Птица

Чхунь Хи О

В первый день учебного года отец отвел нас в школу рядом с домом. Меня определили в третий класс пятого года обучения, а Уиля — в первый, третьего года. Учительница сказала, что у меня очень красивые глаза. Для меня это было важно. Когда я смотрела на жену моего дяди по отцовской линии, она вечно повторяла: «Твои гляделки меня когда-нибудь прикончат».

Наш отец уехал. Далеко, туда, где шла большая стройка.

— Веди себя хорошо. Когда эта работа будет закончена, мы пойдем покупать тебе фату.

Те же слова он сказал на прощание женщине, когда видел ее в последний раз. Каждое утро она пыталась узнать свое будущее,

раскидывая карты хвату [5] . Она закутывалась в длинный шарф, чтобы защититься от сквозняка, и раскладывала карты в круг, в два ряда или пирамидой, а потом начинала переворачивать, одну за другой. «Карты, образующие круг, подобны тюрьме, где заключена Чхун Хьянь [6] , — объясняла она. — Если сумеешь открыть дверь этой «тюрьмы», значит, тебе суждена удача».

5

Хвату — очень популярная в Корее карточная игра. 48 листов колоды символизируют двенадцать месяцев года. Правила меняются в зависимости от числа играющих. Кроме того, на картах хвату гадают.

6

Героиня одного из самых известных в Корее литературных произведений «История Чхун Хьянь».Первый вариант романа увидел свет в 1754 году. Чхун Хьянь — дочь бывшей кисэнь,куртизанки, украшающей своими артистическими талантами пиры и попойки, и Моньрёнь, сын губернатора Намвона, влюбляются друг в друга и становятся любовниками. Моньрёнь уезжает с родителями в столицу, и новый губернатор пытается добиться благосклонности девушки. Она отказывается, храня верность Моньрёню, ее бросают в тюрьму, но конец у истории счастливый — возлюбленные воссоединяются.

— Какие карты нужно открыть?

— Сосна означает известие, адамово дерево [7] — деньги, дождь — это хлопоты, а сливовое дерево — любовь. Лучшее сочетание — слива и павловния. Любовь и деньги — чего еще можно желать в этой жизни?

Она смешивала карты, снова и снова раскладывала их с разочарованием и тревогой на лице и успокаивалась, только вытянув «сливу» и «павловнию».

Она без конца куда-то звонила. Иногда ее голос будил меня на рассвете.

7

Другое название — павловния.

Решеток на окнах нет, но это тюрьма. Я хотела сбежать от волка — и попала в лапы к тигру. Этот потный вонючка со стройки посадил меня под замок. Он обещал, что вернется, осыплет нас золотом и женится на мне. Иногда этот медведь меня пугает. Знаешь, что он говорит? Что хотел бы привязать меня к себе разноцветным шнуром. Любовь? Да какая там любовь! Он даже паспорт у меня отнял. Заявляет, что не успокоится, пока я не рожу ему сына, боится, что сбегу. У него уже есть сын, но со здоровьем у мальчишки не все в порядке.

Очень рано утром или совсем поздно вечером она вела бесконечные телефонные разговоры. Едва не плакала, рассказывая, как одинока, жаловалась, что больше не может все это выносить.

— Однажды он меня все-таки

убьет. Я должна была догадаться, что этот тип — псих, когда он отдал все, что заработал за три года на стройках, чтобы выкупить меня…

Мы с Уилем терли спросонья глаза или застывали с ложкой в руке, слушая эти излияния. «Медведь», «потный вонючка со стройки» — все это она говорила о нашем отце.

Он приезжал домой каждую субботу и оставался до понедельника. В его присутствии она никуда не звонила. И хохотала до упаду, когда он ее щекотал.

Лицо у отца было загорелое, волосы выцвели. Он рассказывал, что из-за солнца и сильного ветра, прилетающего из внутренних земель — царства желтого песка, — трудно держать глаза открытыми.

Наш отец строил церковь со стенами и высокой круглой крышей из стекла. Птицы то и дело разбивают об нее головы, потому что не замечают прозрачной преграды, просто пачками гибнут, так что строителям приходится шлепать по кровавому месиву.

— А почему крыша стеклянная? Наверное, ночью там страшно? — спросил Уиль.

Отец расхохотался.

— Чтобы Богу было видно, усердно люди молятся с закрытыми глазами или просто дремлют и сколько денег они жертвуют.

Когда отец был далеко от дома, он каждый вечер звонил нам, но мы с Уилем больше не дрались за право первым снять трубку.

Иногда женщина возила нас в снэк-бар и угощала свиными отбивными в сухарях или рисовыми пирожками в наперченном соевом тесте. Она готовила нам omericos— омлет, начиненный рисом, луком и тертой морковью, а сверху всегда «рисовала» кетчупом цветок. Бывало, что она подолгу молча смотрела на нас, а потом произносила со вздохом: «Вам повезло не больше, чем мне».

По утрам у нее был такой вид, как будто она не понимала, где находится и как сюда попала. Она начинала озираться и, заметив нас, казалась удивленной. Когда у нее было хорошее настроение, она объясняла мне, как нужно себя вести, чтобы нравиться мужчинам, как краситься и чем можно привлечь к себе внимание парня.

— Однажды ты станешь девушкой. Мужчинам от женщин всегда нужно одно и то же. Желание у мужчин и женщин проявляется по-разному. Это плохо, в этом главная проблема. Женщины хотят любви, мужчины — секса. Можешь разодеться в пух и прах — мужчины видят не твои наряды, а тело под ними. Сама поймешь, когда вырастешь.

Такие веши человек может понять только сам, учиться этому не нужно. Часто, оставаясь одна, я вспоминала ее слова и спускала брюки до колен или задирала майку до шеи. Я краснела, когда проходила мимо мужчин: мне казалось, что они раздевают меня глазами.

На улице было так холодно, что брикеты замерзали. В печке они разбухали и начинали вонять. Слипшиеся брикеты женщине приходилось разбивать кочергой или ножом, она плевалась от раздражения и восклицала: «Какая гадость!» Стирая белье под краном во дворе, она жаловалась домовладелице:

— Сами посудите: заботиться о чужих детях — в моем-то возрасте! Даже когда все хорошо, любовь быстро проходит, а у меня нет ни денег, ни дома. Он заморочил мне голову своими небылицами: послушать его, так он обладатель несметных сокровищ… Молодой бываешь раз в жизни.

— Если работаешь на панели, о старости нужно думать заранее. Молодость и впрямь не вечна.

— Ребятишки меня не любят. Особенно девчонка. Мы с ней как вода и масло.

— Все лучше, чем вода и огонь.