Псы господни
Шрифт:
— И что ты прелагаешь?
— Я хотел бы, чтобы на время посадки ты находился среди моих людей. Это прибавит мне уверенности в том, что мы играем по правилам. И Дуд-чик — тоже пусть будет рядом.
Реакция была неожиданной.
— Возех, — окликнул Амир. — Возьми мое оружие. — И Амир кинул ему свой пистолет.
— Я побуду до посадки с Пастухом, чтобы они не волновались. Опасности нет, но на случай какой-нибудь неожиданности от военных рассредоточьтесь. Возех, осмотришь вертолет — не прячется ли в нем группа захвата.
И
— Можешь обыскать меня, оружия больше нет.
Пастухов, не раздумывая, воспользовался этим предложением и обнаружил в специальной кобуре на ноге небольшой браунинг.
— Недоверие всегда конструктивно, — рассмеялся Амир этой находке. — Мне нравится твой стиль работы.
Пастухов положил браунинг в карман и спросил:
— Что мы делаем с машинами?
— Джип поедет с нами, а эти две отгонят назад ребята Возеха.
— Ты не боишься ослабить свою группу? — удивился Пастухов.
— Большая группа только помешает в Москве, а защиты не обеспечит никакой. Бойцы были нужны в горах и в степи. Так что со мной полетит только Возех. В остальном — надежда на тебя.
— Хорошо. Это, по крайней мере, разумно.
Пастухов по примеру Амира рассредоточил своих бойцов, и они принялись ожидать борт.
Вскоре послышался тяжелый басовитый гул, и в небе среди звезд понеслись к земле бортовые огни грузового вертолета. Это оказался старина Ми-8. Покачиваясь, он утвердился посреди огненного ромба на земле; раскрыл бортовой люк...
Возех, одолевая ветер, поднятый винтами, скрылся внутри машины и вскоре подал знак: «Полный порядок». Пастухов отрядил двух человек для помощи в погрузке, а сам спокойно вместе с Амиром пронаблюдал, как переносятся в грузопассажирский салон мешки и сумки.
Ребята отвязывали найтовы и освобождали грузовой поддон. Они отнесли его в сторону, затем загнали на него джип и закрепили.
Кто-то из прилетевших направился в сторону машин Пастухова. Это был офицер в летней полевой форме.
— А, вот где отцы-командиры от работы прячутся, — весело сказал он, подавая руку. — Зарплату нашу часом не забыли?
Амир достал приготовленные деньги и без слов отдал офицеру.
— Самолет готов? — спросил он.
— Ей-богу, не знаю, — весело сказал офицер. — Мое дело — доставить вас на аэродром и передать с рук на руки в целости и сохранности Игорю Владиславовичу.
А он займется всем остальным.
— Полковник Потебня? — уточнил Амир.
— Он самый. — Офицер закончил считать деньги во второй раз и спрятал их в карман. — Там на полосе какой-то «Руслан» стоит. Наверное, ваш. Так что к обеду на месте будете.
— Откуда знаете, что к обеду? — поинтересовался Пастухов.
— А дальше «Русланчик» не улетит, — засмеялся офицер. — Что вы здесь сидите?
Давайте на борт.
— Мы загрузимся последними, — сообщил
— Ага. Ну ваше дело. Разумная предосторожность, так сказать... Это хорошо. Нам главное — лишь бы тихо все было... Ну спасибо, — как-то не к месту завершил он, наверное имея в виду «зарплату». — Пойду прослежу, чтобы не забывали центровать...
Когда военный удалился, подал тихий голос Дуд-чик, все еще сидевший на заднем сиденье «девятки»:
— Зато в космической науке мы впереди планеты всей... — проговорил он речитативом.
Пастухов обернулся:
— Имеете в виду разложение личного состава на космодроме, Алексей Петрович?
— Да, — ответил тот безразличным голосом. — И себя тоже имею.
— Это в вас совесть, — поставил диагноз Пастухов. — Рецидив.
Посадка была завершена с соблюдением всех предосторожностей: Возех скрылся внутри, сопровождаемый Мухой, Боцман контролировал трап, поднялись Дудчик, Артист с Доком, подали знак Пастухову, тот пошел, пропуская вперед себя Амира.
Однако все это было излишне: никаких неожиданностей не происходило. Все «воины джихада» из команды Возеха мирно скрылись в темноте. Тут же загорелись фары, и стало видно, как они удаляются от места посадки.
Как только все расселись по жестким скамейкам вдоль бортов, Пастухов вынул из кармана конфискованный браунинг и протянул назад Амиру.
— Получи свою «запаску».
— Нет-нет, — отказался Амир. — Ты ее нашел, ты и владей. Пригодится. На Востоке от подарков не отказываются, если не хотят оскорбить.
— Пригодится застрелиться, — шутливо пробормотал Пастух, разглядывая миниатюрное оружие. — Что ж, спасибо, Амир.
Чтобы занять руки, он тут же расстелил на коленях тряпочку, найденную в салоне, разобрал и почистил незнакомое оружие, не обращая внимания на шум и вибрацию.
Так и не представившийся офицер-вертолетчик действительно доставил их на аэродром и «передал с рук на руки в целости и сохранности» Игорю Владиславовичу.
Полковник Потебня был настроен строго по-деловому: точно так же потребовав расчет вперед и пересчитав деньги, проинструктировал заказчиков:
— Грузимся сейчас же, пока не рассвело. Вылет ближе к обеду. Разместитесь как-нибудь на борту и поспите, вы ведь за дорогу должны были устать. С борта не высовываться, по летному полю никому не шляться. Лишние глаза только во вред.
— Что-то не так? — спросил Пастухов.
— Нет, все в порядке, — строго заявил Потебня. — На поле днем работают разные ученые... и другие. В самолет они не полезут, но на полосе все видят.
— Понятно.
— Хорошо, что понятно, — со знакомой армейской интонацией, эхом отдавшейся в ушах капитана Пастухова, заметил он. — В Москве вас встретит майор Стрельчинский и поможет покинуть режимный объект. Вы старший группы? — спросил он.