Псы Клевера

Волосатый Максим Игоревич

– Ты к нам отдохнуть? – своих «клиентов» Тарас видел сразу, Севилья к ним не относился.

К Тарасу он после того случая зашел всего лишь однажды, когда одиночество стало непереносимым. Здесь собирались люди, которые «не пригодились». Случайные маги, бывали и такие, которые попадали в Улитарт благодаря программному узору, созданному еще Мастером Ацекато при построении Директории и бессознательно запущенному ими на Земле. Разочаровавшиеся, не нашедшие себя в магии. Слабые, которых свалившееся

могущество не подняло на новую высоту, а наоборот, расплющило, лишив всякого стимула жить дальше. Разная публика.

Действующие же маги приходили сюда за дурным угаром. Когда хочется просто выключить голову, не думая ни о чем на свете. Когда хочется говорить одному, но с кем-то. И получать удовольствие, когда собеседник, глядя умными глазами и слушая про нескладывающуюся в восьмисотый раз кривую поддержки узора или только что потерянного в стычке с пятеркой Желтых Стрелков друга, с наслаждением размышляет о желтых пузырях в ухе мышкистого слона, бредущего по сиреневым блакам. А потом прихватить какую-нибудь податливую девчонку и забыться на всю ночь, не тратя силы на заботу о ней.

Севилья вздохнул про себя. Проблема в том, что это работает в обе стороны. И в тот раз он это прочувствовал. Выбравшись утром из кровати, он тогда долго не мог избавиться от чувства сосущей пустоты и осознания ненужности. Хотя, чего он хотел? Тепла и ласки? За этим не сюда. А чего он хочет в этот раз?

– Проходи, брат, – Тарас, разглядев настрой посетителя, решил не навязываться. Что ж, и на том спасибо.

Севилья прошел в дом, сделанный как раз в духе собирающихся здесь. Для того, чтобы выбраться из перепутанного лабиринта комнат, требовалось приложить некоторое усилие. Не все на это оказывались способны.

Уже во второй комнате Севилья нашел, что искал. Симпатичная фигуристая деваха полулежала в окружении четырех тел. Говорить тела еще могли (и говорили, причем каждый о своем) а вот двигаться, не говоря уже о сугубо мужских функциях – уже нет. То, что надо. Севилья уселся напротив девахи и посмотрел ей в глаза. Она посмотрела в ответ. Видела она что-то или нет – ее проблемы.

– Пойдем? – он взял ее за руку. Чего тянуть. Развлекать окружающие тела Севилья совершенно не хотелось.

– Куда? – ну, хоть говорит членораздельно.

– Со мной.

– Зачем?

– Поговорим, – в бесконечной паутине комнат всегда найдется пустая, запирающаяся изнутри.

– Давай здесь поговорим, – она перекинула ногу на ногу, обрисовав аппетитное бедро, и Севилья начал заводиться. Да, в конце концов, чего тебе надо? Ты скоро «мама» будешь с трудом говорить, а кобенишься, как непонятно кто.

– Здесь не получится, вдвоем поговорим.

– О чем? – устало вздохнула деваха. Взгляд ее неожиданно стал осмысленным. Черт, а не такая уж она и обдолбанная.

– Покажу чего, – ох, как не здорово получается. Севилья начинал выходить дураком.

– Ничего

нового ты мне не покажешь, – девушка устало вздохнула. – Все то же самое.

– Откуда знаешь? – он не хотел сдаваться. – Пойдем.

– Не пойду, – она выдернула руку. – Здесь показывай. На самом деле покажешь что-то интересное – тогда Твари с тобой, пойдем … поговорим.

Севилья прищурился. Вот так, р-раз, и одной фразой – на крючок. Ну что, стоит упираться?

– Точна, – вынырнул из своей мути ее сосед, – покажи ей, чтоб пищала.

Неверной рукой он схватил ее за бедро. Девушка демонстративно не сбросила тискающую ее руку. Она сняла ногу с ноги, чуть раздвинула колени и глянула прямо в глаза Севилье.

Он сделал вдох.

– Чтоб мы все пищали, – еще одно тело на секунду пересекло свой мутный мир с реальностью. – Как ма-аленькие мышки.

И Севилья решился. В конце концов, они сами попросили, значит, это согласованное воздействие.

– Как мышки? – переспросил он, прищурившись. – Ну что ж, попищим.

И в комнату вошло солнце….

Всю ночь она послушно исполняла все прихоти Севильи. Вертелась, изгибалась, ласкала. Наслаждалась каждым движением и прикосновением. Задыхалась от страсти. Ловила каждое его слово. Заглядывала в его глаза. Он тоже смотрел в ее глаза. В них светилось солнце…

Утром Севилья проснулся странно рано и странно отдохнувшим. Рядом раскинулась обнаженная девушка. «А ничего», оценил Севилья новый, утренний, вид, «неплохо». Ну что ж, восхищений ждать не будем, он получил, что хотел…

– М-м-м, – томно простонала девушка, проведя рукой по его груди. Севилья удивился: что еще хочешь? Пожалуйста. А в статусе мага Разума есть свои преимущества….

Ф-фух, все.

Так и не открыв глаз, девушка опять потянулась к Севилье. Нет уж, пожалуй, хватит. Много сладкого портит фигуру. В другой раз.

Но тут ее глаза открылись, и Севилья вздрогнул. В ее глазах светилось солнце….

Оборвав все еще действующий узор, после которого девушка как будто бы сдулась, обмякла и стала почему-то выглядеть далеко не так свежо и возбуждающе, Севилья быстренько оделся и начал искать выход из дома. Что-то неправильное чувствовалось в происходящем. Ага, вот он…

В необычно пустом холле Тараса сидело восемь человек. Заспанный, но бодрящийся Тарас. Кащей (?). И шестеро Братьев…. У одного на рукаве пожимал плечами человечек, у остальных пяти этот же человечек, улыбаясь, сжимал в руках меч. Хотя сейчас его улыбка почему-то показалась Севилье звериным оскалом.

– Он? – спросил Ищущий у Кащея, увидев вошедшего в холл Севилью.

Остальные при этом встали. Находящие как бы случайно рассыпались по комнате. Что происходит?

– Он, – со странной интонацией ответил Кащей.