Психопат (сборник)
Шрифт:
— Я позвоню тебе, Тоцци. Не в ближайшие дни. Но когда-нибудь позвоню. — Она оторвалась от него, посмотрела ему в глаза и вымученно улыбнулась. — Мы остаемся друзьями, правда?
— Да... конечно.
Он глянул на лампочку и сморгнул слезу.
Стэси отошла от него и, пятясь, направилась к противоположной двери. Когда открыла ее, в тихий полумрак кладовой ворвались шум, лязг, яркий свет и пахучие пары кухни.
— Еще увидимся, Тоцци.
— Да... Увидимся.
Стэси вышла в
Черт.
Когда он вышел, Гиббонс в одиночестве сидел у стойки и жадно смотрел по телевизору бейсбольный матч. Тоцци подошел и сел рядом.
— Я только что разговаривал с...
— Знаю, — перебил Гиббонс. — Рой сказал мне. У тебя что, нет денег на мотель?
Тоцци промолчал. Он был не расположен к остроумным ответам.
Гиббонс обернулся и мотнул головой в сторону кабины.
— Лоррейн и ее приятельница опять завели разговор о колледже. Я уж больше не мог слушать.
— Да?
— По случаю дня рождения хочу угостить тебя выпивкой. Чем-нибудь особенным. — Берт жестом подозвал Роя. — Слушай, есть у тебя эти сорта отличного шотландского виски? Те, что начинаются с «глен»?
— Есть «Гленфиддич» и «Гленливет».
— Давай того, что получше, обоим. Чистого.
— Даю.
Рой быстро поставил на стойку два стакана, выхватил бутылку из рядов возле зеркала и налил виски. Обычно Тоцци предпочитал пить со льдом, но сейчас чистое казалось наилучшим лекарством.
Гиббонс поднял стакан и посмотрел на своего напарника.
— Тоцци, я не люблю затрепанных тостов. Пожеланий долгой жизни, счастья и прочей чуши. На мой взгляд, это неосуществимые мечты и тщетные надежды. Давай выпьем просто за нас, Тоц, без всяких пожеланий. За нас и за всех мужчин на свете, которые каждое утро надевают брюки и делают то, что нужно. К черту беспокойство о том, что готовит нам будущее, к черту беспокойство о старости. Гони от себя эти мысли. Секрет жизни прост. Нужно не останавливаться, Тоц. Держись за руль, смотри на дорогу и продолжай путь.
Гиб коснулся своим стаканом его стакана.
Тоцци кивнул и отпил глоток. Виски прошло легко, по телу разлилась теплота. Он поднял стакан к свету и посмотрел на янтарный напиток.
— Гиб, скажи мне вот что. Как ты думаешь, могли бы у нас со Стэси сложиться серьезные отношения? Постоянные?
— Я что-то не пойму тебя.
Тоцци кивнул на дверь кладовой:
— Она сейчас дала мне отставку.
— А... Жаль.
— Я вот думаю, может ли у мужчины сложиться прочная жизнь с женщиной вдвое моложе его. Думаю, я был бы не первым на свете, кто делает такую попытку.
Обдумывая ответ. Гиббонс медленно
— Нет. Не первым и не последним.
— Значит, ты всерьез считаешь, что у нас могло бы сладиться?
— Тоц, я болел за тебя. Это вот им, — он обернулся к кабине, — ваши отношения казались чем-то ужасным. И не потому, что Стэси вдвое моложе. Просто они сомневались в твоей порядочности.
Тоцци кивнул и глянул на экран телевизора. Какой-то парень принимал душ, улыбаясь так, словно только что выиграл в лотерею. Рекламная дребедень.
— Ну что ж, расстраиваться из-за случившегося не стоит. Стэси хочет, чтобы мы оставались друзьями, так что, может, еще не все потеряно. Хотя надежды у меня мало.
Он отпил еще глоток, не отводя глаз от экрана.
— Стэси Вьера. Она хорошая. Я уверен, что при других обстоятельствах у нас бы все было иначе. Но все же... — Он опустил взгляд на стакан. — Мне кажется, лицо ее останется у меня в памяти очень надолго.
— Лицо? Именно эта ее часть тебе и запомнилась?
— Заткнись, старый циник, — буркнул Тоцци.
Рекламный ролик сменился другим, послышались знакомые глухие удары по барабану. Тоцци и Гиббонс одновременно подняли глаза. Камера крупным планом демонстрировала спортзал, потом появилась Стэси в красных колготках, она поднимала свою штангу, соблазнительно улыбаясь и подрагивая грудками.
Тоцци потряс головой. Он не хотел этого видеть.
Рой бросился к телевизору и потянулся, чтобы переключить на другой канал. Тоцци остановил его:
— Ничего, Рой. Оставь.
Бармен пожал плечами и вернулся за стойку.
Тоцци досмотрел ролик до конца, глядя в лицо Стэси и раздумывая... просто раздумывая.
«Приглашаем — приходи и НАКАЧИВАЙСЯ!»
Ролик закончился. На экране появилось поле стадиона «Ши», там убирали мусор, набросанный болельщиками.
Гиббонс что-то напевал себе под нос. Тоцци не сразу узнал в этой мелодии «Мой путь».
Он уставился на напарника. За все годы совместной работы Тоцци ни разу не слышал, чтобы Гиббонс пел, напевал или насвистывал. Еще больше удивил его выбор песни.
— Ты же говорил, что терпеть не можешь Синатру.
— Да не могу. Это версия Элвиса.
И продолжал тихо мурлыкать.
Тоцци припомнились слова песни, в которой человек вспоминает прежнюю жизнь и былые огорчения.
— Это не смешно, Гиб. Нисколько.
Гиббонс утих. Прищурился, покачал головой и хлопнул Тоцци по плечу.
— Поздравляю со вступлением в средний возраст, приятель. — Допил виски и стукнул донышком пустого стакана о стойку. — Теперь ты угости меня.