Пташки
Шрифт:
Там и будет проходить съемка для новой коллекции пляжной одежды Алины Вороновой.
А послезавтра – мой день рождения. Именно в этот день было решено начать восхождение, разделившись на несколько групп.
***
– Русалочка, покажи мне свою улыбку!
– битый час командовал один из фотографов, снимая меня на фоне небольшого водопада.
Откровенно говоря, я не ожидала, что съемка для лукбука новой коллекции пляжной одежды окажется столь масштабной. Сегодня утром сюда прилетела целая команда профессионалов,
Кроме меня и близняшек в съемке участвовали профессиональные модели, поэтому, сперва, я немного волновалась, учитывая, что Алина выбрала меня музой этого проекта.
Однако довольно скоро волнение отошло на второй план, и у меня получилось расслабленно позировать, меняя купальники.
– Девочка, да ты огонь! – фотограф выставил большой палец вверх. – Гори… пылай… не сдерживай себя…
Высокого худощавого брюнета с волосами до плеч звали Эмиль Гельман, и, насколько я поняла, он был одним из самых востребованных фотографов в модной индустрии.
Алина вскользь обмолвилась, что ей стоило больших трудов уговорить Эмиля прилететь сюда.
Но даже этот суперзанятой сноб не смог устоять перед чарами всеми любимого Лебедя, ведь бренд «черный лебедь» уже много лет удерживал лидирующие позиции среди других российских брендов женской одежды, а вечерние и свадебные наряды Вороновой улетали, как горячие пирожки, еще на моменте предзаказа.
Кроме того, ее ателье осуществляло индивидуальный пошив – число столичных модниц, которых «одевала» мама Сашки, с каждым годом только росло. Для меня было огромной честью участвовать в столь важной съемке, и я изо всех сил старалась не облажаться.
– В этом образе достаточно. Переодеваемся и начинаем снимать в лагуне, – распорядился фотограф, кивая мне на большую палатку, служащую раздевалкой и гримеркой одновременно.
– Поля, теперь костюм русалочки! – Воронова протянула мне розовый купальник, расшитый пайетками.
Алина отвлеклась на недовольный голос Сашки – судя по всему, его тоже обязали поработать в качестве модели. Краем глаза я заметила в углу палатки стопку плавательных трусов…
– Саш, ты же не допустишь, чтобы мужские плавки рекламировал Паша? – донесся до меня озадаченный голос Алины.
– Ну, почему же? Уверен, дядя Паша только и ждет соответствующего предложения. Может, это его звездный час, мам? – хмыкнул Александр, на что я, подавив улыбку, лишь закатила глаза.
Только моего отца, рекламирующего мужское белье, тут не хватало…
Чтобы не задерживать процесс съемки, я быстро переоделась, перекидывая распущенные волосы через плечо, внимательно разглядывая себя в зеркале.
Верх купальника представлял из себя соблазнительные треугольнички-бикини, а низ – крохотные трусики. Казалось, что лифчик немного маловат для моей большой груди, хотя, скорее всего, так и было задумано. Поверх этого восхитительного безобразия шла юбка, имитирующая чешуйчатый русалочий хвост.
Стильно, женственно, сексапильно и горячо – вот как бы я охарактеризовала этот наряд.
–
Первым на меня упал пристальный взгляд Воронова. Такой тяжелый. Прямой. Осязаемый. Я, не в силах моргнуть, смотрела ему в глаза, чувствуя, как обрывается дыхание, будоража что-то темное и запретное у меня внутри.
– Ого, вау! – воскликнул Эмиль. – Русалочка, пойдем в пещеру. Там еще один водопад… – внезапно он обернулся к Саше. – И ты, пират, пойдешь с нами. У меня родилась идея…
– Я? Это обязательно?! – раздраженно буркнул Воронов, не разрывая нашего зрительного контакта.
– Пойдем-пойдем, морячок! По ходу разберемся… – безапелляционно выдал Эмиль, кивая на моторную лодку, в которой уже ждал его ассистент.
Пришлось отплыть к другой части горного озера. Вскоре перед нами уже возвышались скалы, шумела вода, пенящаяся на каменистых порогах. Красота, от которой у меня захватывало дух.
– Ребят, не расслабляемся! У нас еще много работы! – Гельман похлопал в ладони, указывая нам на каменистый выступ на фоне небольшого водопада. – О, боги, впервые снимаю в такой красивой локации! Сейчас закончим со съемкой купальника, и я попрошу вас немного попозировать для моего арт-проекта… Буквально пару ракурсов… – Эмиль подмигнул, заметив недовольную гримасу у Воронова на лице.
– Достаточно по-отдельности. Я хочу поснимать вас парой.
Парой. Ой.
– Саш обними Полину сзади. Руки на талии. Потом на бедрах, – серьезно командовал Гельман, глядя на нас сквозь «глазок» своей огромной камеры.
Сглотнув, мой взгляд уперся в идеально плоский живот Воронова. С трудом удалось не спуститься вниз, к его обтянутому черными плавками паху. Я закусила губу – отчего-то вдруг стало смешно.
Губы растянулись в улыбке, но вместо смеха вышел сорванный вздох… Потому как мой взгляд все-таки выхватил кусочек его мощных загорелых бедер, и это зрелище знатно так вспенило кровь.
Оглядываясь на Сашу, мое сердце начало биться чаще. Нутром почуяла, как воздух между нами будто начал потрескивать от напряжения. Встав сзади, Воронов протянул руки, укладывая ладони на мой живот.
– Ближе. Еще ближе… – командовал Эмиль. – Ребят, кончайте смущаться как два подростка…
Краткая пауза. И ко мне теснее прижалось горячее мужское тело, одурманивая своим запахом. Я старалась задержать дыхание, чтобы не поглощать воздух, напоенный им, но привычный контроль опасно трещал по швам.
– Вот так? – голос Саши отчего-то стал ниже.
– Да. Но больше страсти… – надрывался фотограф. – Прикоснись к ней. Погладь…
Саша накрыл мою кисть ладонью, выравнивая наши пальцы, одновременно медленно скользя пальцем второй руки вдоль моего бедра. Кровь горячела от этих мужских касаний. Я переступила с ноги на ногу, ощущая усиливающуюся пульсацию между бедер. Кошмар…
– Да… Это мне уже нравится, – Эмиль усмехнулся. – Полина сделай один шаг вперед, а ты Саша резко притяни девушку обратно. Поснимаем в движении!