Пули
Шрифт:
Аппетиты у Сэла были изрядные. Сигары, виски «Бурбон», вкусная еда и тонны сахара — вот что делало Сэла счастливым; и толстым. Ремни он перестал носить уже очень давно, а подтяжки вытягивались на нем в тугую струну.
Его секретарша, Велма, вечно кривилась и говорила: «Сэл, ты настоящий самоубийца, ты же гробишь свое здоровье!» Да, Велма была та еще штучка. Но Сэл быстро смекнул, что делать. Он просто старался давать ей днем побольше заданий, а сам брал что-нибудь вкусненькое из заначки в нижнем ящике стола и лакомился втихаря. Зачем зря огорчать дуру-секретаршу?
Раздался
— Ну что там?
— Тут к вам какой-то мужчина. Некто Лумис.
Сэл замер в нерешительности. Никакого Лумиса он не знает. Он взглянул на настольный календарь: в списке посетителей на сегодня такой не значится. Что же Велма не послала его куда подальше? Уж ей ли не знать: к Сэлу никто никогда не может заходить просто так, без предварительной записи.
Он нажал кнопку на аппарате и открыл было рот, чтобы сказать: пусть она запишет этого Лумиса на следующую неделю. Как вдруг дверь распахнулась, и в комнату зашел здоровый детина в синем костюме. Неспешно так зашел, как к себе домой. Выглядел он лет на сорок с лишком — под стать Сэлу. У него была толстая шея, широченная грудь и такая короткая стрижка, что кое-где просвечивала розовая кожа. Его близко посаженные глаза и вообще все черты лица как-то жались к центру большого круглого лица. Что-то в нем просвечивало смутно знакомое, но Сэл был уверен, что раньше он этого человека не встречал.
— Эй, какого черта вы сюда вваливаетесь?
Незнакомец никак не отреагировал. Он продолжал надвигаться на Сэла, глядя ему прямо в лицо своими холодными серыми глазами. Такие глаза бывали у убийц; Сэлу часто приходилось видеть такие за годы работы. Он положил печенье, потянул на себя средний ящик стола и схватил лежавший там плоский пистолет.
Лумис оказался по его сторону стола, да так быстро, что Сэлу почудилось, будто он просто возник перед ним из воздуха. Он захлопнул ящик, не дав Сэлу отдернуть руку.
— Ай! Черт! Ты что делаешь?!
Лумис навалился на ящик, чтобы Сэл не мог вытащить руку.
— Мне нужно с тобой поговорить.
— Ну так говори уже, мать твою, — проскулил Сэл, — только руку отпусти. Ты же ее сломаешь.
Лумис наклонился к самому уху Сэла и проговорил:
— Не будешь мне помогать, и больная рука покажется тебе мелкой неприятностью.
Из глаз Сэла градом хлынули слезы. У него было такое чувство, будто рука попала в мясорубку.
— Дай же мне хоть один шанс, — взмолился он, — я скажу все, что хочешь, только отпусти.
Лумис ослабил давление на ящик, — Сэл выдернул руку и прижал ее к груди.
— Ах ты, сукин сын! — заорал он. — Зачем было калечить-то?
Здоровяк толкнул Сэла так, что тот откатился от стола на своем стуле на колесиках. Лумис открыл ящик и достал оттуда пистолет. Потом спокойно направил его на Сэла.
— Так ты это пытался достать? Эту пукалку?
— А ты как думал? Кто-то вламывается в мой кабинет. Что же я, не имею права на самооборону?
Сэл отпустил ненадолго больную руку, только чтобы поправить
— Я даже не представляю, что вам нужно, — сказал он, пытаясь изобразить праведный гнев, — я адвокат и...
Лумис нагнулся и треснул Сэла по макушке пистолетом. Это было так неожиданно и так больно, как удар молнии.
— Я все про тебя знаю, ясно? Ты, конечно, адвокат, но вот в зале суда появляешься редко. На самом деле ты раздаешь заказы наемным убийцам.
— Убийцам? Не понимаю ...
Бум. Опять прямо по голове. Сэл дотронулся рукой до того места, куда его ударили, — он ожидал увидеть кровь, но это была всего лишь испарина.
— Я тут навел справки, — говорят, у тебя женщина-киллер работает.
Сэл облизал губы. Он не хотел ничего говорить этому борову, но и боль терпеть тоже не желал. Сэл не выносил боли. Он всегда был уверен: если кто-нибудь насядет на него вот так, как сейчас, он все расскажет. Нет, Сэл Вентури не станет играть в благородство.
— Да, я знаю женщину, которая работает наемным убийцей. Ты это хотел услышать?
Лумис улыбнулся. Губы растянулись как резиновые, не разжимаясь.
— Так, уже лучше. Вчера вечером та женщина выполнила один заказ в «Тропической Бухте».
— Мне ничего об этом не известно...
Лумис опять ударил Сэла пистолетом — на сей раз он бил наотмашь и попал ему по виску. Голова откинулась назад от удара. На мгновение Сэл будто бы ослеп. Потом расплывчатая картинка стала медленно проясняться, и наконец он увидел прямо перед собой лицо Лумиса. Вот, черт. Лучше бы он упал в обморок. По крайней мере, выгадал бы время. Где же Велма, а? Сэл очень надеялся, что она уже звонит в полицию.
— Ладно, блин. Ладно, слышишь? У нее был заказ. Парень остановился в этой гостинице.
Тут этот бугай выпрямился. Сэл весь сжался от страха, но Лумис просто обошел его стол и сказал:
— Бери ручку, пиши ее имя и адрес.
Сэл сам почувствовал, что бледнеет. Если он сдаст сейчас Лили, она быстренько примчится обратно в Вегас. Этот парень его, конечно, очень путал, но значительно меньше, чем Лили.
— Я не могу дать вам такую информацию. Конфиденциальность — один из принципов моей работы.
Лумис щелкнул затвором и направил оружие на Сэла.
— У тебя депрессия, как я понимаю?
— С чего ты взял?
— А с того, что ты явно хочешь покончить с собой при помощи этого маленького пистолетика, а значит, ты в глубокой депрессии.
— Я... я не... и... — у Сэла перехватило дыхание. В общем, выбор такой: либо сдать Лили, либо умереть прямо сейчас, не успев даже печенье доесть.
— Даже не знаю, смогу ли я писать, — выговорил он. — Ты, похоже, мне руку сломал.
— А ты постарайся. А я уж как-нибудь разберусь.
Сэл взял ручку дрожащей левой рукой и написал корявыми печатными буквами имя «Лили Марсден» и ее адрес в Скотсдейле на листке из настольного календаря с названием своей конторы, «Вентури и партнеры». Он вырвал листок и протянул Лумису. Тот взглянул и сунул записку в нагрудный карман рубашки.