Психопат (сборник)
Шрифт:
— Почему, черт подери, ты мне никогда не веришь, Майк? Почему?
— Потому что ты паршивый врун.
— Я не вру.
— Нет, врешь.
— Когда я тебе врал? Когда?
— Если ты привез индейку для Беллза, почему бы тебе не дать одну и Будде? Подмазать и его?
Живчик покачал головой:
— Нет, это я не могу.
— Потому что нет у тебя никаких индеек. Вот почему.
— Слушай, ты ни черта не понимаешь.
Внезапно смутившись, Живчик опустил взгляд и потер бровь, потом еще один быстрый глоток.
— Послушай,
— Ты только что сказал, что они прекрасно себя чувствуют в твоем багажнике.
— Да, но ведь тут никогда не угадаешь, Майк. Едешь, едешь, машина нагревается, в багажнике становится жарко, и конец индейкам. Это очень даже возможно. Тут не угадаешь. Я не хочу, чтоб меня прикончили только потому, что он из-за меня заболеет сальмонеллезом или чем-нибудь в этом роде. Нет уж.
Тоцци навалился на стол и придвинулся к Живчику.
— Давай ври дальше, Живчик. Давай, давай.
— Я не вру, клянусь. Если хочешь, я дам тебе эту проклятую индейку. Пошли.
— Кончай трепаться и слушай меня. — Тоцци понизил голос. — Если я узнаю, что ты меня водишь за нос, Живчик, я от тебя откажусь и постараюсь, чтобы Будда и Беллз узнали о твоей работе на нас. Слышишь?
Сбитый с толку Живчик моргнул.
— Я просто поражен, Майк. Это не ты говоришь. Разве до сих пор я играл с тобой нечестно? Разве не я познакомил тебя с Беллзом? Не я убедил его, что мы с тобой партнеры по порнобизнесу? Ведь в эту самую минуту он сидит здесь, в задней комнате, и пытается вытянуть из Будды деньги для нас. Ты ведь этого хотел, правильно? Так какого же черта тебе еще от меня надо? Хочешь, чтоб я еще для тебя что-то сделал, — скажи. Я не факир, мысли читать не умею.
Тоцци потер усталые глаза.
— Ты прав, Живчик. Ты все это сделал. Но мне хотелось бы знать, что ты делал кроме этого. Что ты рассказываешь Будде за моей спиной?
— Ничего!
— Вот так и продолжай. Понял?
— Не могу поверить, что ты говоришь это мне.
— Не старайся угодить и нашим и вашим, Живчик. Этот номер не пройдет. Я брошу тебя и скормлю акулам. Клянусь Богом, я это сделаю.
Живчик побренчал льдинками и на секунду задумался. Потом на его лице с длинным острым, как у дятла, носом расплылась широкая улыбка. Между передними зубами у него были большие щели.
— Ты не бросишь меня, Майк. Ты думаешь, что сможешь сделать это, но я тебя знаю. Ты этого не сделаешь.
— Нет? Почему же?
— Потому что.
— "Потому что" что?
— Потому что ты положил глаз на мою сестру, вот почему.
Тоцци откинулся назад и нахмурился.
— Пошел к черту.
— Ладно, ладно. Меня не проведешь, Майк. Я видел, как ты смотришь на нее, парень. Это и слепому видно.
— Пошел к черту.
— Ладно, Майк. Скажи честно. Ты ведь уже пытался подкатиться к ней? Я знаю,
Тоцци ничего не ответил, взял свой стакан и опрокинул его в рот. Кусочки льда скользнули на язык. Его подмывало выбить Живчику несколько кривых желтых зубов, чтобы заставить его заткнуться, но он не мог себе этого позволить — за стеной сидели Будда и Тони Беллз. Для них Тоцци и Живчик — партнеры, кореша. Паршивый ублюдок.
Он разгрыз льдинки и уставился на дольку лимона в стакане. Конечно, Живчик — ублюдок, но в данном случае он прав. Тоцци действительно положил глаз на Джину Дефреско. В последнее время он часто ловил себя на том, что постоянно думает о ней. Плохо, что он ей до лампочки.
— Эй, Майк?
Тоцци взглянул на Живчика.
— Заткнись. — Слава Богу, сестра не похожа на своего брата.
— Нет, правда, я не хотел ничего говорить о Джине. Забудь. Прости, что я заговорил об этом.
— Все равно заткнись.
— Ладно, но я хочу тебя спросить.
Тоцци вздохнул, стараясь держать глаза открытыми.
— Что еще?
— Серьезно. Хочешь индейку или нет?
— Нет.
— Даром.
— Нет!
— Ладно, ладно. Я только спросил. Не надо сердиться.
Живчик пожал плечами и заерзал, бренча льдинками. Он выглядел обиженным.
Не обращая на него внимания, Тоцци выглянул из кабинки, пытаясь рассмотреть, что делается в задней комнате. Будда Станционе и Тони Беллз все еще сидели, склонившись друг к другу, и разговаривали. Почему же, черт подери, они никак не могут ничего решить? Тоцци взглянул на часы, висящие над баром. Пятый час. Боже правый, если он хоть немного не поспит, можно забыть о черном поясе. Он прищурился, пытаясь в сумраке разглядеть лица тех двоих, но не мог рассмотреть, что они выражали. Чем же они, черт бы их побрал, там заняты?
Глава 4
4.04 утра
Тоцци взял свой пустой стакан с долькой лимона, похожей на дохлую рыбку, и вышел из кабинки.
Живчик удивленно посмотрел на него:
— Куда это ты?
— Мне надо в туалет.
Он подошел к Тасманскому Дьяволу Стенли, сидящему у стойки бара.
— Чего тебе? — рявкнул тот, впрочем, вполне дружелюбно.
Тоцци кивнул в сторону задней комнаты, где совещались Будда и Беллз. Мужской туалет находился за ней.
— Мне надо в туалет.
Взгляд Стенли скользнул к ширинке Тоцци. Сегодня он выполнял функции сторожевого пса, и ему было приказано не подпускать никого к задней комнате. Он кивнул на входную дверь:
— Выйди на улицу.
Тоцци поморщился и сказал несчастным голосом:
— Мне надо по-большому.
Тасманский Дьявол в задумчивости поскреб подбородок. Затем покачал головой:
— Иди на улицу.
— Ладно тебе, Стенли. Мне правда нужно.
Стенли снова уставился на его ширинку, будто искал там подтверждения.