Пройдоха
Шрифт:
«Девушка, Дарк».
– Что – девушка? А, черт! Алана! Куда это ты собралась?!
Девица, пока я был поглощен разговором с Мирандой, давно поднялась с кровати и тихонько, вдоль стеночки, пробиралась к двери. Когда я ее окликнул, она, уже не прячась, метнулась к выходу. Я перехватил ее, когда она уже выбежала из номера. Не особо церемонясь, затащил обратно и запер двери.
– Слушай, я уже сыта по горло твоими выходками! – взвилась она. – Я, конечно, сразу поняла, что ты… странноватый. Но теперь ясно, что ты
Проклятье!!! Миранда ведь, как обычно, явилась в виде пси-образа, видимого только мне. Представляю, как я выглядел со стороны, увлеченно болтая с пустым местом, да еще на такие забавные темы!
– Алана, я все объясню…
– Не надо мне ничего объяснять! Выпусти меня сейчас же!
– И куда ты пойдешь?
– Не твое дело! Хотя бы в астропорт.
– А как же выкуп?
– Да пошел ты… со своим выкупом!! С меня довольно! Завтра утром я улетаю с Беты-3, а ты можешь убираться ко всем чертям! Можешь пьянствовать, шляться по кабакам, угонять гравилёты, болтать сам с собой хоть целыми днями…
Пресловутый Максимус Стэнтон как-то сказал мне, что есть только один надежный способ успокоить девицу, когда она так рассвирепела.
– … и пусть за тобой гоняются все полицейские, вместе взятые! И выкуп можешь требовать хоть у собственной задницы! Но БЕЗ МЕНЯ!!! Потому что МНЕ это уже осточер…
Тут я впился в ее губы страстным, обжигающим поцелуем. Во всяком случае, так это должно было выглядеть. Она осеклась на полуслове. Замерла, вцепившись мне в плечи, не то притягивая, не то отталкивая. А я… Ее теплые, нежные, чуть сладковатые от помады губы; теплая упругость ее тела под моими ладонями; легкое, как дуновение ветра, прикосновение ее волос к моей щеке… Во мне словно что-то взорвалось, килограмма на три в тротиловом эквиваленте. Никогда я не чувствовал ничего подобного, даже в юности! Уже ни на что не обращая внимания, я крепко прижал ее к себе и жадно целовал. Ныряльщик так же жадно глотает воздух, едва голова его появляется над водой.
Не знаю, сколько это продолжалось. Может, вечность, может, пару секунд. Алана вдруг, будто опомнившись, оттолкнула меня и замерла – немного растрепанная, тяжело дыша. Я тоже замер в нерешительности, и так мы простояли опять же не то вечность, не то несколько секунд, глядя друг другу в глаза.
Тр-рах!! Щеку как будто обожгло огнем. И сразу все стало на свои места.
– Алана, прости, я… Не знаю, что на меня нашло…
Отвесив мне оплеуху, она как-то сразу успокоилась и теперь молчала, глядя в пол. Видно, ей было немного не по себе. А уж мне… Ну, увижу Стэнтона – я ему припомню!
– Алана…
– Ладно! Забудем, – деловито перебила она, по-прежнему не глядя на меня. – Но не вздумай так больше делать! Иначе я обижусь и…
– Я правда не знаю, как так вышло… – промямлил я. Черт возьми, чувствую себя нашкодившим мальчишкой! Что со мной?!
– Да ладно, знаю я вас… Дескать, лучший способ заставить девушку замолчать…
– А что? Ведь подействовало… Все, все, молчу!
Алана открыла было рот – явно чтобы сказать что-то ехидное. Но я, взяв ее за плечи, развернул лицом к кровати и скомандовал:
– Миранда! Перейди в режим голограммы. Я хочу тебя кое с кем познакомить.
Тут же в серебристом доспехе на моей правой руке отворились крошечные шлюзы, из которых вылетели три «мухи». Сам я не заметил перехода Миранды из пси-образа в голограмму, но почувствовал, как Алана вздрогнула.
Миранда молчала, переводя взгляд с девушки на меня и обратно.
– Алана, это – Миранда. Миранда, это – Алана.
– Зд-дравствуйте, – пробормотала Алана.
– Приятно познакомиться, – с легкой улыбкой кивнула Миранда.
Несколько секунд тянулась неловкая пауза. Потом девица наконец пришла в себя.
– Вы… Это что-то вроде видеофона?
Миранда взглянула на меня, вопросительно приподняв бровь.
«Что мне сказать?»
«Говори все, как есть. Только постарайся без лишних подробностей».
– Нет. Я являюсь компьютерной моделью человеческой личности.
– Моделью?
– Да, моделью на основе искусственного интеллекта.
– Хм… – Алана повернулась ко мне и шепотом спросила: – Это что – киб? Компьютерная программа?
– Приведенные вами определения подходят мне лишь частично. Я не имею аналогов среди разработок искусственного интеллекта, проведенных землянами.
– А…
– Знаешь, лучше не забивай голову, – вмешался я. – Все, что тебе нужно знать, – это то, что Миранда – моя напарница. Она совсем как человек, только без тела. Если ты не можешь принять это вот так сразу, то представь, что это действительно что-то вроде видеофона, и Миранда от нас далеко, поэтому мы видим лишь ее голограмму. В общем… Надеюсь, вы подружитесь.
Алана рассеянно кивнула и принялась разглядывать Миранду с головы до ног, наверное, отыскивая какие-нибудь изъяны. Но та сидела как ни в чем не бывало, и, если не знать, что она – лишь голограмма, легко можно было спутать ее с живым человеком. Единственное, что ее выдавало, – это непримятое покрывало на кровати: в том месте, где она сидела. Ведь голограмма, естественно, невесома.
– Вы… очень красивая.
Ну и ну! Пялиться на Миранду столько времени, чтобы в конце концов сказать о том, что и так видно с первого взгляда!
– Спасибо, – смущенно улыбнулась Миранда. Внешний вид для нее много значит, уж я-то знаю. В конце концов, это один из немногих ее способов самовыражения. – Вы тоже очень красивы, Алана. И вам очень идет это платье.
– Вы так считаете?
– Да. Хотя, пожалуй, можно было бы добавить несколько линий к узору в верхней части, чтобы подчеркнуть форму груди. И не помешали бы украшения на шее. Великолепно подойдет золотое колье с бриллиантами или нитка голубого жемчуга. И еще серьги. Серьги…