Псы Клевера
Шрифт:
– Ух ты, – вырвалось у Григора. – Красиво-то как….
Картинка замерла. Началась опять.
– Здорово, – восхищенно пробормотал Григор.
Картина пошла вперед. Ближе, ближе, ближе. Совсем рядом.
– Да, – прошептал Григор и на него обрушился свет.
И тут же за руку ухватились маленькие цепкие лапки. Григор охнуть не успел, как почувствовал на своем плече теплое тельце. Острые коготки схватили за ухо.
– Эй, потише, больно.
Коготки чуть разжались.
– Вот так
И краем глаза он успел заметить промелькнувший солнечный зайчик.
– Вон он! – крикнул первым заметивший выбирающегося из кустов Григора свесившийся с края оврага Шатун.
– Все уже видят, – не вовремя склонившийся над Шатуном Кащей поковырял пальцем в ухе. – Орать уже не надо.
Григор, цепляясь за кусты, выбрался по склону наверх. На его плече сидел маленький тваренок, небрежно придерживающийся ха ухо. Маленькие глаза-бусинки внимательно осматривали столпившихся вольдов.
– Вот, – гордо доложил Григор, – нашел.
Народ зашумел и захотел придвинуться. Тваренок тут же перетек на бок Григора и выставил все колючки наружу. Получилась большая колючая шишка на боку. На кончиках иголок что-то подозрительно заблестело. Малыш был готов к смертоубийству. Григор, протянувший вперед руку, начал ее опускать. Прямо на поблескивающие иглы.
– Нет! Стой! – хором заорали несколько голосов. Тваренок от этих воплей раздулся еще больше. Остановить движение Григор уже не успевал….
А, собственно, и не надо было. Смертоносные иглы складывались прямо перед проходящей рукой и тут же выпрямлялись вновь. Как будто Григор гладил мех.
Вольды перевели дух.
– Фф-ух, – выдохнул Демчи. – А я уж думал: все, конец.
– Ух ты, здорово! – восхитился Шатун и присел на корточки, рассматривая ощетинившегося тваренка. – А еще так сделай.
Григор провел рукой еще раз. Иголки послушно складывались и раскладывались.
– Во молодец, – восхитился Шатун.
Тваренок пошевелился.
– Он спрашивает, ты не злой? – автоматически перевел Григор.
– Я злой? – возмутился Шатун. – Да добрее меня на этом свете не сыщешь. Кого хочешь спроси.
– А можно меня спросить? – тут же встрял Демчи, всем видом демонстрируя готовность доложить. – Все скажу, ни капли не утаю. Всю правду, как она есть.
– А можно не надо? – оскалился в нарочитой улыбке Шатун. – Я предпочел бы того, кто умеет разговаривать.
– А тебе зачем? – удивился Демчи. – Ты что, членораздельную речь понимаешь?
– Вот этого я и боялся, – горестно возвестил Шаман. – Я, кажется, просил вас разойтись по разным углам, нет? Ваш дуэт способен довести до белого каления кого угодно.
– Вы, Ваше Магичество, –
– Слыхал, – нахмурился Шаман. – Я очень много про вас от него слыхал.
– Он субъективен, – поднял палец Шатун. Демчи предпочитал не встревать в перепалку с Распорядителем родного города. Пусть Красный Замок разбирается.
– Зато я сейчас буду объективен, – Шаман набрал воздуха в грудь, но ничего сказать не успел.
– Стоп! – вдруг округлил глаза Шатун. – Подождите, Ваше Магичество.
Шаман озадаченно замолчал. Шатун повернулся к Григору.
– Я ослышался, или ты сказал, что он спросил? – поинтересовался он у Григора.
– Чего? – моргнул Григор, оказавшийся не готовым к такой быстрой смене темы.
– Это он пытается членораздельно говорить научится. Тренируется, так сказать, – смиренно поведал Демчи.
– Погибни, – махнул в его сторону Шатун и постарался сформулировать вопрос более доступно. – Когда я сидел, ты сказал, что он спросил, злой ли я. Так?
– Ну, так, – Григор, с трудом продираясь сквозь обилие местоимений, явно не понимал, куда Шатун клонит.
– А как это он спросил?
– Ну, спросил, и все, – пояснил Григор. – Как-то так получается, что я его понимаю.
– Кого? – осторожно спросил Шатун.
– Его, – Григор показал пальцем.
– То есть ты хочешь сказать, что ты понимаешь, что говорит Тварь из Территорий?
Тваренок фыркнул, Григор обиделся.
– Сам ты тварь.
– Именно это я всегда говорил, – тихонько поддакнул Демчи. Его проигнорировали.
– Я не обзываюсь, – пояснил Шатун. – Я просто не знаю, как его называть.
– Бата, – возвестил Григор. – Его зовут Бата.
– Да хоть Дед Мороз, – не выдержал Шатун. – Я хочу сказать, что твари, водящиеся в Территориях, не могут разговаривать.
Григор молча развел руками.
– Это не Тварь, – неожиданно ступил в разговор Теренс. – Это боно. Насколько я помню по рассказам, они раньше водились вокруг Цепи Света. До того, как Шаманерия решила разрушить ее.
Все, не сговариваясь, посмотрели на Старшего.
– У нее не получилось, – продолжил Теренс. – и после этой попытки как-то стало меньше боно вокруг Цепи, и, наоборот, стали чаще появляться известия о Пауках.
Бата внезапно раздулся еще больше, шипение начал переходить в свист.
– Тихо, тихо, – Григор, не обращая внимания на выставленные колючки, погладил Бату. Иглы послушно складывались под его рукой. – Не переживай так.
– В общем, – подвел итог Теренс, – зверушку ты нашел интересную. Тут еще говорить, не переговорить. Но не сейчас. Идти можете? – спросил он у Григора.