Пули
Шрифт:
— Я тут пришел по адресу, который ты мне дал. Здесь никого.
— Ну тут-то я что могу поделать! Откуда мне знать, дома она или нет? Я ж ей не мама.
Лумис помолчал какое-то время, подождал, пока пауза не стала зловещей. Сильно пугать Вентури не было никакой необходимости. Этот толстый придурок и так уже в нужной кондиции — долго запираться не станет.
— Я, между прочим, знаешь, где сейчас был? В больнице, черт побери. Мне пришлось повязку на руку накладывать. Перелома вроде нет, судя по рентгеновским снимкам, но она вся иссиня-черная.
Лумис усмехнулся. Этот адвокатишка пытается изобразить праведный гнев, да только с перепугу на мышиный писк то и дело срывается.
— Ну, и каков прогноз докторов?
Вентури смешался.
— Это ты о чем?
— О чем? Просто, может, они предупредили тебя, что жить тебе осталось недолго, особенно если ты не расскажешь все, что мне надо.
С минуту Вентури молчал как рыба. Лумис преспокойно ждал — гнетущая тишина в трубке была ему на руку.
— Возможно, она на заказе, — не выдержал Вентури. — Я дал ей работу, еще до того, как ты здесь появился. Не думал, что она так быстро уедет.
— Где работа?
— В Альбукерке.
— Это что же получается, она только что отработала в Лас-Вегасе и уже рванула в Альбукерке?
— Заказ срочный попался.
— Ни хрена себе! Вы прям как «Федерал Экспресс» — доставка за одну ночь.
На это Сэл никак не отреагировал.
— Где она остановилась?
— Я не знаю. Об этом она никогда мне не сообщает. Просто звонит, когда работа уже выполнена, и я посылаю ей гонорар. Я никогда напрямую ни в чем не участвую, потому что...
— Заткнись! — Лумис задумался на мгновенье. — Имя объекта?
— Ну послушай, это уже никуда...
— Я сказал, имя объекта, или я вернусь в Вегас через час, и через час десять от тебя одно мокрое место останется.
В этот раз Сэл в молчанку играть не стал.
— Парня зовут Марти Холгуин. Он коврами торгует.
— Шутишь, что ли?
— Нет-нет. Это долго объяснять. Короче, живет он по адресу Виста-Грандс-лейн, семьдесят три — это где-то в предгорье.
Адрес Лумис запомнил. Так, сейчас надо позвонить в аэропорт; пока он доедет, самолет будет готов. В Альбукерке он окажется уже через пару часов.
— Надеюсь, это все? — пропищал Вентури. — Я больше не хочу иметь ничего общего с этим...
Лумис не стал слушать дальше: просто нажал на кнопку и — би-и-п — отключился.
Глава 16
Хай Вернон продолжал держать на мушке свою невестку, а Норм тем временем обрабатывал Тедди Валентайна. Она сидела на кушетке в гостиной — загорелые коленки вместе, ступни врозь — и закрывала руками рот. Из глаз у нее градом лились слезы, оставляя черные дорожки туши. Где-то в стороне хрюкал, рыдал и всхлипывал Тедди, но Хай не смотрел в ту сторону. Это дело Норма. Пусть развлекается.
И потом, Хай видел уже предостаточно. Он смотрел, как завороженный, когда брат взял из столовой деревянный стул и привязал к нему голого Тедди. Норм нацепил
В рот Тедди вставили кляп, чтобы не орал, пока привязывают. Но теперь, когда клещи пошли в ход уже совсем для другого, и кляп был больше не нужен, несчастный сыпал то проклятьями и угрозами, то жалобами и мольбами.
Хай оглянулся. Норм наклонился к самому лицу Тедди и тихо говорил ему что-то. «Стетсон» брат отложил пока в сторону. У него на лбу, прямо над кустистыми бровями, сверкали капельки пота. Взгляд был тяжелым и пристальным. Именно так Норм и выглядел всякий раз, когда его природная жестокость выходила из-под контроля. Еще когда они были детьми, Хай научился распознавать этот взгляд. Он означал только одно: надо срочно куда-то прятаться, ждать, пока братец остынет.
— Еще раз спрашиваю, — процедил Норм, — это ты заказал Макса или нет?
Лицо Тедди было таким мокрым от пота и от слез, что казалось, будто его окатили водой из ведра.
— Я же сказал, — прохныкал он, — я не понимаю, о чем вы говорите.
Норм что есть силы сжал клещами левый сосок Тедди, потом повернул его. Тот выгнул спину от боли, зажмурился и взвыл, не разжимая зубов.
Норм ослабил хватку и опять нагнулся к его лицу:
— Значит так, Тедди. Я тебя сегодня по-любому прикончу. Хотя бы за то, что мы застали тебя с Марлой, и ты трахал ее, не дождавшись даже, пока Макса закопают. Вопрос только в том, как ты будешь умирать. Вот это уже зависит от тебя. Скажешь мне то, что я хочу знать, — получишь пулю в лоб — раз, и готово. А будешь и дальше морочить мне голову, это удовольствие продлится до самого утра.
Тедди распахнул глаза, нижняя губа у него задрожала.
Марла громко всхлипнула и закрыла лицо руками — светлые лохмы так и взметнулись вверх. Хай подумал про себя, что Марла, похоже, поняла, что ее тоже убьют. «Может, она и не такая тупая, как я привык считать».
Норм тем временем продолжал смотреть Тедди прямо в глаза.
— Заткни эту суку, Хай! — сказал он, не поворачиваясь.
Хай шагнул к Марле и приставил пистолет к ее голове. Она взглянула на него снизу вверх и быстро подавила рыдания.
— Так-то лучше, — сказал Норм. — Так что ты выбираешь, Тедди?
Тедди судорожно вздохнул и попытался принять вид храбреца:
— Отпустите ее, и я скажу вам все.
Норм выпрямился:
— Ах вот что тебя тревожит. Боишься, что мы обидим Марлу?
— Она ничего об этом не знала, — проговорил Тедди, — она ни в чем не виновата.
— Чушь собачья.
Тедди упрямо сжал челюсти. Смотри-ка, а у парня остался еще какой-никакой боевой дух. Марла подняла голову. В ее заплаканных глазах блеснул лучик надежды.