Пташки
Шрифт:
Ее 14-ый день рождения.
Во время праздника до меня окончательно доперло, что Полина из ребенка превратилась в яркую утонченную девушку.
Её очевидная, так сильно бросающаяся в глаза красота, приводила меня в исступление, из-за чего я, собственно, почти не мог на нее смотреть, постоянно избегая нашего общения.
Вот такой сюр. Парень, который никогда не пасовал перед девчонками, не мог смотреть в глаза одной из них, в буквальном смысле краснея и бледнея…
По этой причине я взял с собой очередную великовозрастную
Ну, а мне нужны были тормоза – какой-нибудь суррогат, чтобы можно было хоть ненадолго переключиться.
К собственному стыду, я знать не знал, чем занималась на вечеринке моя так называемая «подружка», зато я пристально наблюдал за другими гостями мужского пола.
Парни пялились на Полину в коротком облегающем платье как на добычу, откровенно пуская на нее слюни. Это дербанило мою неспокойную душу в клочья. Я понимал, что нахожусь на грани, на краю настоящей катастрофы, и нужно непременно что-то с этим делать.
Во время праздника напряжение внутри меня росло, и я понял, что это точка невозврата.
Тогда я принял решение поговорить с Полиной, и рассказать ей о своих чувствах. Признаться ей во всем, наконец. Никакого особого плана действий у меня не было, потому что я не был уверен, что вообще переживу данный разговор.
Но нам было не суждено…
Я вошел в кухню, и увидел это…
Мой приятель Князь грубо мацал Полину, зажимая ей рот ладонью. Все произошло быстро. Секунду назад его грязное тело прижималось к ней, а уже в следующее мгновение Князев лежал на полу, сотрясаясь под моими ударами.
Дальше все как в кровавом тумане.
Отрывочно помнил, как батя Полины оттащил меня от Князя, а я как заведенный повторял: «Он ведь не успел ее… Он ведь не успел… Он ведь ее не тронул… ». Потому что, если бы это оказалось так, я бы вернулся и добил подонка. Я бы его уже не пощадил…
Вернувшись домой, я признался своему отцу, что хочу встречаться с Полиной, попросив батю поговорить об этом с дядей Пашей и заверить Левицкого, что я более чем серьезно отношусь к его дочери, и никогда не допущу подобной ситуации.
А чуть позже вечером я случайно подслушал их разговор у нас дома.
Батя: Саша сказал, что давно влюблен в Полину и хочет с ней встречаться. Просит твоего благословения.
Дядя Паша: встречаться? Ты сейчас прикалываешься, Кирилл? Какие, на хрен, отношения?! Ты помнишь, сколько Поле лет?
Батя: Паш, может, не все так страшно? Мне тоже было семнадцать, когда я понял, что попал… Хочешь, я еще раз серьезно поговорю с сыном?
Дядя Паша: но Алине, на минуточку, было не четырнадцать, черт возьми! А я говорил, что надо было
Батя: думаю, нет… Саша бы никогда так не поступил с Полиной. Он ее уважает, и хотел, сперва, переговорить с тобой.
Дядя Паша: уважает? – неприятный смех. – Серьезно? Поэтому каждый вечер таскается к моей дочери после своих баб, рассказывая ей об очередных своих похождениях? Я недавно стал свидетелем подобного разговора… - пауза - Ты знаешь, об этом, Кирюх?
В кабине установилась тишина.
Я тяжело сглотнул, мое сердце отбивало бешенный ритм в груди.
Батя: может, не будем вмешиваться? Пусть все идет своим чередом? – не вполне уверенно предложил мой отец, за что я был ему очень благодарен.
Дядя Паша: и все дружно станем звездами шоу «Беремена в 16» и будем с покерными лицами рассказывать на камеру, как так вышло, что мы за ними не доглядели, а теперь по очереди гуляем с коляской, пока Полинка готовится к ОГЭ?
Батя: П-а-а-ш, полагаю, Сашка в курсе, что такое презервативы…
Дядя Паша: ой, бля, я даже не сомневаюсь! Он еще в начале лета захаживал к Таньке Майоровой сразу после того, как Серега уезжал на работу. Ну, явно не чаи распивать… У нас камеры фиксируют и со стороны улицы. Мне как-то охрана показала, какой у тебя резвый пацан. А до этого к Пахомовой наведывался… В тебя пошел сынок.
Мрачный смех Левицкого.
И молчание. Не предвещающее мне ничего хорошего.
Дядя Паша: Кирюх, при всей нашей многолетней дружбе твой сын неуправляемый конь, который потоптал уже половину девок поселка. Ты прекрасно знаешь, что моя дочь еще ребенок. Пусть подольше в куклы играет, а не вот это вот все. Успеет еще. А твой Саша… – разочарованный вздох. – Она для него очередной трофей. Видимо, никого кроме Полины в округе уже не осталось… Некого больше портить…
И тут я не выдержал.
Сам не ожидал, что его слова произведут на меня такое сокрушающее впечатление, подобно взрыву ядерной бомбы.
Мое зрение затуманилось, я чуть… Ну, просто эпик. Слабак. Во всех смыслах хлюпик и жалкий слабак, не достойный такой чистой правильной девчонки, как мой Фунтик.
Я ворвался в кабинет, хватая Левицкого за ворот рубашки, и, прилично так встряхнув, замахнулся, не позволяя ему закончить обличительную тираду.
К счастью, батя успел меня скрутить до того, как я врезал отцу самой желанной девчонки на свете, запоздало осознавая, что этим неадекватным поведением только подтверждаю все вышесказанное…