Путь мертвеца
Шрифт:
Последнюю фразу Бьлоргезд рявкнул, так что бедняга Бейруб снова вздрогнул и стал дрожать уже не переставая.
– Повелитель! – жалобно проскулил толстяк. – Мы… мы обсуждали предстоящую битву.
– О! Битва – это замечательно! – осклабился Бьлоргезд, чуть снизив тон. Впрочем, тут же он снова заревел: – Битва – это куча трупов! В сражении разбивают черепа, отрубают руки и ноги, выпускают кишки. Кровь! Море крови, разве же это не прекрасно? Хорошо, Бейруб, хорошо. Про это всегда стоит поговорить. Я ведь не Рэмардэ, мудростью никакой похвастаться не могу… Мне бы лишь разорвать на куски вот этими руками какое-нибудь тельце! Лучше бы, конечно, это был враг, но
– Нет, что вы, мастер!
– Отлично! Надеюсь, ты проследишь, чтобы твои дро уложили как можно больше Белых ублюдков? Не допустишь, чтобы кто-то проявлял постыдную жалость или даже трусость? Не хочу, чтобы потом кто-нибудь хвастался, что смог живым удрать от Черных.
– Обещаю, Бьлоргезд! – голос Бейруба снова стал сильнее, а сам он распрямился и даже взмахнул рукой. – Мы примем ванну во вражьей крови! Зальем здешние поля так, что на следующий год трава вырастет до неба!
– Хорошо, – в голосе Старца послышалось удовлетворение. – Это было мое пожелание. Рэмардэ просил, чтобы вы не забывали о том, что единство наших рядов сейчас превыше всего. Никаких ссор, сказал он. Да и я тут подумал: если вы подеретесь и вдруг один другого убьет, то потом, в сражении вы станете слабее? Ведь двое всегда уложат больше врагов, чем один, правильно?
– Да, правильно!
– Я надеюсь, ты не хочешь ссор и драк? Не хочешь расстроить старого Бьлоргезда?
– Нет-нет! – Бейруб выставил перед собой руки, словно защищаясь от удара. Старец хмыкнул и тяжело вздохнул.
– Это правильно. Больше всего на свете Бьлоргезд не любит огорчаться.
Еще раз медленно окинув взглядом собравшихся колдунов, которые застыли в напряженном молчании, Старец нагнулся, взял из чаши сморщенный урюк и исчез.
После «визита» Бьлоргезда совещание закончилось очень быстро: все прятали взгляды друг от друга, а Бейруб, казалось, готов провалиться сквозь пол. Говорил, главным образом, Ргол, а остальные либо кивали, либо равнодушно молчали и глядели в стороны. Кроме прочего, Перстенек был самым искусным полководцем среди них, и в этом никто не сомневался. Ргол нарисовал в воздухе перед собой многоцветную карту и показал, кто, как и с кем будет действовать завтра. Ни у кого не возникало вопросов – обо всем князь рассказывал сам. План был довольно прост и требовал от колдунов только магического искусства, упорства и смелости. В конце концов, когда Ргол замолк, в шатре повисла тишина.
– Если никто не хочет задать вопросов, наше совещание окончено! – сказал Ргол, подводя итоги. – Наверное, всем следует раздать приказания, потом покушать и лечь спать. Битва начнется через тринадцать часов.
Черные колдуны молча поднялись и вышли прочь; впрочем, Хойрада задержала Соргена, потянув его за рукав.
– А ты остаешься? – спросила она кокетливо, и прищурилась. – Я думала пригласить тебя в свой шатер… если, конечно, ты не чураешься женщин, как наш красавец-князь. Я угощу тебя сладким и дурманящим вином, которое сама делаю.
Сорген, который не думал подниматься, посмотрел на Хойраду снизу вверх и покачал головой.
– Извини, но у меня еще много дел… – он сжался, ожидая вспышки ярости, или ругательств, но колдунья рассмеялась и хлопнула себя по бедру.
