Путь Гладиатора. Калин
Шрифт:
– Да, знаю, — ответил Дюмарест. Он остановился на перекрестке, потом продолжил прогулку по пешеходной дорожке. Посадочное поле располагалось неподалеку. Вскоре они увидели проволочное ограждение, стражников и стройные корпуса кораблей. На их глазах один звездолет взлетел, поднятый магией Эрхафтовского поля, и направился в космос к далеким звездам.
Легрейн проводил его взглядом, потом покачал головой.
– Вот что крепко–накрепко сидит в тебе, — вынужден был признать он. — Всякий раз, когда я вижу улетающий звездолет, у меня возникает страстное желание последовать
– А я нет, — сказал Дюмарест.
Легрейн нахмурился.
– Не понимаю тебя, Эрл.
– Разве? Это ведь так просто. — Дюмарест дотронулся до обнаженной шеи. — Теперь, когда я избавился от этого ошейника, ничто не удерживает меня здесь. Денег на моем счете хватит, чтобы улететь низшим классом. С тем что, у тебя есть, еще считая деньги, что мы заработали во время вечеринки, тебе тоже хватит. Давай пройдем на поле и договоримся с каким–нибудь оператором.
– Ты что, серьезно?
Дюмарест нахмурился:
– Что с тобой? Ты что, хочешь остаться здесь, чтобы тебя убили? И ради чего? Ради того, чтобы какая–то избалованная сучка стала еще богаче? — Он покачал головой. — Это не для меня. Я собираюсь улизнуть отсюда, пока еще у меня есть такой шанс.
Легрейн схватил его за руку.
– Эрл, ты не можешь? — Он проглотил комок в горле. — Деньги. Нам не заплатят до поединка.
– И не убьют тоже, — заметил Дюмарест.
– Но ведь…
– Что для тебя эта планета? Просто еще один мир. — Дюмарест указал рукой на посадочное поле. — Любой из этих кораблей доставит нас на другую планету. Давай же смоемся отсюда, пока у нас есть шанс.
– Нет, — отказался Легрейн. Его облик выражал непривычную гордость. — Я не могу. Я уже дал слово, и я не могу отказаться от него.
– Не будь идиотом, Легрейн. Неужели ты не видишь, что тебя используют?
Легрейн упрямо стоял на своем:
– Возможно, но это не аргумент. Я заключил сделку, так же как и ты. Мы не можем подставить их, Эрл. Мы просто не можем сделать это.
– Разумеется, — тихим голосом согласился Дюмарест, — я тоже думаю, что не можем.
* * *
В плывущем облаке пара раздался резкий, полный боли вопль какого–то человека. Ему ответил еще один голос, более глубокий, со смешком. Что–то промелькнуло в воздухе и с грохотом рухнуло на землю.
– Чудесный удар, Властитель Игрушки!
– Никогда не видел более мастерского передвижения!
– Как вы измотали его прежде, чем нанесли последний удар!
Командор Гирн кисло улыбнулся.
«Собачонки, — подумал он, — тявкающие у ног хозяина. Безвольные, ищущие убежище в его силе, готовые наброситься друг на друга, лишь бы обрести его расположение. И все же, неужели я настолько отличаюсь от них? Утешительно думать, что у меня есть мужество и силы, чтобы без страха смотреть в лицо Грошену; утешительно, но не стоит обманываться. Он нужен нам. Этим слабакам, мне, остальным. Он нужен нам, чтобы выжить. А это, в конце концов, самое главное. Выжить — любой ценой».
Он выпрямился, когда электростатический
Он посмотрел на Гирна:
– Есть новости?
– Ничего особенного, мой господин. Члены Ассоциации Прядильщиков разлетелись по своим поместьям. Все, кроме Акционера Херла.
– Ну конечно же он остался. — Грошен прошел в соседнюю комнату, бросился на кушетку. — Ладно, недолго ему осталось беспокоить нас.
– Да, мой господин.
Грошен улыбнулся.
– Мне это нравится, — признался он. — Скоро только таким образом ко мне и будут обращаться. — Он помрачнел. — Или, лучше, «хозяин»? Нет, — решил он. — Это слово использовали рабы. Я не хочу править миром рабов.
– Большинство людей думают, что достаточно просто править, мой господин, — рискнул вставить Гирн.
– Быть может. Но в этом и состоит разница между нами, командор. Ты был бы счастлив править сворой собак. Мне же нужно править миром героев. — Грошен потянулся, когда появилась массажистка. — Героев, которые считают меня своим повелителем и которые с готовностью примут мою власть. — Он снова потянулся с наслаждением, словно кошка, которую ласкает ее хозяйка. — Чего ты хотел?
– По городу бродят слухи, мой господин. Новость о брошенном вам вызове просочилась. Люди хотят знать, где и когда состоится поединок.
– Они узнают, когда я расскажу им, — отмахнулся Грошен. — Не раньше.
– Неразумно откладывать это объявление, мой господин, — ровным голосом сказал Гирн. — Вполне понятно возбуждение, охватившее народ. Я боюсь беспорядков.
Грошен развернулся под руками массажистки.
– Они хотят увидеть меня побежденным, — усмехнулся он. — Неужели ты думаешь, что я не понимаю, о чем они думают? Все слабые мужчины ненавидят сильных и завидуют им. Я самый сильный мужчина на Игрушке и поэтому самый ненавидимый. Чего тут понимать? — Он поднял глаза, когда фигура в алом вошла в комнату. — Как раз вовремя, кибер. Мне нужны твои услуги.
– Мой господин?
– Гирн хочет узнать у меня время и место поединка со своей сестрой.
– Не с вашей сестрой, мой господин, — поправил ровным голосом кибер. — С теми, кто ее заменит.
– Что одно и то же. Где мне предстоит сражаться с Акционером Херлом и одним из его дружков?
И снова Грилу пришлось поправить своего господина:
– Вы будете сражаться не с ними, мой господин. Леди Квара не настолько глупа. Она выбрала других людей, которые будут сражаться вместо нее.
Грошен выпрямился, велел массажистке уходить.
– Кто же это? — спросил он.
– Двое мужчин, сражавшихся с пауками–ткачами на вашей вечеринке, мой господин. Те самые, что избежали смерти на арене.
Грошен невесело улыбнулся:
– Значит, моя дорогая сестра оказалась настолько хитрой, сколь и прекрасной. Что она им предложила, интересно мне знать? Что–то значительное, чтобы заставить их спокойно идти навстречу собственной смерти. — Он посмотрел в глаза командора. — Почему ты не знал этого?