Пульт мертвеца
Шрифт:
Подобная мысль, казалось, никогда не приходила в голову Грачику.
— Ах… вот оно что, сэр, теперь понимаю вас, — ответил он, и его сомнения испарились. — А сейчас давайте-ка я проверю спецификацию.
— Хотелось бы посмотреть, действует ли псевдогравитатор, — уточнил я, когда он вставил один из валиков в гнездо.
Лорд Келси-Рамос посмотрел на меня каким-то ошарашенным взглядом.
— Мне кое-что пришло в голову, — пытался я упредить его изумление. Не мог же я в конце концов объяснять ему всё в деталях в присутствии этого Грачика.
Озадаченное выражение не исчезло с его лица, но я понял,
— Ну, как там, лейтенант? — поинтересовался он. — Сможем проверить, работает он или нет?
Офицер колебался, я мог заметить, как напряглись у него желваки на щеках. Но эта была все еще не настороженность, а лишь неуверенность.
— Прямо не знаю, сэр. Понадобится раскодировать бортовой код, чтобы это сделать, а корабли раскодировке не подлежат до самого вылета.
Сердце мое было готово выпрыгнуть из груди — на мою голову нежданно-негаданно вот-вот должен был свалиться подарок. Я понятия не имел, каким образом мы должны убедить его решиться на раскодирование. Невольно я дал в руки лорду Келси-Рамосу идеальное средство воздействия.
И он это тоже понял.
— Так отправьтесь к вашему коммодору и получите разрешение, — решительно произнес он. — Мистер Бенедар прав — сейчас не время для экспериментирования с техникой.
— Да, сэр, — вздохнул лейтенант. Другой бы на его месте просто уступил, но этот понимал в своём деле лучше остальных. Он взял в руки микрофон и стал вызывать по интеркому коммодора.
А коммодор явно был недоволен: даже слыша лишь одну сторону, — односложно выражавшегося лейтенанта — мы поняли, что это было именно так. Вся дискуссия заняла большую часть нашего пути к астероиду, и только когда мы состыковались с дремлющим на приколе кораблем-тягачом, коммодор, наконец, смягчился.
— Всё в порядке, — ответил лейтенант, даже не скрывая своего недоумения по поводу того, что оказался втянутым в это. — Коммодор разрешил мне один раз включить псевдогравитатор и то лишь для того, чтобы вы убедились, что он исправен. Я думаю, вас устроит такое решение.
— Вполне подходит, — кивнул лорд Келси-Рамос. — Ну что же, ведите нас. — Мы отстегнулись от наших сидений.
Лейтенант грациозно проплыл мимо нас, затем беглым движением пальцев по клавиатуре отпер дверь шлюза. В открытый люк повеяло холодом, лейтенант, не раздумывая долго, вплыл в нее, и я последовал за ним, дрожа, но не от холода, а от нервного возбуждения.
Внутри тягача царил мрак, свет доходил сюда лишь через несколько обзорников светлячками мерцавших индикаторных ламп. Тень Грачика опустилась у пульта управления. И призрачный свет вспыхнул на конце его валика, когда он вставлял его в гнездо.
Щёлкнуло сразу несколько реле — внезапно стало светло, постепенно зажглись лампы верхнего света. Грачик отрегулировал их и скользнул в кресло первого пилота.
— Вы готовы, лорд Келси-Рамос? — осведомился он. — Слушайте, сейчас должно раздаться жужжание…
Он, проведя ладонью по пульту, дотронулся до какого-то переключателя, и помещение рубки заполнил едва слышный вначале, но постепенно усиливавшийся по частоте и мощности характерный фон тока высокой частоты. В пространстве Мьолнира ток этот, вернее, то электрическое поле, которое он создавал, приняло бы вид гравитационного
Лейтенант тоже задумался над этим.
— Это всё, что я могу сделать, — и выключил генератор через пару секунд. — Вообще-то, мы предпочитаем не афишировать, что у нас есть суденышки, которые не регистрируются на дисплеях диспетчеров. Ну вот, на борту одного из таких вы сейчас и находитесь, лорд Келси-Рамос. Если у вас есть ко мне какие-нибудь вопросы, я попытаюсь на них ответить.
Лорд Келси-Рамос послал мне вопросительный взгляд, и я, следуя его молчаливому призыву, не спеша, подплыл к пульту управления кораблем, чтобы произвести беглый осмотр. Контроль и управление оказались чрезвычайно простыми, естественно, если их сравнивать с теми, перед которыми мне пришлось однажды посидеть — это было на «Вожаке», когда капитан Бартоломи решил устроить мне двухдневные ускоренные курсы пилотов. В самом центре панели управления расположился уже достаточно хорошо известный мне чёрный прямоугольник «Пульта Мертвеца».
— Всё выглядит как надо, сэр, — заявил я лорду Келси-Рамосу. Мне было непросто из-за волнения произнести даже эту короткую фразу. Теперь настало время, чтобы шеф и Куцко тихо отправили бы Грачика назад на борт того корабля, на котором мы сюда прилетели. Лорд Келси-Рамос кивнул.
— Хорошо. А теперь, лейтенант, не сходить ли вам на минутку… — он не успел договорить.
— Все останутся здесь, — послышался негромкий голос Куцко из шлюза, и вслед за этим раздался щелчок предохранителя его игломета…
Я медленно повернулся и боковым зрением заметил, как оцепенел лорд Келси-Рамос. Значит, теперь всей игрой завладел Куцко.
— Куцко…
— Тихо, Бенедар, — оборвал меня Куцко. — Оставьте валик в покое, лейтенант, и идите вон туда, можете не спешить.
— Чтобы вы там ни надумали, — рявкнул ошеломлённый Грачик, — на этом корыте улететь далеко вам не удастся. Служба безопасности доберется сюда быстрее пешком, чем вы сумеете улететь на этом монстре.
— Ценю вашу заботу, — хладнокровно ответил Куцко. — А теперь делайте, что я вам скажу — у меня нет никакого желания убивать кого-нибудь из вас. И, кстати, вас тоже, лорд Келси-Рамос.
Я глянул туда, где тихо плыл Эдамс… выражение его лица свидетельствовало, что он один из всех нас не был ошарашен выходкой Куцко. Им вдвоем удалось затеять что-то, вероятно, сумели сговориться, пока я брал уроки пилотажа у капитана Бартоломи. Они решили любыми средствами избавить лорда Келси-Рамоса от участия в этом. А я, по горло занятый своими проблемами, ничего заметить не сумел.
— Тебе не надо, — прервал Куцко мои размышления. — Остаешься со мной на борту. И вы тоже, — добавил он, мельком взглянув на Эдамса. Сосредоточившись на его мыслях, я почувствовал в нем холодную решимость. Грачик уже на полпути к шлюзу вдруг застыл, и в нем бушевала бессильная злоба, постепенно переходившая в ужас, когда он стал понимать, что Куцко не собирался лететь на этом корабле-тягаче через нормальное пространство… а также и то, что это могло означать для меня и Эдамса.