– Надо же! Бедный мальчик… Но я все равно буду ждать, так что, если передумаешь – милости прошу.
Раскачивая бедрами, Хойрада тоже ушла. Когда она скрылась на лестнице, Ргол, вытянув шею ей во след, прошептал:
– Сумасшедшая старая шлюха!!
– Старая? –
– Какая разница? – князь вяло пожал плечами и заерзал на подушках, чтобы подняться повыше. – Хотя я далеко не так стар, как ты думаешь. Ха! Может быть, мне ты тоже нравишься, однако я не строю глазок и не пытаюсь затащить тебя в свою спальню??
– Наверное, ты мудрее, – сказал Сорген, не переставая усмехаться. – А Хойрада плюет на разум и делает только то, что хочет в данный момент.
– Начхать мне на нее! – Ргол взмахнул рукой. Из-за его спины безмолвной тенью выскользнул слуга, но князь, досадливо поморщив нарумяненную щеку, отослал его обратно. – Оставим пустую болтовню, Сорген, ведь у нас есть и важные дела.
– Какие?
– Ты задумывался о том, что будет после войны? Если она кончится в нашу пользу, то в этой части мира уже не останется больше никаких Белых. Пустые земли, которые тянутся на многие льюмилы на запад отсюда. Боюсь, тогда Черные ормани начнут грызть глотку друг другу – ведь это так заманчиво, получить собственное государство!! Оба этих злых, надутых старика и похотливая старуха все свои долгие жизни провели в скитаниях, либо жили в отдаленных пустошах, в отшельнических замках. Теперь они возжаждают наделов и, боюсь, малым не ограничатся.
– Стоит ли загадывать так далеко? – усомнился Сорген. – Впереди сражение, в котором мы можем победить, а можем и проиграть… или же просто погибнуть. К тому же, даже если мы выиграем, это ведь будет не полной победой?
– Нет, но очень, очень большим шагом к ней! – Ргол внезапно подскочил на подушках и придвинулся к Соргену почти вплотную. Сильный аромат тонких духов смешивался с терпким запахом помады и забивал нос не хуже тряпки. Князь зашептал страстно, будто признавался в любви: – Загадывать на будущее никогда не вредно, Сорген! Тот, кто дальше смотрит, дольше живет!! У трех этих шакалов большой авторитет среди селер ормани; тебя недоучки знать не знают, а меня просто ненавидят. Нас запросто могут обидеть при дележке земель, хотя большую их часть добыл именно я.
– А как же Старцы?
– Старцы…. Стоит ли надеяться только на них?? Положим, я смогу рассчитывать на помощь Рэмардэ. Он любит, когда у Черных сильные государства и мечтает о настоящей Черной Империи. Может быть, моей – хотя я не уверен до конца. А вот ты… Скорее им нужен Сорген, борющийся с Белыми по всему свету. Кроме Энгоарда, их еще много, и на западе, и на юго-западе. Сомневаюсь, что кто-то из Старцев захочет видеть тебя жиреющим здесь на троне… и к тому же, станут ли они ради тебя ссориться со всеми Старшими братьями? Сегодня Бьлоргезд за тебя вступился, но как будет после победы над Энгоардом? Тогда я уже не поручусь, чью смерть они выберут. Конечно, я могу и ошибаться… может быть, они предпочтут лишиться десяти десер ормани, чем тебя??
– Неужели я так дорог для них?
– Ах, Сорген! – Ргол тихо рассмеялся и снова откинулся назад, на свои подушки. – Ты все еще словно дитя. Разве не видно, как они нуждаются в тебе? Как славно ты им служишь?
– Ну… предположим. И ради чего затеян весь этот разговор?
– О, во имя Черной Необходимости, не пытайся показаться глупцом! Я предлагаю тебе союз. Вечный союз без всяких оговорок и ограничений. Я всегда был добр к тебе, вспомни! И сейчас предлагаю совершенно равное партнерство. Ни одного условия, кроме верности друг другу. Понимаешь? Принимаешь?