стэнтон в обычной своей манере начал ее охмурять, я готов был зубами скрежетать от злости.
– И давно вы знакомы с Дарком? – закончив наконец свое шептание, поинтересовался Макс. При этом он зашел к Алане с противоположной от меня стороны и покровительственно приобнял девушку за талию.
– Несколько дней, – улыбнулась та, и бровью не поведя на эту наглость. – И, пожалуй, это самое необычное знакомство в моей жизни.
– Вот как? Что ж, это на него похоже! А чем вы занимались до того, как вас угораздило с ним познакомиться?
– Ну… Я недавно вернулась с Саго. Там я училась в университете. Специальность философия, литература и психология.
– Э-э… Хорошая специальность! А здесь чем занимаетесь?
– Пока что мне не удалось найти занятие по душе. Правда, в последнее время я увлеклась журналистикой. Может, видели какие-нибудь мои передачи? В инфосети помещено несколько моих видеоочерков, посвященных проблемам развития периферийных планет.
– Нет, к сожалению, не приходилось. Если бы видел, я бы обязательно вас запомнил. Но… Вам не приходило в голову, что здесь ваш талант пропадает зря? Вам стоило бы улететь куда-нибудь,
– Вы так считаете?
– Конечно! Кстати, я могу вам в этом помочь. Скажем, я мог бы…
– Мы с Аланой как раз собирались улетать с Беты-3, – не выдержал я.
– Вот как? И как скоро?
– Как только закончим одно дельце. Ну, нам пора. У нас и вправду нет времени, Макс. Ты уж извини.
– Да ладно, чего уж там… Надеюсь, еще увидимся? – с кислой миной спросил Стэнтон, отцепившись, наконец, от Аланы.
– Как знать, может, и увидимся. Счастливо оставаться, старина! – бросил я через плечо, спеша увести Алану от этого казановы…
СТОП!!! А что там этот хвастун болтал насчет собственного звездолета?!
– Хотя… – перебил я самого себя, резко разворачиваясь на 180 градусов. – Мы же действительно черт знает сколько лет с тобой не виделись! Наверное, надо все-таки отметить это событие.
– Ты серьезно? Так чего же мы ждем?! Я тут уже приглядел одно заведеньице неподалеку. Девочки… – Он обернулся было к своим спутницам, но тех уже и след простыл. Оскорбленные до глубины души его поведением, обе красотки, гордо вскинув подбородки и ритмично цокая каблучками, удалялись от нас. Впрочем, шли они нарочито медленно, дабы Максу не составило особого труда догнать их и начать на коленях вымаливать прощение. Но, видимо, они плохо знали Макса. Поглядев им вслед, он лишь хмыкнул и как ни в чем не бывало снова начал пожирать глазами Алану. Я поежился.
Спустя несколько минут мы уже сидели за столиком небольшого кафе – того самого заведеньица, которое приглядел Стэнтон. Заведеньице называлось – как бы вы думали? – «Жемчужина Галактики». Впрочем, кроме названия, в нем не было ничего примечательного. Обычная второсортная забегаловка, каких пруд пруди везде, где селится человек и его ближайшие братья по разуму.
– Так чем же ты занимался все это время? – с ходу спросил я, не давая Максу захватить инициативу.
– Ну… После того дельца, что мы с тобой обстряпали в Гончих Псах, я купил на свою долю старенький грузопассажирский звездолет и занялся перевозками, как и планировал. Честный бизнес, никакой контрабанды… И не надо так ухмыляться! В общем, дела мои постепенно шли в гору. Сейчас у меня уже четыре лайнера класса «Астра-М», отличные пилоты и все такое. Но я и сам ремесла не забросил – пилотирую один из звездолетов. Хотя все больше приходится заниматься всякими организаторскими вопросами и… ну, сам понимаешь. Да и перебраться пришлось сюда, на самую периферию. Здесь конкуренты не так донимают.
– Так значит, это твой звездолет стоит сейчас в астропорту? – приняв самый невозмутимый вид, поинтересовался я.
– Ну да. А что? – прищурился Макс. Его не проведешь.
– Я ведь уже говорил, что мы с Аланой собираемся улетать отсюда, причем в самое ближайшее время. А в этом захолустье очередной звездолет приходится ждать по нескольку недель.
– Что ж, я к вашим услугам. Буду рад приветствовать вас на борту. Особенно вас, фриледи…
Краем глаза приметив проезжавшего мимо киба-официанта, Макс с завидной скоростью метнулся к нему и буквально силком подтащил к нашему столику.
– Ну-ка, жестянка, что там у тебя есть? Давай выкладывай! – потребовал он, не обращая внимания на робкие возражения киба, что тот, дескать, уже занят обслуживанием других посетителей.
Вскоре столик наш уже ломился от всяческой выпивки и закуски. И это пришлось весьма кстати – у нас с Аланой с самого утра и маковой росинки во рту не было.
– Стало быть, примешь нас на борт, Макс? – спросил я с набитым ртом.
– Без проблем!
– А если я скажу, что у нас подписка о невыезде?