Пустотник
Шрифт:
А до чего интересно будет потом? Что нас вообще ждет? Бесконечная гонка за выживание вида Хомо? Война всех против всех с короткими промежутками на сон? Или вообще без сна? Возможна ли нормальная жизнь после прихода Схождения?
— Димон! — с насыпи раздался радостный крик Виктора. — Ты охренеешь!
Послышался звук спускающегося с насыпи человека и перед нами нарисовался Виктор.
— Смотри, чего я нашел у этих гавриков в багажнике, — с этими словами он положил мне на руки увесистую и немного изогнутую коробочку.
Я покрутил предмет в руках и сначала даже не поверил тому, что именно дал мне товарищ. В этот момент Виктор
— Ядрён-батон… — ошарашенно произнес я. — А ведь нам очень крупно повезло, что они на таран машины пошли, а не приголубили нас этой штукой.
— Да сто пудов! — авторитетно хохотнул здоровяк. — Тут вообще без шансов было бы.
И тут я с другом был солидарен на все сто процентов. МОН-90… При попадании хотя бы части своей смертоносной начинки в нашу машину эта штучка не оставила бы нам и шанса на выживание. Превратила бы машину в дуршлаг и нас с ней заодно. Нехилую они охоту за Глебом тут устроили. Прямо девяностые на дворе, не иначе.
— Это что? — у Насти проснулся интерес.
— Это! — здоровяк ткнул пальцем в зеленый прямоугольник в моих руках. — Противопехотная осколочная мина направленного поражения, предназначенная для выведения из строя личного состава противника, — как по учебнику отчитался Виктор. — Есть у нее еще младший братец, МОН-50. Тот тоже опасный зверь, но эта малышка покруче будет. Шарахнет так, что полвзвода может сразу на встречу с предками отправить.
— И сколько таких игрушек у них в багажнике? — откладывая мину в сторону поинтересовался я.
— Две, прикинь, — Виктору явно нравилась его находка. — Да там много чего интересного есть.
— Сами бандиты как себя чувствуют? — продолжил я опрос.
— Выживут, — махнул рукой Витя. — Самые опасные раны я заткнул, кое-что перетянул. Жить будут, один правда калекой точно останется.
— Не останется, — зло буркнул я.
В голове уже сложился один очень интересный план, и я собирался его реализовывать в самые кратчайшие сроки. И пока еще живые бандиты мне были очень нужны. Я бы уже приступил к его реализации, но не хотел покидать Настю. И не только потому, что я ей это обещал, и не потому, что она была ранена, просто девушка мне как-то незаметно начала западать в душу. Вроде бы и знаем друг друга всего-то день, а вот случилось. Необъяснимо, но факт.
Послышался скрип тормозов, резкие крики людей и возле нас из воздуха сформировалась огромная фигура. По крайней мере, мне так показалась, что Баюн просто телепортировался к нам с вершины насыпи. Но так ведь не бывает, правда? Пока не бывает, поправил я сам себя.
В руке бармена образовался нож, которым он ловко спорол бинты намотанные мной. Я попытался возразить, но сам себя одернул. Человек по имени Мстислав не только взрослый и бывалый, но и немного шаман, так что вполне возможно, что у них свои методы. С открытой раны потекла кровь, но сразу была остановлена руками Мстислава. Тот прижал её ладонями, как-то весь напрягся и его руки немного засветились красным светом, который очень хорошо был виден в темноте. Настя застонала, но вскоре просто обмякла, потеряв сознание. Баюн же поколдовав еще полминуты над раной девушки, выпрямился, убрав пот со лба, и поднял дочь на руки.
— Спасибо, Дмитрий! Завтра в восемь у меня, там и обговорим случившееся.
Я лишь кивнул ему вслед. А его место занял Глеб Егорыч, что спустился к нам только что.
—
— Погоди, начальник, — перебил его Виктор, — дело у нас к тебе есть, безотлагательное. Друг сразу смекнул по моему лицу, что я что-то задумал. Не первый год дружим и понимаем друг друга с полуслова, а иногда и с полужеста.
— Мы можем не предавать вот это все, — я обвел руками пространство вокруг себя, — широкой огласке?
— Почему? — в глазах главной ищейки Норильска промелькнул интерес.
Я вкратце поведал ему свой план, показывая мину и обрисовывая перспективы. Тот слушал молча, не задавая никаких уточняющих вопросов. Лишь изредка хмыкал, бросая на меня странные взгляды.
— Тридцать процентов, — выдал он в итоге.
— А как же право победителя? — я даже немного обиделся. — Пятьдесят, минимум, — начал торг я.
— А если там тонн пять или больше? — уже откровенно улыбался Глеб. — На горбу своем потащишь?
— Прикопаю, — отрезал я. — И через двое суток вернусь и выкопаю. И тогда уже мне вообще никто ничего не скажет.
— Ты ведь понимаешь, как это может нас усилить? — вздохнул Глеб.
— Я не против продать, что самому не надо будет, — пожал я плечами.
— Тебе деньги нужны? — удивление на лице подполковника было не наигранным.
— Нет, конечно, — улыбнулся я. — Но какой-то эквивалент деньгам все равно ведь появится. Вот когда это произойдет тогда и решим, сколько вы мне будете должны. А пока просто произведем опись, и ответственные лица поставят туда свои подписи. Чтобы значит, все задокументировано и запротоколировано было.
— Еврей ты Демон, как есть еврей, — вздохнул Глеб Егорыч и махнул рукой. — Чёрт с тобой, пошли колоть жмуриков.
И мы пошли. Наверху, на дороге было светло. Машины скорой помощи, ДПС и иных служб, все светили фарами и не выключенными мигалками. Но после пары команд Глеба вся эта движуха рассосалась, и с нами остался только один экипаж силовиков подчиненных непосредственно подполковнику.
— Этих троих вниз, — скомандовал Глеб и раненых бандитов оперативно спустили с дороги вниз.
Оперативники поднялись наверх, и засели в машину в ожидании дальнейших команд. А я принялся за приготовления. Теперь внизу было светло, специально для будущей акции принесли переносные прожектора и я, включив их, направил на троицу ничего не понимающих бандитов свет. Сидели они кучно, забинтованные и явно ждущие отправку в больницу. Не в этой жизни, мрази, не в этой жизни…
— Главный кто? — я склонился над троицей.
Те лишь презрительно на меня посмотрели, уверенные в своих правах. Что они на зоне никогда не были, что ли? Сколько им там дадут за совершенное злодеяние? Пятнашка потолок, так ведь? Ничего, и на зоне жить можно. Только вот никакой зоны не будет. Не угадали они на этот раз, совсем не угадали. Взглянув внимательно в лицо каждому, выбрал самого борзого, на мой взгляд, и, вытащив его из толпы, оттащил недалеко в сторону. Тот и не думал сопротивляться, а лишь молча ждал продолжения. Усадив его спиной к дереву и оглянулся на оставшихся. За нами внимательно следили, явно ожидая моих действий. Предполагали что, скорее всего, бить буду. Нет, ребята, у нас другие методы. Склонился к забинтованному бандиту и тихонько на ухо прошептал: