ПсихирЪ
Шрифт:
– Потому что ты продал душу компа-а-а-ани-и-и-и-и… – спел Петя реплику Шелдона Купера из сериала «Теория большого взрыва».
Петя, конечно, понимал, что будет отчаянно скучать по эфирам. Еще и Рита со своими напутствиями. Но когда он вспоминал сумму, написанную Антиповым на салфетке, то внутренне оправдывал свою «измену» журналистике.
Кофемашина, пошумев, выдала порцию кофе. Петя намеренно не включал радио, как делал это обычно по утрам, пока собирался на работу. Ему хотелось подумать в тишине. Сидя на высоком
Петя открыл свой блокнот с записями и еще раз пересмотрел все ключевые точки, потянулся и вздохнул. Все выглядит безобидным по отдельности. А вместе – подозрительно. И ничего не ясно про девятую ступень… Петя нарисовал еще один жирный вопросительный знак – рядом с «облачком» «9 ступеней». Но не исключено, что сегодня-завтра Настя позвонит. И весь этот карточный домик из людей, историй и диалогов сразу рассыплется.
Петя снова написал Насте. «Настена, как дела?» – «Петя, у меня все хорошо. Красивые рассветы и закаты, медитация, йога». Уже что-то, обрадовался Петя развернутому сообщению. «Когда вернешься?» – «Пока не знаю, все, что здесь происходит, важно для меня». А вот это Пете совсем не нравилось. «Настя, я тебя жду, не задерживайся, пожалуйста!» – «Я тебя поняла, обязательно поговорим».
К 16:00 Петя прибыл в Сити, взял временный пропуск, поднялся на нужный этаж. Там его встретили и провели в нужную переговорку. Оказалось, что офис отмечал сделку, которую готовили несколько месяцев. Петя со стороны наблюдал за будущими коллегами, вертя в руках хрустальный бокал. Шампанского ему не хотелось, не любил он этот газированный напиток, слишком сладкий и слишком женский. Никогда не понимал, почему именно его назначили главным для торжества. Петя подошел к Антипову, стоявшему у окна. С 40-го этажа башни «Евразия» открывался потрясающий вид на город.
– Владимир Игнатьевич, поздравляю вас и вашу команду.
– Спасибо, Петя.
– «Какой бы ни была ваша цель, вы сможете ее достичь, если только захотите потрудиться». Так, кажется, говорил Мохаммед Али, – блеснул эрудицией Петя.
– А еще он говорил: «Если в пятьдесят лет вы смотрите на мир так же, как в двадцать, значит, тридцать лет жизни прошли впустую».
– Вы точно ни дня в этой жизни не прожили впустую, – покачал головой Петя.
Антипов внимательно посмотрел на Петю и рассмеялся. Причем в этот раз смеялся Антипов не только губами, но и глазами. И был этот смех так заразителен, что Петя тоже рассмеялся.
– А вы, Петя, тоже не любите шипучку? – посмотрел Антипов на почти полный бокал у Пети в руках.
– Увы, извините… – виновато признался Петя.
– А пойдем-ка в мой кабинет, исправим ситуацию.
В кабинете Антипов достал два толстых хрустальных бокала, положил в оба колотый лед и плеснул янтарной жидкости из пузатой бутылки. Один
– Что это за напиток, Владимир Игнатьевич?
– Шотландский виски – Balvenie, односолодовый. Попробуйте, вам понравится, шотландцы умеют.
Петя сделал глоток и уважительно посмотрел на бокал:
– Впервые пью тысячедолларовый виски из правильного тамблера.
– О, знаете, как называется бокал, знаете цену напитку, но никогда не пробовали?
– Про бокал и виски знаю – статью писал. Да и дорогие напитки пробовал на дегустации не раз. Но чтобы настолько хороший…
– Петя, привычка к хорошему повышает собственную ценность. Я полжизни ценой невероятных усилий, прошу прощения за тавтологию, – усмехнулся Антипов, – повышаю свою ценность.
– Владимир Игнатьевич, я, признаться, никогда бы не подумал, что у вас могут быть с этим проблемы.
– «Вся моя жизнь состоит из ошибок, но в итоге все как-то складывается».
– Неужели вы сейчас Тора процитировали? – изумился Петя.
– Тор не самый мой любимый герой Марвел, но цитата запомнилась.
– А какой любимый?
– Боюсь, я не оригинален. Единственный супергерой, сила которого не выдана ему пауком, или другой планетой, или еще каким-то магическим способом…
– …это Железный человек, – подхватил Петя.
– Да, Iron Man, – согласился Антипов. – А если серьезно, существует в жизни человека три вероятных пути: прогресс, застой и деградация. Я предпочитаю прогресс. И этот герой – его воплощение.
– Что вам помогает, Владимир Игнатьевич?
– В разное время – разное. Однажды помогло паломничество по святым местам. В другой раз – работа с психоаналитиком.
Антипов тихо рассмеялся, видя удивление Пети.
– Удивлен? Но психотерапия – это полезно и в конечном счете окупается всегда.
– Я, если честно, несколько удивлен, что вы со мной этим делитесь, Владимир Игнатьевич. Люди предпочитают молчать о своих проблемах, сомнениях, колебаниях. А психолог вообще табуированная тема.
– «Лучший способ узнать, можешь ли ты доверять кому-то, – это довериться ему».
– Спасибо за доверие, – Петя ухмыльнулся.
– Жил такой хороший писатель много лет назад, Эрнест Хемингуэй. Страдал от депрессии и паранойи… Это его слова.
– Мой любимый писатель в студенческие годы.
– Кстати, Хемингуэй – пример того, как далеко продвинулась психиатрия за последние 60 лет. Вряд ли сегодня для лечения писателя применили бы электрошок, который разрушил его мозг, стер память, по сути, выбросил на обочину жизни.
– Вот уж правда ваша, Владимир Игнатьевич. А расскажите про паломничество. Куда вы ездили?
– Это был Тибет.
– Ого! За просветлением или за освобождением? – пошутил Петя.
Антипов ответил спустя короткую паузу.
– Петя, я поехал туда в поисках себя.