Псы господни
Шрифт:
Однако шестисотый «мерс» недалеко успел разогнаться по темной тихой улице. Из арки старого дома на дорогу резво выскочил задком обшарпанный «жигуль». Вел его кто-то явно нетрезвый, потому что машина двигалась, вихляя и дергаясь. Она боком перегородила пол-улицы, остановилась, потом двинулась вперед, выворачивая на свою полосу. Водитель «мерса» принял влево, объезжая водилу, который собрался сегодня ночью то ли в отделение милиции, то ли в морг. Скорость снижать не стоило, потому что «шестерка» уже выровнялась и приняла крайнее правое положение. Однако никакой водитель,
«Шестерка» вдруг, выворачивая, резко вильнула влево. «Мерс» со всего разгона ударился в нее — фара в фару. Раздался резкий стук, полетел раздробленный в кусочки пластик, «мерседес» завизжал тормозами и вылетел влево на тротуар, а «Жигули» отбросило далеко вправо.
Из «шестерки» выскочил, как на пружинке, небольшой неуклюжий человек и, размахивая руками, заматерился. И тут он увидел, как раскрываются все четыре дверцы «шестисотого», как поодаль тормозит и тоже выезжает на пешеходную часть «кадиллак», и, сообразив, что случилось, и не найдя лучшего выхода, торопливо юркнул назад в машину, захлопнув за собой дверцу.
— Ну, гад! — послышался разъяренный голос Спицы. — Сейчас своими руками удавлю.
Все четверо седоков «мерседеса» покинули машину, чтобы отвести душу на незадачливом пьянчуге. Спица первым подошел к несчастной «шестерке», стоившей примерно столько, сколько разбитый фонарь и помятый капот «мерседеса», и рукояткой пистолета со злобой врезал по лобовому стеклу, покрыв его паутиной трещин.
Из машины ударил негромкий выстрел. Пуля, проделав маленькую дырочку в переносице бандита, разнесла на выходе весь его затылок, разбросав вокруг сгустки крови и мозга.
И тут же пошел задним ходом «кадиллак», медленно удаляясь от места происшествия.
Мимо него справа проскочил «ниссан» и резко затормозил метрах в десяти от места столкновения.
Из передней дверцы «шестерки» снова выросла — теперь уже совершенно трезвая — фигура водителя. Это был Боцман с «Калашниковым» в руках. Только теперь Борода и Шрам, суетливо оглядываясь, полезли за оружием. Одновременно захлопали выстрелы Боцмана и Дока, успевшего покинуть место пассажира «ниссана» и тоже вступить в игру.
«Кадиллак» все еще двигался задним ходом, в машине таджиков, казалось, ничего не происходило: не открывались дверцы, не опускались стекла, не менялась скорость движения. Только горящие фары ярко освещали всю арену.
Из-за распахнутой левой дверцы «ниссана» в лоб гостям глядел «калаш» с подствольником. Пастух, почти не защищенный со спины от выстрелов из «мерседеса», спокойно целился в них из гранатомета с колена.
Борода и Шрам упали под перекрестным огнем, не успев даже выхватить оружие.
Быстрее всех среагировал водитель «мерса», который только что обогнул машину, используя единственный шанс уйти из-под обстрела, он нырнул в переднюю дверцу cejbe-го автомобиля.
Тогда
«Кадиллак» в этот момент наконец развернулся и дал полный газ.
Контрольных выстрелов не делали, в этом не было необходимости. Ненужное больше оружие полетело на асфальт. Вся операция заняла двадцать пять секунд.
Кварталом дальше Боцман пересел в «ниссан». Еще через два квартала они притормозили в темном месте, из машины выскочил Док и сорвал с номерных знаков «ниссана» наклейки с напечатанными на ней фальшивыми номерами. Через семь минут после акции автомобиль Пастухова влился в густой поток машин, двигавшихся по направлению к центру города. Засечь их было уже невозможно.
Все в «ниссане» молчали. Боцман вяло произнес:
— Похоже, мы им напрочь сорвали большую криминальную сделку.
Док, закуривая, отозвался:
— А ведь таджики специально выгнали шофера, садясь возле казино, держали дистанцию между машинами. Они были настороже и не собирались вступать в чужую драку.
— Надо было и их тоже... Тремя бандитами стало бы меньше, — скептически заметил Боцман.
— А мы что, занялись истреблением преступного мира? — возразил Док.
— В общем-то, мы с Мухой — практически да, и даже на профессиональной основе, — заявил Боцман, имея в виду свое охранное агентство.
— Только не вздумай в свой отчет о проделанной работе включить Спицына и его хлопцев...
Пастухов в этот вялотекущий спор не вмешивался, думал о своем. Через некоторое время разговор переключился на совершенно будничные предметы. Никто больше не хотел обсуждать происшедшее.
Сергей, доставив ребят по местам, возвращался в родное Затопино в шестом часу утра. Проезжая мимо храма отца Андрея, двери в который были еще затворены, он подумал, что следовало бы снова поставить семь свечей за своих ребят — живых и мертвых. Но, конечно, не сейчас, когда руки в еще не остывшей за ночь крови...
Может быть, завтра.
Завидев на оговоренном месте ранних рыбаков, Сергей подъехал к ним. Мишка Чванов и Костик Васин исправно поджидали его — с рыбацкими снастями и готовым уловом.
Разговаривать ни о чем не хотелось, и ребята, с которыми он когда-то учился у в школе и которые воспряли духом после беспробудного деревенского пьянства, когда он открыл свой цех, ребята, которые подготовили ему сегодня ночью алиби, наверное, почувствовав тяжелое настроение этого загадочного человека, ни о чем его не расспрашивали. И знать они не хотели его разгадок, чуя их темную силу, да и зачем, если они навсегда поверили ему?