Путь миротворца
Шрифт:
— Твоя стойкость явна…
— Но явна и твоя боязнь.
Голоса говорили быстро, почти сливаясь, но их слова Марк слышал с удивительной ясностью. Каждое слово отчеканивалось и в разуме, и где-то в глубине души.
— Ты готов пройти по грани между жизнью и смертью..?
— Между благословением и проклятием…
— Чтобы найти, чего жаждешь…
— …И сверх того!
— Да кто вы такие? — прошептал Марк.
— Я голос твоего призвания, — ответил тот, что стоял перед ним.
— Я голос твоей судьбы, — ответил тот, что
Марк ощутил, как на его плечи взваливается тяжелая необъяснимая ответственность. Грудь наполнилась бурей волнений, сердце учащенно забилось. Ощущение было таково, что от его ответа зависит вся жизнь. Он понимал, что нужно хорошо поразмыслить, но стоило ему лишь на миг представить себе постылую жизнь, которая продолжится через пять минут, как он решительно прошептал:
— Да… я готов.
Голоса одобрительно вздохнули, но тот, что за спиной вдруг жутко зашептал:
— Ты сам сделал свой выбор. И ты обманулся! Потому что в цепях безликого ты бессилен, бессилен!
Марка охватил леденящий страх. Полумертвый голос сорвал ту сонную пелену, которая приглушала тревогу. Марк испугался этих голосов, этих безликих фигур, испугался своих слов, своего согласия непонятно на что!
Но тут еще более страшная догадка пронеслась в его голове. Никакого коридора и никакого зала здесь быть не могло! Только теперь с удивительной ясностью в памяти всплыло здание церкви: там, где должен быть этот коридор — была только стена, а за ней — газон и больше ничего! Почему он не подумал об этом раньше?
«Что я наделал! Нужно бежать!»
Ноги не слушались. Словно во сне Марк развернулся, готовый помчаться назад к спасительной двери, как вдруг перед ним выросла уже видимая фигура в толстом черном плаще, шевелящемся как на сильном ветру. Лица он не увидел, оно скрывалось под пыльным капюшоном, но готов был поклясться, что правая и левая половины этого лица были абсолютно разными, будто принадлежали разным людям… или существам. Фигура не двигалась. Она просто стояла на пути к отступлению, излучая огромную сверхъестественную мощь и непреодолимый ужас.
Марк почувствовал, как его глаза выкатываются из орбит, волосы поднимаются дыбом. Сделав судорожный вздох, он поперхнулся трупным воздухом, пропитанным сырой землей и костями. Попятившись, он сделал один шаг, второй и… провалился в бездну. Стало абсолютно темно. И как ни странно — не страшно.
«Приснилось», — мелькнула радостная мысль в первые мгновения перехода от сна к яви. Однако, открыв глаза и обнаружив, что находится он в совершенно незнакомом и странном месте, Марк пришел в ужас.
Он лежал среди потрескавшихся камней в древних развалинах могучего сооружения: не то замка, не то крепостной башни. Строение было разрушено, по-видимому, много лет назад. Каменные обломки покрывали желтые лишайники, отесанные валуны постепенно превращались в пыль. Единственное, что пока держалось — каменная арка, да и та была изъедена ветром
— Не может быть, — прошептал Марк, холодея. — Не может быть. Как?
Если раньше он только пугался, то теперь испытал настоящий шок! Как он здесь очутился? Где он, что с ним? Его охватила паника.
Бежать! Бежать!
Вскочив на затекшие ноги, Марк в нерешительности остановился. Куда бежать? Вокруг все незнакомо и дико. Никаких признаков людей. Он один, совершенно один непонятно где!
Он упал на колени и опустил голову. Какие-то секунды он отчаянно заставлял себя поверить в то, что все это — страшный сон, и он вот-вот прервется. Однако давящая со всех сторон реальность не допускала такого шанса. Он находится в реальном осязаемом месте, один на один с неизвестностью.
В таком состоянии Марк просидел недолго. Страх разжал свою хватку и постепенно его оставлял. Да, вокруг все незнакомо, но ведь ему ничего не угрожает. Если здесь никого нет, то и бояться некого.
«А может, все нормально? — подумал он. — Может, всему этому есть объяснение?»
Он хорошо помнил диалог со странными голосами в зале, которого не могло существовать, но сейчас старался об этом не думать. Пусть это останется страшным сном.
Марк считал себя верующим, но страдал от суеверий. В то же время он был реалистом и легко поддавался скепсису, нередко ругая себя за глупые поверья. Однако сейчас все его попытки объяснить свое перемещение рациональным путем заходили в тупик.
Невдалеке виднелись лесистые холмы. По другую сторону плыли в дымке тумана мутные очертания сельских изб, кривых и несуразных, словно их занесло сюда из древней эпохи.
«Что это за село такое убогое?» — подумал Марк, не смея помыслить, на каком конце света он находится. Ждать помощи нет смысла, нужно как-то выбираться самому. Хочешь не хочешь, а придется идти к этим избам.
Марк робко выглянул из развалин и сделал глубокий вдох. Какой здесь чистый, необычный воздух! С минуту, пока он рассматривал окрестности, его легкие наслаждались чистотой и ароматом свежего воздуха. Душа прислушивалась к упоительной тишине окружающей долины. Но нужно действовать, нужно идти к поселку, спрашивать людей как добраться до города…
И тут он заметил человека, быстро приближающегося к нему издалека. Человек выглядел чересчур странно: молодой, давно не бритый мужчина, облеченный в жесткий ворсяной плащ, из-под которого выглядывали кожаные штаны, скроенные по какому-то древнему и совершенно дикому образцу.
Незнакомец подошел к нему, и Марк из предосторожности отступил назад. Вблизи человек выглядел еще более странным, чем показался сначала. Его лицо было подобно странствующему рыцарю из средневековья: прямые и неудержимо храбрые черты лица, решительные голубые глаза, уложенные в благородную прическу грязновато-светлые волосы. На ногах — кожаные сапоги с железными застежками.