Путь Грома

Епатко Маргарита

– Согласна.

– Тогда чего мы ждем? – колдун одним прыжком перескочил куст рябины и оказался у старого дуба. – К болоту ведет тропинка мимо омута. Но по ней мы будем бежать часа два. А от дуба все гораздо ближе. Надеюсь, отец учил тебя словам Перехода?

– Он не успел… – похоже, в глазах Норы опять стояли слезы.

– Если ты все время будешь плакать, как маленькая девочка, мы ничего не успеем осмотреть.

– Я не плачу, и я не маленькая девочка, я взрослая волчица, – она гордо вскинула морду.

– Тогда слушай меня, повторяй за мной и держись рядом.

Они

провалились в небыть, и он как всегда почувствовал холод, пробирающий до костей. Через мгновенье окружающий мир обнял запахами и звуками. Под ногами противно захлюпало. Илья оглянулся и увидел Нору. Для первого раза девушка держалась великолепно. Ни тени сомненья, ни капли страха.

– Иди за мной, след в след. Иначе провалишься, – и колдун затрусил по кочкам.

Постепенно почва под ногами стала потверже, и они увидели поляну, покрытую густым ковром трав. Прямо на ней прилег Рыжик. Он спал. Большие мохнатые бока зверя мерно вздымались.

Колдун услышал, как удивленно ойкнула Нора, и еле успел поймать ее, готовую прыгнуть, за загривок. Укус получился довольно болезненным, и волчица жалобно взвизгнула.

– Сидеть, – прорычал колдун. – Это чаруса, обманная поляна в топи, а на ней не твой брат, а Болотник.

И тут началась какофония звуков. Кто-то ухал, кто-то фыркал, кто-то булькал. Тысячи ладошек хлопали по воде.

– Дай знать, когда тебе надоест развлекаться, – рявкнул колдун, глядя на спящего волка.

Звуки стихли. Оборотень на поляне приподнялся, и шерсть, туманом, стала опадать с него клочьями. Не прошло и пары минут, как перед ними сидел худой белобородый старик с необычайно длинными волосатыми руками.

– Так-то ты гостей встречаешь? – слова колдуна прозвучали неожиданно громко в наступившей тишине.

– Я вас в гости-то не звал, и незваных гостей привечать не обещал, – голос у старика был скрипучим.

Говорил он, не поднимая глаз, прикрытых седыми клочьями волос, и что самое жуткое, не разжимая губ. Маленькие мертвенно-бледные огоньки заплясали вокруг волосатых рук страшного деда.

– Ну, это еще разобраться надо кто у кого в гостях. Кто ко мне на коленях приполз? Кто про осушенные людьми болота рассказывал? Кто защиты просил? – голос Ильи прозвучал действительно грозно.

– Ох, обознатушки! – старик испуганно откинул волосы и уставился на гостей водянистыми глазами.

– Ух, ох, ах! – заголосило все вокруг.

А ну, цыц! – гаркнул Болотник, и вопли стихли. – Не признал, батюшка, – совсем другим извиняющимся тоном обратился он к колдуну. – За разлучника принял, – он вдруг завыл, застонал. – У-у-ух, хотел отомстить, в трясину заманить. Жену обратно вернуть.

– Расскажи все по порядку, – колдун был удивлен.

Красавица Болотница, выглядевшая как юная, правда, немного бледноватая девушка и старый Болотник были прекрасной парой и прожили вместе, насколько он помнил, не одну сотню лет.

– Ты ведь знаешь, что в русалочьи дни моя женушка любит погулять, – Болотник смущенно улыбнулся. – Да я никогда и не возражал. Обычай такой. Тем более люди мне не соперники. Человек одну ночь с моей душенькой проведет, а потом год отлеживается и всю жизнь в лес заходить по ночам боится, – он зло захихикал. – Вот и теперь пошла моя

красавица. Пошла, и нет ее, – из бесцветных глаз деда потекли слезы. – Я из болота вылез и к озеру, к русалкам. Испугался, не случилось ли что с моей лапушкой. Я ведь к ее приходу новую чарусу сделал, – старик раскинул руки, показывая поляну с душистыми травами. – Цветов на ней насадил, украшение выковал, – он достал из лохмотьев блестящую ящерку, перебирающую лапками. Пришел к заюшке моей. А она говорит, что нашла человека. И человек тот и молодой, и красивый, и посильнее меня будет. Я поглядел на рыжего, вижу, зверь он наполовину. Красавица моя слышать ничего не хочет. Теперь я один с малыми детками. Болото хиреет без женской руки. Детки плачут, – старик опять завыл.

Он выл с такой нечеловеческой тоской, что даже колдун не стал его прерывать.

– Худо это, – сказал Илья, когда старик замолчал.

– Но Рыжик не знает, что она Болотница. Он думает, она русалка, – неожиданно вмешалась в разговор Нора.

– Так его Рыжик зовут? – дед пододвинулся ближе и вопросительно взглянул на Нору. – Теперь-то я ведаю, что делать. – Болотник сжал когтистые пальцы, будто пытаясь задушить противника.

– Девочка, отец не учил тебя, что имя нельзя открывать первому встречному? – шепнул колдун в ухо волчицы.

Нора поняла, что сделала какую-то глупость и уже в который раз прошептала: «он не успел». Илья подумал, что надо поподробнее расспросить про отца, который ничего толком не успел объяснить детям.

– Ты должна пообещать Болотнику, вразумить брата. Иначе, зная имя, он его уничтожит.

– Но ведь ты обещал нас защищать?

– Именно этим я сейчас и занимаюсь. Нельзя безнаказанно разрушать чужие семьи. Если болото придет в упадок, плохо станет всему лесу. А Болотница в лесном озере быстро сделает из него грязную лужу.

– О чем это вы шепчетесь? – озабоченно заерзал Болотник.

Нора выдвинулась вперед:

– Я, волчица, даю слово, что мой брат оставит твою жену в покое.

– И она вернется?

– Как я могу обещать это? Я не властна над ней.

– Но тогда обещание, ни к чему, – заворчал Болотник. – А с Рыжиком я и сам теперь справлюсь.

– В моем лесу не будет убийств, – тихо, но твердо сказал колдун. – И если кто-то из гостей нарушит закон, он должен будет уйти.

Болотник затих. Он был явно недоволен решением, но боялся возразить.

– А с Болотницей я поговорю, – Илья тяжело вздохнул.

По топи прокатился вздох облегчения.

– Поговори, поговори, – обрадовался старик, – убеди, расскажи. А тебе, – он повернулся к Норе, – я дарю ящерку.

Блестящий кулончик на нитке из перевитой травы вновь показался в длинных волосатых лапах.

– Я не могу принять подарок. Ты делал его для любимой, – Нора украдкой взглянула на колдуна.

– Брать или не брать – твой выбор, – одним взглядом ответил тот.

– Возьми, возьми, – бормотал старик, вытягивая бесконечно длинные руки, – это не простой оберег. Он подскажет, когда что-то с твоим любимым случится. Если с любым что случится, будет ящерка змейкой виться, – нараспев произнес он. – Вот видишь, красавица моя голову потеряла, и ящерица теперь покоя не знает, – показал он на извивающийся оберег.