Путь меча

Чейни Дэвид

ГЛАВА 35

Выздоровление Йоши казалось просто чудом. Когда он проснулся на следующий день, полуденное солнце светило ему в лицо и птицы пели во дворе. Еще накануне он бы заплакал от волнения, вызванного их песней; сегодня он улыбался. Не считая необычной слабости, он никогда не чувствовал себя лучше.

— Я тут уже часами жду, чтобы ты проснулся. — Это была Нами, заглядывавшая за ширму. Она говорила очень быстро. — Как ты? Действительно злой дух исчез? Почему ты улыбаешься?

— Подожди, подожди. Ты слишком торопишься, — сказал

Йоши, томно потягиваясь. — Я сегодня не хочу торопиться.

Мир полон радости и красоты. Как же мне не улыбаться? Я заново родился, вернулся из кошмара — к жизни.

— Значит, тебе действительно лучше?

— Да, болезнь прошла, — сказал Йоши. Помолчав немного, он с удивлением покачал головой. — Я не верил, что монах может мне помочь, Я был неправ. Теперь я понимаю, что мы окружены силами, которые человек не может постичь.

Нами улыбнулась я встала, с видом человека, у которого свалилась с плеч тяжесть.

— Поздравляю с возвращением, дорогой Йоши, — сказала она. — А сейчас я принесу тебе чай и рисовые пирожки.

— Где дядя Фумио?

— Ты с ним увидишься попозже. Сначала поешь. Йоши не торопясь ел и в тоже время рассматривал Нами. Она была одета в светлое бежевое верхнее платье на подкладке огненного цвета, Ее нижнее платье проглядывало из широких рукавов и было видно из-под подола. Привлекательное сочетание. Пока Йоши был во власти злого духа, он почти не замечал ее. Теперь любовь вспыхнула в нем с такой силой, что ему трудно было с ней справиться. Казалось, он не уезжал из Окитсу, Чикара не существовал и Нами могла принадлежать ему. Он покачал головой, чтобы избавиться от этих бесцельных мечтаний.

— Я не забыл свою клятву отомстить за смерть Генкая, — внезапно выпалил он. — Я благодарен за все, что ты сделала для меня, но это не повлияет на мои поступки по отношению к твоему мужу, князю Чикаре.

— Йоши, я все-таки твоя двоюродная сестра и твой друг, — мягко сказала Нами. — Мой муж вообще забыл о твоем существовании. У него много трудностей, и твои клятвы его не интересуют. Я уверена, что ты в конце концов поймешь, что самое разумное — помириться. Как же иначе нам жить спокойно под одной крышей?

Йоши пожал плечами. Нами не знала, как часто он засыпал в муках ревности и ненависти к Чикаре. Возможно, что Чикара забыл Йоши, но Йоши не забыл о Чикаре.

Однако злой дух исчез, и Йоши хотелось жить опять полной жизнью. С Чикарой он разберется в другой раз.

Сейчас он постарается восполнить то, что он потерял за месяцы болезни.

— Где моя мать? — спросил он. — Я не понимаю, почему она не навестила меня, пока я был болен.

— Госпожа Масака стала еще большей отшельницей. Мы редко видим ее в главном здании. Она занимается слугами в северном флигеле.

— Но она моя мать! Неужели ей безразлично, что со мной?! — воскликнул Йоши.

— О Йоши, ей не все равно. Не было ни одного дня, когда бы она не прислала служанку узнать о твоем состоянии. Она очень любит тебя. Постарайся понять ее, — Нами замолчала, подыскивая слова, чтобы лучше выразить мысль. — У нас осуждают неосторожных женщин, — наконец сказала она. — Твоя мать всю свою зрелую

жизнь страдала из-за неблагоразумного поступка, в результате которого ты появился на свет. Она искупила свою ошибку тем, что полностью занялась хозяйством Фумио. Она — человек долга, она считает, что ее главное обязательство — забота о человеке, приютившем ее. Она никогда не уходит из своего флигеля, за исключением тех случаев, когда отправляется в паломничество.

— Я уверена, — продолжала Нами, — что она хотела видеть тебя, но боялась, что это не понравится Фумио. У женщин трудная судьба. Твоя мать — разумна. Она примирилась со своим положением и ограничениями, наложенными на ее жизнь…

— Но тебя такая жизнь не удовлетворяет? — Йоши посмотрел на Нами проницательным взглядом.

— Нет! Мне недостаточно быть движимым имуществом в замке князя. Я хочу больше получить от жизни. — Нами глубоко вздохнула и продолжала: — Я не желаю проводить все время за ширмой в ожидании посещения мужа. Я сознаюсь тебе: я довольна, что мой господин в Киото. Хотя я люблю и уважаю его, я гораздо счастливее здесь, у дяди Фумио. Здесь я могу быть сама собой, не вызывая сплетен. Нет, может быть, в конце концов мне придется подчиниться судьбе, но пока я могу, я буду избегать такой жизни, какую ведет твоя мать.

— Ну, а как Чикара? Он знает о твоих взглядах? Он одобряет, что ты здесь живешь без него? Почему он уехал в Киото один? — спрашивал Йоши.

— Нам не повезло в прошлом году. Фермеры взбунтовались; при поддержке агентов Минамото они сожгли замок и уничтожили урожай. Чикара оставил меня у дяди Фумио и бежал с тем добром, которое мог увезти. Он живет в столице, где снискал расположение властей. По слухам, он скоро получит важный пост в имперском Совете. Он написал дяде Фумио, просил отправить меня в Киото, где я стала бы управлять его хозяйством. А я сопротивляюсь, потому что я такая же упрямая в отношении моей свободы, как ты.

— Я? Упрямый? — Йоши поднял брови в изумлении.

— Да, почему бы иначе ты так цепко держался за клятву, данную в юности?

— Ради чести! — ответил Йоши сдержанно…

Ближе к вечеру, когда Йоши отдыхал на веранде, произошла приятная неожиданность. К главному входу подкатила повозка, и из нее вышел высокий, мощного сложения человек.

— Айтака! — заорал Йоши.

Высокий человек круто повернулся. Его круглое лицо расплылось в радостной улыбке.

— Йоши, ты здоров! Дай-ка поглядеть на тебя! — Айтака, отбросив всякие церемонии, пустился бегом к Йоши и схватил его за плечи.

— Ты не представляешь себе! Я считал тебя погибшим. Я думал, что ты утонул, а потом получил известие, что ты здесь… и что ты болен. О Йоши, как я рад видеть тебя!

— А я тебя рад видеть, — сияя, сказал Йоши. Я все эти годы беспокоился о тебе. Благодарность Будде, что ты жив и здоров! Какой я эгоист, во время болезни не думал о тебе. Ну, теперь мы можем это наверстать.

Они пошли в дом, разговаривая на ходу. Так много надо было рассказать. Айтака описал свое бегство на север в палаточный город к Минамото Йоритомо.