Птица солнца
Шрифт:
– Государь, дай мне час, – сказал он, когда они проходили мимо переулка, ведущего к его дому у озера.
– В чем дело, Хай? – с досадой спросил Ланнон. – У нас еще много дел, и мы должны отдохнуть. На что ты истратишь это время?
– Я должен зайти домой. Отпустить рабов и спрятать ценное имущество, особенно свитки, золотые свитки.
– Как хочешь, – раздраженно согласился Ланнон. – Но не трать времени зря. Возвращайся, как только сможешь.
Старые рабы не могли
– Это наш дом, – умоляли они. – Не гони нас отсюда. – А Хай не умел объяснить. Он оставил их в кухне, смущенных и встревоженных.
Взяв себе в помощь одного из молодых рабов, Хай, сгибаясь под огромной тяжестью свитков, пересек храм Баала и пошел в пещеру Астарты. Она была пуста и тиха. Все жрицы прятались на галерах. Хай остановился у бассейна и заглянул в его глубины.
– Жди меня, любовь моя, – сказал он. – Я скоро приду к тебе. Сохрани для меня место рядом с собой.
Он пересек приемную пророчицы и в следующей комнате увидел командиров храмовой стражи. Они радостно приветствовали его.
– Мы слышали, что ты погиб, угодный Баалу.
– Наш пост все еще здесь, избранник богов?
– Отпусти нас из храма, достославный. Позволь сражаться рядом с тобой.
Они помогли ему поместить свитки в глиняные кувшины и запечатать их золотыми табличками. Потом перенесли кувшины в архив и поставили на каменную полку, за рядом больших кувшинов.
Хай провел четверых командиров и сотню солдат из легиона Бен-Амона по городу к лагерю армии, оставив храм без охраны. Ланнон с облегчением приветствовал его.
– Я боялся, что ты не вернешься, Хай. Думал, судьба снова разлучит нас.
– Я ведь пообещал, повелитель, – ответил Хай. – Посмотри, кого я привел для тебя. – И он вывел его из палатки и показал храмовую стражу. Сто лучших воинов Опета, стоящих не менее когорты войск юе. Ланнон рассмеялся.
– Хай, мой чудотворец. – Потом повернулся к солдатам и посмотрел на них. Бодрые, в ярко начищенных, сверкающих доспехах, полные волчьей силы, которая разительно отличалась от боевой усталости остальной армии.
Ланнон заговорил с центурионами:
– Вы – моя личная охрана. Когда начнется сражение, оставайтесь рядом со мной – со мной и Хаем Бен-Амоном.
Потом он отпустил их поесть и отдохнуть.
В большой кожаной палатке Ланнон и Хай планировали битву, решая, какие отряды использовать, пытаясь предвидеть все случайности, а писцы записывали их приказы.
Их постоянно прерывали префекты и центурионы, сообщая о передвижении врага, прося распоряжений.
Попросил аудиенции Риб-Адди; он нервно потирал руки, тянул себя за бороду и шептал своим тихим голосом
– Сокровищница, государь. Не переместить ли ее в безопасное место?
– Скажи, где сейчас безопасно, – рявкнул Ланнон, оторвавшись от глиняного ящика, на котором они с Хаем изучали диспозицию. – Никто не знает тайны солнечной двери. Оставь сокровища на месте, они будут лежать, пока мы не придем за ними.
– Но стражей отозвали, – возразил Риб-Адди – Так не годится…
– Послушай, старик. Потребуется тысяча человек и десять дней, чтобы переместить сокровища. У меня для этого нет ни людей, ни времени. Иди, оставь нас. Есть более важные дела.
Риб-Адди ушел обескураженный. «Какое дело может быть важнее золота в сокровищнице?»
Незадолго до полуночи Ланнон выпрямился и провел ладонью по завиткам бороды, простроченным сединой. Он вздохнул. Выглядел он больным и усталым.
– Это все, что мы сейчас можем сделать. Остальное в руках богов. – Он положил руку на плечо Хая и вывел его из палатки. – Чаша вина, глоток озерного воздуха – и спать.
Они стояли и пили вино. С озера дул ветерок, шевеля кисти золотых боевых штандартов.
Хаю показалось, что большая коричневая собака, спавшая у стены палатки, пошевелилась, услышав их голоса. Но тут он увидел, что это не собака, а маленький бушмен, начальник охоты, преданный Ксаи, как всегда, спит у палатки своего хозяина. Он проснулся, улыбнулся при виде Ланнона и Хая и примостился у ног Ланнона.
– Я пытался отослать его, – сказал царь. – Он не понимает. Не хочет уходить. – Ланнон вздохнул. – Мне кажется, ему нет необходимости умирать с нами, но как заставить его уйти?
– Отошли его с поручением, – предложил Хай, и Ланнон вопросительно посмотрел на него.
– С каким поручением?
– Пусть ищет следы Великого Льва на южных берегах. В это он поверит.
– Да, в это он поверит, – согласился Ланнон. – Скажи ему, Хай.
Хай объяснил маленькому желтому человеку на его языке, что царь хочет еще раз поохотиться на Великого Льва. Ксаи улыбнулся и радостно закивал, довольный, что может послужить человеку, которого считал богом.
– Ты должен идти немедленно, – сказал ему Хай. – Это срочно.
Ксаи прижался к коленям Ланнона, покачал головой, скатал свою спальную циновку и исчез в тени. Он ушел, а они молчали. Потом Ланнон сказал:
– Ты помнишь пророчество, Хай?
Хай кивнул, вспомнив Танит.
– Кто будет править Опетом после меня?
– Тот, кто убьет Великого Льва.
Он помнил и следующее пророчество.
– Чего я должен бояться?
– Черноты.