Психосфера
Шрифт:
Вопль Мурелли и негромкий хлопок его пистолета с глушителем раздались одновременно. Гаррисон/Кених налёг всем весом на дверцу и пнул Мурелли в пах, так что тот ударился о капот. У киллера вышел остаток воздуха из лёгких. Пистолет выпал из вялых, покусанных рук, оставшись внутри автомобиля. Сюзи отгрызла киллеру два пальца и принялась за остальные. Гаррисон/Кених распахнул дверцу, схватил Мурелли и выволок наружу, толкая и поддерживая. Толкал он по направлению к бетонному балкону. Мурелли, одуревший от боли и страха, увидел, что балкон приближается, и предпринял последнюю отчаянную попытку спастись. Он замахнулся
На мгновение Мурелли, казалось, повис в воздухе. Его побелевшее лицо со щёками, которые надувались и опадали от дыхания, напоминало какую-то странную рыбу, медленно уходящую на глубину в прозрачной воде. Он упал, даже не попытавшись закричать. Его тело грохнулось возле переднего капота чёрного седана, словно сто семьдесят пять фунтов свинца.
Несколько долгих секунд Де Медичи просто сидел за рулём своего автомобиля, словно парализованный, глядя в одну точку. Стекло со стороны водителя было опущено, и он услышал тошнотворный хруст, когда Мурелли упал. Наконец он запустил двигатель и стал отъезжать от трупа Мурелли — и в то же время услышал рёв мощного мотора «Мерседеса», когда автомобиль Гаррисона/Кениха помчался вниз по пандусу, подобно огромному серебряному зверю. Искры летели, когда металлические бока задевали низкие бетонные стены пандуса.
Гаррисон/Кених видел капот сдающего назад седана. Он видел также и Толстяка Фаселло, который стоял, мертвенно-бледный, в будке парковщика. Упитанного шотланца нигде не было видно, но, вероятно, ему уже не будет никакой разницы. Граната болталась на кольце, зажатом в оскаленных в усмешке зубах Гаррисона/Кениха, её корпус слега перекатывался по подбородку. Раздалось металлическое «щёлк!», когда он выдернул кольцо и бросил гранату в будку. Затем передний бампер «Мерседеса» врезался в переднюю часть седана, промяв его на пару дюймов, и оттолкнул в сторону. В то же время Гаррисон/Кених снова крутанул руль, так что комбинированное действие придало «Мерседесу» эффект разворота на месте, и выскочил на улицу. Колеса пробуксовали на крови Мурелли, затем, взвизгнув шинами и плюясь дымом, большой автомобиль рванулся прочь по улице, покачиваясь на рессорах.
В зеркало заднего вида Гаррисон/Кених увидел, как Фаселло выскочил из будки, руки и ноги толстяка казались размытыми от быстрого движения. Затем…
Будку поглотила вспышка белого огня с клубами дыма с оглушительным взрывом. Фаселло подбросило вверх, все его восемнадцать стоунов, и швырнуло на крышу седана. От взрыва на ближней стороне седана вылетели стёкла. Это было всё, что Гаррисон/Кених успел разглядеть, потому что в следующий момент он завернул за угол и нажал на тормоза, сбавляя скорость, чтобы влиться в поток уличного движения и стал следовать указателям, направляющим его к мосту через Форт.
Он убил одного из них, возможно, двоих, и, вполне возможно, их седан выведен из строя. По крайней мере, он на это надеялся. Так что теперь ему остаётся беспокоиться только о маленьком китайце, а Гаррисон/Кених был не из тех, кто сильно беспокоится…
На секунду он задался вопросом, что сталось с упитанным парковщиком; он не мог знать, что тот уже был мёртв, заколот ножом в сердце, и лежал на полу будки, когда
Только позже, на широкой подъездной дороге к мосту, когда Гаррисон/Кених остановился, чтобы осмотреть удивительно небольшие повреждения «Мерседеса», он задумался о своих способностях, которые даже не пытался применить в противостоянии с мафией. Он знал, конечно, что обладает ими, но мысль об их использовании едва мелькнула в голове. Зачем брать пулемёт, чтобы прихлопнуть муху? И, конечно, его сила не безгранична, её источник быстро иссякает. Возможно, он просто экономил то немногое, что осталось.
Не использовать по пустякам и экономить… это две большие разницы.
Незадолго до 3:00 Джонни Фонг позвонил Харону Губве, рассказав ему всё, что произошло со времени его последнего доклада, особенно подробно об инциденте на парковке. Звонил он из автомастерской, расположенной у извилистой дороги, с видом на лежащую внизу деревню Грампиан. Там, в такой же автомастерской на противоположной стороне деревни, «Мерседес» Гаррисона проходил беглый осмотр. На обочине дороги, с ближней стороны от лоскутного одеяла улочек, полей, церквей и домов, стоял седан мафии, никаких движений возле него заметно не было. Всё это Фонг видел в бинокль.
— Я не знаю, Харон, — сказал он, — как они его выследили, но они его опять преследуют. И я, конечно, просто следовал за ними. Теперь, однако, мне надо держаться подальше, потому что даже если Гаррисон не знает, что я еду за ним, очень вероятно, что знают они.
— Тогда держись подальше, — сразу приказал Губва, — до тех пор, пока они с ним не разберутся. Он, должно быть, быстро слабеет, Джонни, ведь зная, что они его преследуют, он должен был уже ликвидировать их. У него есть силы, у этого Гаррисона, но они покидают его, как крысы покидают тонущий корабль. И всё-таки я предпочитаю не рисковать. Что касается того, как мафиози снова взяли его след: в его машине стоит «жучок», а у них имеется устройство слежения… но скажи мне, почему, по-твоему, он едет на север?
— Я думаю, что он дурак, Харон. Смелый, но дурак. Местность становится все более дикой, день клонится к вечеру. У его автомобиля уже давно барахлит двигатель. Возможно, это вызвали взрыв и столкновение, я не знаю. Но я думаю, что с наступлением ночи они, безусловно, должны догнать и убить его. Если бы у меня была винтовка, я сам мог бы перестрелять их всех, и никто бы меня не увидел.
— Нет! — рявкнул Губва. — Через тебя он ещё может найти способ напасть на меня. Ты должен просто наблюдать за всем, что происходит. Наблюдать и докладывать.
— Как скажешь, Харон. Но сейчас я думаю, что сумел обогнать их. Они находятся в стороне от главной дороги. Я могу проехать прямо через деревню и дальше, в горы. Может быть, я смогу найти подходящее место, чтобы поджидать их.
— Хорошо, — согласился Губва. — Я дам тебе один час. Только не попадись им на глаза. Ровно через час я приду к тебе, мысленно. Я пойду на риск, ты это понимаешь?
— Ты будешь в безопасности, Харон, я клянусь.
— Надеюсь! Ты преданный слуга, Джонни.