Пуритане
Шрифт:
— Твой отец научил меня многому, — сказал Энди. — И один из самых важных уроков заключался в том, что любовь никогда не сдается.
— И к чему его это привело…
— Ты так не думаешь.
Нелл достала носовой платок.
— Ты будешь объяснять мне, что я думаю?
— Ты очень похожа на своего отца, — сказал он. — Но тебе причинили боль, и ты боишься любить, боишься вновь испытать страдание.
— Думаю, вам пора, мастер Морган.
— Полагаю, вы правы, мисс Мэтьюз. — Энди хотелось закончить беседу на спокойной
Затуманенными глазами Нелл взглянула на свои записи.
— Я не задала тебе один вопрос, который задавала всем. Что ты почувствовал 5 февраля, когда в бухту вошел «Лайон»?
Не получив ответа, она подняла глаза.
— В чем дело? — спросила она.
— Ты помнишь… погоди, — Энди закрыл глаза, вспоминая, под каким именем Элиот жил в Эденфорде. — Томас Митчелл! Ты помнишь человека, который появился в Эденфорде после меня? Его звали Томас Митчелл.
Нелл покачала головой.
— Это имя мне ни о чем не говорит.
— Растрепанные рыжие волосы, странные глаза, рябое лицо.
Она опять покачала головой.
— Он человек Лода. Это он обучал меня.
При упоминании имени епископа на лице Нелл появился ужас.
— Энди, что ты хочешь сказать?
— Он приехал сюда на «Лайоне». Я видел, как он сошел на берег.
— Что он здесь делает? — в ее голосе зазвучали панические нотки.
— Он утверждает, что порвал с Лодом и хочет поселиться в Роксбери.
— Ты ему веришь?
— Нет.
— Тогда что ему нужно? — Нелл заплакала. Она думала, что этот кошмар остался в Англии, но он настиг ее и здесь.
— Не знаю, — сказал Энди. — С того дня я его больше не видел.
Нелл дрожала. Энди пожалел, что рассказал ей о Элиоте.
— Как его зовут? Митчелл?
— Под этим именем он жил в Эденфорде, — ответил Энди. — Его настоящее имя Элиот. Элиот Веннер.
Нелл охнула.
— Дженни ушла с ним! — воскликнула она. — Сестра сказала, что пойдет в бухту с Биллингтонами и молодым человеком по имени Элиот Веннер!
— Кто такие Биллингтоны?
— Они приходят на богослужения. Он рыбак. Их дочка — ровесница Дженни.
Энди выскочил за дверь и стал вглядываться в бухту.
— Добрый день, мастер Морган, — прозвучал справа от него знакомый голосок. По холму поднималась Дженни. Она была одна.
— С тобой все в порядке? — закричал он.
— А почему со мной должно быть что-то не в порядке? — в голосе Дженни сквозило непритворное равнодушие.
— Дженни! — на пороге стояла Нелл.
— Что случилось? — спросила Дженни.
— Мы волновались за тебя, — ответила Нелл. — Все хорошо?
— Все отлично! — сказала Дженни. — Я чудесно провела время.
— С Элиотом Веннером? — уточнил Энди.
— С твоим учителем! — ответила она.
— Что он рассказал тебе?
— Он рассказал мне много интересного. Мы провели вместе почти весь день. Он очень милый.
Энди
— Держись от него подальше, Дженни. Он опасен.
— С каких это пор ты стал таким заботливым? — язвительно спросила Дженни. Она прошла в дом и сразу поднялась наверх.
— Я поговорю с ней, — сказала Нелл, закрывая дверь.
Энди начал наводить справки об Элиоте и узнал, что он слывет образцовым колонистом. Не без труда Энди выяснил, где живут Биллингтоны. Эта семья состояла из пяти человек: родители, два сына и дочь. Манеры у них были грубоватыми. Веннера они знали несколько месяцев. Заметив, что Элиоту понравилась Дженни, они познакомили молодых людей и пригласили Дженни погулять вместе с ними. По словам Биллингтонов, Элиот все время держался как джентльмен.
Энди рассказал о приезде Веннера Дэвиду Куперу. Тот, как оказалось, повстречал Элиота несколько дней спустя после 5 февраля, но не слишком обеспокоился по этому поводу.
— Да, он преследовал нас. Это была его работа. Думаешь, его прислал сюда главный констебль? — Купер надул щеки и растопырил руки, изображая толстяка констебля. — Что он нам теперь сделает? Посадит на корабль и отправит в «Звездную палату»?
У губернатора Винтропа сообщение об Элиоте тоже не вызвало особой тревоги. Он переговорил с его преподобием Роджером Вильямсом, который познакомился с Веннером на корабле и отзывался о нем в самом лестном тоне. Священник сравнивал его с Иоанном Крестителем и полагал, что, возможно, Элиоту и недостает светского лоска, но тем не менее он является глубоко и искренне верующим человеком.
— Люди меняются, — сказал губернатор. — Тебе ли этого не знать!
Однако его слова не переубедили Энди. Он слишком хорошо знал Элиота и его методы. Нужно выяснить, зачем тот приехал сюда, и помешать ему осуществить свои планы.
— Элиот!
Энди увидел, как Элиот входит в хижину, стоящую в бухте. В руках он держал охапку одежды и какую-то домашнюю утварь. Он был один.
— Энди! — отозвался Элиот. — Я сейчас. — Он скрылся в вигваме и спустя несколько секунд появился вновь. — Энди! Как я рад тебя видеть! — Он протянул ему руку.
Не подавая руки, Энди спросил:
— Что ты здесь делаешь?
— В Роксбери мне не понравилось, меня там невзлюбили; в Бостоне лучше. — Элиот ткнул пальцем в сторону вигвама. — Биллингтоны разрешили мне пожить в своей старой хижине, ведь у них теперь есть дом.
В Элиоте что-то неуловимо переменилось. Это был уже не тот парнишка, который водил Энди смотреть на травлю медведя и болтал с ним в кабинете епископа, а уж с тем Элиотом, который набросился на него у реки Экс, и вовсе не имелось ничего общего. Он казался более спокойным, более зрелым, более уверенным в себе. Неужели Элиот повзрослел? Или это тоже игра? Даже его волосы были слегка приглажены щеткой.