Птенцы Виндерхейма
Шрифт:
– И я, – робко напомнила о себе Лакшми, но на нее никто не обратил внимания.
Гвендолен показала острый язычок:
– Тогда о ком ты мечтаешь? О Хельге?!
«Начинается! – Альдис почувствовала, что снова звереет. – И ты, Гвен?!»
– Слушай, я понимаю, что это не наше дело, – вмешалась Гурда. – Но все-таки что между вами произошло? Ты прямо невменяемой становишься, когда слышишь его имя.
Остальные девчонки замолчали, даже Гвен прекратила подначки. Все вопросительно смотрели на нее. Альдис почувствовала
«Боги, избавьте меня от этого разговора», – взмолилась курсантка. Но боги, как всегда, предпочли не вмешиваться.
– Ну… Лакшми рассказывала, что он сделал в пещере?
– Рассказывала. Я понимаю, можно обидеться. Но это ведь не конец жизни, так? Почему ты не можешь просто забыть?
– Потому что…
«Потому что он заставил меня довериться и обманул. Потому что я потом еще долго чувствовала себя дурой. Потому что он – подлец. Потому что он мой напарник».
Потому что потому.
Трудно объяснить то, что чувствуешь нутром. Хельг – подлец. Подлец, который умеет оставаться чистеньким. В том, что нападение сегодняшних четырех придурков – целиком его идея, сомневаться не приходится. Но ведь попробуй докажи.
На помощь пришла Лакшми:
– А я сегодня получила у Мурены дополнительные баллы. И она нас похвалила!
Прозвище Мурена настолько прочно прилипло к сержанту Кнутсдоттир, что даже Альдис иногда, забывшись, называла так ротную.
– Не напоминай, – помрачнела Гурда.
– Почему?
Альдис тоже удивилась. Сегодняшнее задание Сигрид можно было отнести к «условно простым»: подъем в связке по отвесной скале. Они уже не раз проделывали подобные упражнения на более простых трассах, так что даже Накамура с Сольвейг почти не ругались. Полувзвод Томико успел четвертым, и пусть призовые баллы полагались только первым трем пятеркам, это все равно огромное достижение.
Прямо можно даже поверить, что они способны работать вместе.
– Мы были последними, – убитым голосом призналась Гурда.
– Как так? Почему?
Гурда – и вдруг последняя?
Хотя… если вспомнить общую динамику…
В памяти всплыли результаты последних недель. Удивительное дело: полувзвод Гурды всегда плелся в конце списка вместе с другими неудачниками. И частенько делил с командой Накамуры почетное последнее место.
Раньше это как-то ускользало от Альдис – она была слишком унижена собственными неудачами, чтобы смотреть на результаты других. Казалось, любое сравнение будет не в ее пользу. А вот теперь получается…
– Почему? – повторила девушка.
– Наверное, я плохой командир, – пряча глаза, сказала подруга.
– Чушь свинячья! Ты – отличный командир.
– Ты не можешь этого знать.
– Зато я могу, – вмешалась Гвен. – Я, Лакшми, Джин, Тэфи. Мы все знаем, что ты хороший командир. Дело не в тебе, пора уже признать это. Дело в Тагути.
– Риоко? – Альдис удивилась еще больше. –
Оказалось, Гурде тоже не повезло: в ее полувзовод затесалась Риоко Тагути. Изящная ниронка с вкрадчивым голоском и манерами лисицы. Неудачный опыт с Альдис не отбил у третьей дочери штатного палача любовь к сложным многоходовкам, а может, она просто не умела по-другому. Сначала курсантка попыталась втереться в доверие к Гурде, чтобы управлять группой изнутри. Не вышло. Несмотря на прямоту характера, Гурда отнюдь не была дурой, как Томико, и лесть действовала на нее плохо. Тогда Тагути начала аккуратно подтачивать авторитет командира, продвигая в лидеры более удобного и управляемого человека. Втихаря, уже после выполнения заданий, критиковала решения Гурды, сплетничала, иногда саботировала работу.
Риоко играла в свои игры – ей не так важны были баллы, как возможность властвовать. И сладить с ней не было ни малейшей возможности.
– Иногда мне кажется, что это я виновата. Что я что-то упускаю. Что нужно по-другому. – Голос у Гурды был грустный-грустный. – Я не справилась.
– С ней никто не может справиться, – мрачно отозвалась Альдис, чувствуя, как чешутся кулаки пойти и спросить с Тагути за испорченное настроение подруги. – Ей нужна вторая Томико. Они прямо идеальная пара.
Гвен молчала. Их с Лакшми полувзвод стабильно держался в числе первых по призовым баллам.
– Ну почему нельзя было оставить команды, как в пещере? Чтобы по комнатам?
Ответ на вопрос «почему?» у Альдис появился после рассказа подруги, но она не решилась озвучить его.
Ротная намеренно разбивала уже сложившиеся компании. И намеренно назначала командирами не самых подходящих для этого людей.
Хотя почему неподходящих? Гурда вполне подходила. Это Риоко не подходила на роль подчиненного.
А вот спроси кто-нибудь из девчонок, зачем Сигрид это нужно, и пришлось бы развести руками – мол, не знаю.
Наверное, нужно.
Наверное, без этого не стать пилотом и воином.
– А может… – начала Лакшми и замолчала.
– Что?
– Может, вам поменяться?
– Это как? – заинтересовалась девушка.
– Обменять Альдис на Риоко. Если Томико и Риоко согласятся.
– Это гениально, Лакшми. – Гурда так воодушевилась, что вскочила и обняла бхатку. – Я уверена – она согласится!
Альдис тоже не сомневалась в этом ни секунды. Ниронка умна: она сумеет совладать и с Томико, и с Сольвейг.
– Представляю, что скажет вам Мурена, если вы придете к ней с таким предложением, – ехидно отозвалась Гвендолен.
– Почему нет, Гвен?! Это равноценная замена одного бойца на другого. Все только выиграют.
– Думаешь, вы одни такие умные? Стоит разрешить одному полувзводу, и все начнут меняться.
Кажется, Гвен тоже думала, что нынешний состав команд не случайность.