Пустоши
Шрифт:
— Хол… Я рассказал вчера что-то важное?
— Нет, удержался. Повезло, что меня слушал.
— Так ты мне помогала?
— Конечно! Как иначе, дурачок!
— Получается, раз ты мне помогала, то тоже ответственна за… за…
— Секс с девушкой? А вот это не надо на меня вешать! Сам полез!
— Я?! Сам?!
Сходить в туалет и правда облегчило мою участь. А уж когда я присосался к бутылке с водой…
— Сам-сам. Две сестрички свалили. А вы на пару с Карой устроили боевую операцию. Крались незаметными до твоей спальни.
— А дальше?!
Про то,
— Ну а дальше… Не расскажу! Но ты вроде неплохо справился, девушка довольной осталась, — хихикала субличность. — Морис, кстати, на утро вас двоих застала. Кара покрепче тебя оказалась, поэтому проснулась раньше и свалила. Ну как свалила… Морис её выгнала, пригрозив.
От таких подробностей хотелось провалиться под землю. Но если по правде, меня ужасал не факт того, что «что-то» было. А тот факт, что я из этого ничего не запомнил! Только смутные обрывки воспоминаний, как мы и правда целуемся, обнимаемся, раздеваемся и укладываемся в постель. Так что Хол не врет.
— Конечно не вру!
— Но и нормально рассказать не хочешь! — возмутился я, залезая под холодный душ. Ух как хорошо.
— Вот ещё. Буду я пересказывать, как ты с девчонкой кувыркался.
— И что мне теперь делать?
— Как что. Во многих культурах после такого парень обязан жениться…
— Жениться? Хол, это даже не смешно.
— Не знаю, не знаю. Сломал жизнь бедной девочке, воспользовался ею по пьяне…
Вот теперь мне точно хотелось провалиться под землю.
— Что, герой, готов поговорить серьезно? — вошла ко мне Морис, как и обещала, вернувшись через час. Ещё и еды с собой принесла, за что я ей был отдельно благодарен.
— Готов. Простите, что так вышло.
— Своими похождениями ты меня не смутишь. А вот то, что предстал в неподобающем виде — косяк. С этого дня начнется твоё настоящее обучение. Об успехах уже наслышана. Не сомневалась в тебе. С такими то генами.
— Откуда вы знаете… Алисию?
Я хотел сказать мать, но не доверял этому месту. Глупо, ведь здесь живет Морис, которая, как я успел узнать, занимает далеко не последнее место.
— Твою мать? Здесь ты можешь говорить откровенно. Информация никуда дальше не уйдет.
— Сомнительное утверждение, — вмешалась Хол, — Контроль тут слабоват и кто угодно мог подбросить жучок. Да и этой женщине я бы до конца не доверяла.
— Мы с ней какое-то время дружили. — продолжила Морис, задумчиво поглядывая на меня, — Ты похож на неё. Упрямством и умением создавать проблемы уж точно. Она погибла? — спросила она резко.
— Да. — выдавил я из себя это слово, которое не хотел принимать всей душой.
— В Эдеме? Кто же её?
— Синты.
— Оу, — выдала она, — Плохо. Значит, машины продолжают своё шествие.
— Что вы об этом знаете?
— Не то, что готова сейчас рассказывать. Поговорим про твоё обучение. У тебя есть потенциал, Эрик. Я могу помочь тебе его реализовать.
— На каких условиях?
— На
— Трудиться я умею. Но чему вы хотите меня учить?
— Магии, конечно же. Я знаю, что ты вступил на путь практиков. Да и Алисия должна была чему-то тебя научить. Но этого мало. Ты всё ещё не серьезный маг. Так, зародыш, не больше.
— Какой магии?
— Ах, ты про это. Темной, разумеется. Другой я не знаю.
— А если я не хочу ей учиться?
— Ну да, ну да, — усмехнулась она, — Выходец из отщепенцев, дитя Эдема и чистюль. Какой ещё ответ ты мог дать.
Отщепенцев? Хол, что это значит? Субличность не ответила, шепнув, что потом это обсудим.
— Боюсь, у тебя нет выбора, птенчик. Эдем разнесли. Там теперь руины. Какие у тебя перспективы? Хочешь уйти из города? Но куда? Думаешь, там будет лучше? Что-то ты умеешь, может сможешь напроситься в караван, но в лучшем случае тебя ждет судьба слуги или дешевого наёмника, который имеет все шансы слечь в первом же бою. К тому же, ты должен секте. Мы уже вложились в твой выкуп и обучение. А долг платежом красен, слышал о таком?
— Назовите цену и я придумаю, как её заплатить.
— О, этот взгляд. Смотрю и словно Алисию вижу.
Если она думала, что смутит упоминанием имени матери, то сильно ошиблась.
— Ты многое не понимаешь, птенчик, — продолжила она, не дождавшись от меня реакции, — Слишком мало знаешь о мире. Темный путь называется темным лишь потому, что в основе его использование злобы. Хочешь сказать, что сам её не используешь? Вижу, что используешь, хоть и мастерски это скрываешь. Ты уже темный маг. Просто слабый. Но хватит ли тебя таланта дальше идти по этому пути самостоятельно?
— Эрик, она дело говорит, — прокомментировала Хол, — Нормальный учитель тебе не помешает.
— Эй что-то нужно. Ты разве не видишь?
— Вижу. Она, походу, имеет в этом месте много власти. Да и не может быть такого, чтобы сильный маг занимал низкое положение. Не логично, что человек её уровня болтает с вчерашним рабом.
— А значит мы чего-то не понимаем.
— Не исключено, что её дружелюбие связано с твоей матерью.
— Или она хочет выведать секреты интерфейса.
— Тоже может быть. Но если так, она тебя не отпустит. Поэтому лучше притворись, что согласен и ищи пути побега.
— Ничего не меняется.
— Такова жизнь. Твоя, — хмыкнула субличность напоследок.
В этот раз Морис продемонстрировала большую выдержку и молчала, давая мне время на подумать.
— Зачем вам учить меня? — я просто не мог не задать этот вопрос.
— Это дань любви и уважения к твоей матери.
— Любви?
— Да. Мы были близкими подругами. Пока она не влюбилась в твоего отца и не отказалась от… Меня.
— О чем вы говорите?
— Это не важно, птенчик. Но твоя мать была той ещё оторвой. Мы путешествовали по миру, искали силу и нашли. Познали каждая свою стихию. А потом она решила остепениться. Отказаться от погони за могуществом, смертей, интриг и непрерывной войны.