Путь Бенун
Шрифт:
– Позвольте задать вам один вопрос. Мне померещилось или это так и есть – вы сейчас говорили о леди? Это она поразила меня своим обликом? Если я угадал, то должен признаться, выглядит она весьма экстравагантно,. И она очень дорога вам. Молчите… Я не настаиваю на ответе. Ваши глаза все сказали за вас.
– Я молчу потому, что впервые подумал о своем хранителе, как о леди. Одно могу сказать точно – если оценивать по благородству натуры, то это безусловно так. Если говорить о манерах…, – Акан вспомнил о том, как Убо с остервенением выкусывала себе блох. – …то она невоспитанный сорванец и задира.
– Интересное
– Никто не знает своей судьбы…
– Только не я. Моя судьба отняла у меня все, чем я дорожил. Ваше появление – это событие, которое, вероятно, чревато последствиями. Но, не сердитесь на меня, если я скажу, что ничего хорошего уже не жду. Хотя, благодаря вам, мой дорогой гость, я узнал о мире больше, чем за всю прожитую жизнь. Что касается вашей подруги, извинитесь перед ней за мою неловкость.
– Скорее я должен принести вам свои извинения за то, что ввел вас в заблуждение. Ее тут нет и не было. Это всего лишь призрак. Где она сейчас и что с ней, я не знаю, и это тревожит меня не меньше, чем причина, по которой я здесь.
Трейси-старший глубоко вздохнул и лукаво посмотрел на своего собеседника.
– Подшутили над стариком? А если бы я умер? Ладно, ладно, не оправдывайтесь, дело прошлое. Не будем уделять моим мокрым штанам столько внимания. Я всего лишь немощная рухлядь, которая задержалась на этом свете. Бог послал мне напоследок такое испытание не просто так. Переходите к делу. Вы же не за тем явились сюда, чтобы выпить со мной хоть и контрабандный, но вполне достойный напиток, которым не побрезгует сам барон Суарез, если бы вдруг пожаловал сюда.
Акан вздрогнул и уставился на Трейси-ст с удивлением. Он уже слышал это имя. Мать Теней обмолвилась, что одна из нитей, которая переплелась с нитью Абику, ведет к человеку по имени Суарез.
– Выясни, что их связывает. Видимых причин для родства между ними нет.
– Откуда вы знаете его? – осторожно спросил Акан.
– Барона Суареза? Его все знают! А мне бы не знать его во век, да такая моя судьба, что знаю… Полноте, что это с вами? Вы будто увидели демона вместо меня. Уверяю, я самый обычный человек и не смогу показать вам в ответ на вашу любезность, своего ангела-хранителя. Я не уверен даже, что он у меня есть! У такого грешника, как я, есть только надежда… Итак, я слушаю вас, что вас привело ко мне. Рассказывайте все – что именно вам от меня надо. Будьте предельно откровенны, если хотите получить честный ответ и могу ли я дать вам то, чего вы от меня ждете?
***
Миновало несколько часов. Ночь не торопила собеседников, будто знала, что им требуется время, чтобы осмыслить сказанное и услышанное друг от друга.
Трейси-ст сидел в своем кресле и задумчиво водил узловатым пальцем по столу. Акан застыл в ожидании, понимая, что этому человеку, чьи лучшие годы остались в прошлом именно сейчас потребуется все его мужество и рассудок, чтобы сделать очередной, возможно, последний выбор в его жизни.
Если откажется от сделки, скорее всего погибнет в самое ближайшее время от руки
– Говорите, Дик стал еще опаснее..?
– Последние сведения о нем, которыми я располагаю, свидетельствуют об этом. Он уже не человек, но еще не демон. Остальное нам предстоит выяснить при встрече.
– Дик хорошо владеет ружьем, я сам его научил когда-то.
–Он обладает более мощной силой, способной убивать на расстоянии. Пуля для него, как и для духов, что укус комара. С ним можно совладать тем же оружием, которым он успел овладеть под чутким руководством своего наставника из преисподней. Мой хранитель уже имел возможность помериться с ним силой и даже преуспел в этом.
– Я помню ваш рассказ. Но этот проныра все же сбежал, как я понимаю. Еще и выманил девушку. О судьбе юноши, который так дорог Бенун, боюсь даже подумать. Дик не знает, что такое любовь, но ненавидит всех, кто обладает этим даром. Он как изгой, избалованный ребенок – отбирает игрушки не для того, чтобы играть, а чтобы сломать их. Понимаете, о чем я?Это мое воспитание. Я несу ответственность за то, что взлелеял в нем такое эгоистичное и жестокое чудовище. Кстати, меня не удивляет, что он сбежал. Дик умеет ловить момент. Впрочем, бессмысленно говорить о том, что было. Поговорим о том, что будет.
Положа руку на сердце, я не понимаю, чего вы хотите от меня. Я старик. Все, что я мог, это вместе с другими добросердечными людьми, которых на плантациях немало, спасти ту несчастную рабыню. Против Дика я ничто. Он только и ждет, чтобы избавиться от меня и прибрать окончательно к рукам все имущество, которое пока еще числится на мне. Если я еще жив, то только потому, что у меня в надежном месте спрятана одна важная бумага. Правда, боюсь, что теперь, когда сын, – старик поправил себя – Дик узнал, что это я помог Бенун, меня уже ничто не спасет.
– Не буду утешать вас. Я пришел сюда не за этим.
– Да, да, я помню, нужна моя помощь. Дик, конечно, негодяй, каких свет не видывал. Но я не уверен, что смогу убить его. Почему именно я? Возможно, найдется рука покрепче?
– Увы, нет. В том то и дело. Демона убить может только тот, кто посеял дурное семя. Я понимаю, вы стыдитесь такого родства. Таким сыном, как Дик, гордиться мог бы еще больший негодяй, нежели он. Но вы уже доказали, что в вас есть душа и вам не безразлично, какую память вы о себе оставите даже среди рабов несмотря на то, что большую часть своей жизни не считали их за людей. И пусть Бенун единственная, кого вы спасли, ради нее вы рискнули многим.
Старик выслушал Акана, не перебивая, однако, выглядел не польщенным, а скорее смущенным.
– Что вас останавливает? Все еще не доверяете мне или боитесь, что от вашей линии жизни ничего не останется? Я же вам сказал, что есть сила, могущество которой не может оценить никто из живущих. Это наш союзник. Он даровал вам 10 лет жизни, взамен прожитых.
– Я вас понял, и я благодарен за столь щедрый дар, хотя мало верю, что такое возможно. Видите ли, я не хочу прожить остатоксвоей жизни,зная, что получил ее вдар незаслуженно. Похоже, я невольно ввел вас в заблуждение.